Чтение онлайн

Дерион бился рядом с Энриком и своими адъютантами. Участие племянника его совсем не обрадовало. Подобраться к мальчику он сейчас не мог.

Великие магистры, куда смотрят ваши чёртовы дан’айры? Это уже не соперничество с ретирами, а гражданская война в общей песочнице! Срочно нужен лесник, который придёт и всех разгонит.

Молнии и вспышки раскалывали воздух. Боевой магией пропиталось всё вокруг. Вашу дивизию да Наполеоном! Тут всё взорвётся похлеще атомной бомбы! У кота даже мех потрескивал, будто наэлектризованный.

Было эпично и безумно страшно. Какая-то часть меня бормотала, будто молитву, что всё происходящее лишь кошмар, рождённый моим больным воображением. А другая составляющая визжала о реальности творящегося бесчинства и ужаса и требовала убежища. Дени сжался в малюсенький комок внутри общего тела, я в буквальном смысле ощущала выражение «душа ушла в пятки».

Серая магия была весьма успешна в защите и блокировке атак, а тёмные не стремились уничтожить владетелей-заговорщиков, только вывести из игры. Правило «эрланы не убивают друг друга» было вбито им лучше, чем светлым. Кто бы мог подумать…

Эландирк, без сомнения, обладал большой магической мощью, но ещё не научился ею пользоваться. Глава заговорщиков играл с ним, как кошка с мышью, изматывая юного да рьяного владетеля. Я видела, что он жаждет убить мальчишку, но пока не в силах.

Возможность мысленного общения оставалась перекрытой. Как я ни пыталась, не могла доораться ни до Ре Дестена, ни до Белька. Думаю, мои независимые соратники из-за ментальной блокады и оставались без своих войск.

Голубая звезда главы Картерхории почти потухла, как и синий камень владетеля Эллении, Патрикианцы перешли исключительно в оборону, которая, увы, трещала по швам.

Эландирк и Энрик переглянулись, а потом одновременно вскинули руки со своими медальонами. Звезда Демиандола вспыхнула зловеще-алым, и я увидела, как осыпаются осколками драгоценные камни светлых. А затем красная и синяя вспышки слились воедино, образовав фиолетовую световую волну, накрывшую весь зал. Эландирк, побледнев до синевы, рухнул на пол.

— Нет!!!

Дерион бросился к племяннику, этот миг чуть не стоил ему жизни. Какая-то серая орденская сволочь, оставшаяся ещё на ногах, швырнула молнию прямо в моего красавца. И я, как та самая русская женщина, что коня на скаку остановит, метнулась кабанчиком и повисла когтями на мундире врага, пытаясь дотянуться до его морды лица. Я шипела, фырчала, лупила когтистыми лапами. Поистине страшнее кошки зверя нет! Противник уже не мог отвлекаться на других участников, его захватило общение с нашей особой.

На руке гада красовался перстень Трибуната, из которого подлюка черпал свои силы. Перед моим взором мелькнул кадр из «Властелина колец» и я острыми зубами впилась в палец и кольцо. Всё завертелось перед глазами, тёмные мушки закружили меня в хоровод, а крик врага слился с моим утробным воем.

Я очнулась от собственных воплей. Сердце бешено колотилось в груди. Взглянула на белый потолок. Белый потолок! Бледно-розовые обои, тумбочка у кровати. Я так резко села в постели, что в глазах снова потемнело. Судорожно схватила мобильный — до звонка будильника оставалось десять минут. Дата! Да, утро следующего дня. Как будто я спала одну ночь. Или всё же это и был такой яркий реалистичный сон? Нет, я помнила ощущения боли в ушибленной лапе. Как там мой бедный Дени? Что с Дерионом? А малыш Эландирк?!

В глазах защипало. Я вскочила с постели, обежала комнату, выглянула в окно. «По небу тучи плывут бесконечные… Осень докучная!» — погода по Плещееву. Вспомнила, что у меня сегодня две пары: семинар и лекция. Настроиться на рабочий лад было не просто, в голове крутились мысли об эрланах. Господи, что это было? Другая реальность или такой сон, что даже боль казалась настоящей?

