Чтение онлайн

— Колбаски он не ест, — сказал Сергей уверенно и серьёзно, — только железки. Я же вам говорил у него порода такая – «хамелеон».

— Я пойду, Сергей Викторович! — сказала тётя Юля, впервые назвав его по отчеству, и закрыла дверь, забыв и соль, и свою голову. Сергей перевёл все Элайни, и они в этот вечер, без хохота смотреть на Хамми не могли.

Элайни уселась на диван и принялась щелкать по каналам телевизора. Процесс затянулся – она никак не могла выбрать, что смотреть. Беспомощно и жалобно глянула на него.

— Что ты хочешь смотреть? — спросил Сергей, отбирая пульт.

— Все! — честно призналась она. Сергей поставил ей «Дискавери».

— Вот здесь – все! — сказал Сергей, отдавая ей пульт. Ага, сейчас! Через пять минут пульт снова защёлкал. «В Санкт-Петербурге вместо памятника Пётру Первому обнаружено семь динозавров, ко…» — заткнулся следующий телеканал.

Чтобы не мешать Элайни, Сергей позвонил своему другу и бизнес-партнёру Вадиму Сковороде.

— Вадим, привет!

— Сергей, ты? — удивился Вадим.

— Я! Как там у нас дела?

— Какие дела? — спросил Вадим.

— Дела нашей фирмы?

— Сергей, тебя же не было целый год! — ошарашил его Вадим. — И фирму я перевёл на себя.

— Как целый год?

— Ты же разбился! Твой искорёженный «Опель» нашли, а тебя нет! Он ещё полгода в нашем гараже стоял, а потом я его продал – на запчасти.

— Вот так, даже! — автоматом ответил Сергей.

— Сергей так ты живой? — переспросил его Вадим и добавил: — Я могу тебе помочь?

— Да так, ничего, — сказал Сергей и положил трубку. Элайни смотрела какую-то передачу. Дела. Вот тебе и теория относительности. Зря Эйнштейну не верили.

Следующим утром Сергей решил провести экскурсию по городу. Машину не брал, полагая, что пешком и запоминается лучше, и нагляднее. Первым делом они троллейбусом подъехали к Владимирскому собору, который Элайни сразу поразил. Она ходила по храму, как в сказке, то в правый, то в левый неф, любовалась алтарём, рассматривала библейские сюжеты, и все о них его расспрашивала.

Гид из Сергея, конечно, никудышный и пришлось ему напрягать все свои извилины. Остановившись перед алтарём и подняв голову, она внимательно рассматривала