Тело на полном автомате собиралось на работу, башка в этом участие не принимала, предпочитая маяться философскими размышлениями, одиноки ли мы во Вселенной. Я уложила волосы в причёску, сделала лёгкий макияж, надела деловой костюм. Включила мозги и проверила собранную с вечера сумку. Вроде всё на месте. Вздохнула, облачалась в теплое пальто и вышла на улицу.

Погода оказалась ещё гаже, чем представлялась из окна. Моросил холодный мелкий колкий дождь, ветер сносил зонты и задувал противные капли за воротник. Я торопливо поскакала к остановке. У пешеходного перехода «раскинулось море широко», и невысокие ботиночки хлебнули через край, а потом застенчиво захлюпали в такт шагам. Город мой мечты, мэр его за ногу!

Внедрилась под козырёк и закрыла зонт. С радостью вспомнила, что на кафедре у меня есть сменные туфли. Хорошо бы у кого-нибудь раздобыть «Вестник университета», как раз новый вышел на днях. Незаменимая вещь в таких случаях. В принципе, старые номера тоже подойдут: запихну газетную бумагу в ботинки, может, чуть подсохнут за две пары.

У моих ног раздался странный сиплый звук. Я посмотрела вниз. Какой-то мокрый грязный комок. Открылась маленькая красная пасть. Котёнок был такой чумазый, что определить его цвет не предоставлялось возможным. Я решительно сдёрнула с шеи шарф, наклонилась к малявке, взяла его и завернула в тёплый кашемир. Хватит бояться ответственности и что некому будет заботиться в случае атомной войны! Я справлюсь! Положу в карман, кошелёк и паспорт записку, что дома кот один и о нём необходимо позаботиться, если Гайдор к себе резко призовёт. А на остальные случаи жизни няньку для кошаков возьму.

Запрыгнули в автобус. Придётся кому-нибудь пристроить малыша на мои пары, а то студенты свихнуться от радости и умиления. На второе занятие проще, у кого-нибудь да есть окно. А вот на время семинара…

Как назвать подарок судьбы, сомнений у меня не было. Даже если он не рыжий. Всё равно Ева и Дени останутся вместе, хоть и не в одном теле. Котёнок пригрелся в шарфе, затарахтел. Я запихнула его за пазуху. Он был совсем мелким, круглые глаза-плошки ещё сохраняли младенческий голубой цвет. Не было у бабы забот… Не было, да. Но, как пели Иваси, «лучше быть нужным, чем свободным». Слёзы снова навернулись на глаза. Я вспомнила Эландирка. Господи! Пусть это был только обморок. Бедный малыш!

На кафедру я влетела за десять минут до начала занятий. Пока переодевала обувь, Дени выбрался из сооружённого мною гнёзда на кресле, вспрыгнул на стол и издал дребезжащий мяв. Ох, не Паваротти! Ну и ладно, я ж не канарейку приютила.

Но в этот момент нелёгкая занесла нашего завкафедрой, который явно огрёб люлей от декана. А у нас система известная: «получил по шее, передай другому». Соответственно, Сергей Павлович стал орать, какого лешего кафедра стала приютом для убогих и их питомцев. Я не смолчала. Прежде я ехидно и жёстко отвечала только мысленно. Ну как же, мамина дочка, тургеневская девушка. Да и моя внешность способствовала такому впечатлению: с виду мелкая и хрупкая, этакая серьёзно-застенчивая учёная декоративная крыска.

— Сергей Палыч! Хорошо, мы с котом идём домой, а вы проводите мои пары. Я вас столько раз заменяла, что вы мне должны, как земля колхозу, — а голос предательски дрожал. Перед глазами всё ещё стояли эрланы.

Завкафердой сразу сник и заблеял, что он, конечно, понимает мой душевный порыв, но был всегда лучшего мнения обо мне, и вся эта сентиментальная глупость с подобранцами…

— Прошу прощения, что разочаровала. Да, я взяла с улицы котёнка, принесу его домой, и мы будем с ним жить долго и счастливо! — я хлюпнула носом и гордо отвернулась. Пусть и тёмные живут… хоть как-то, главное, что живут!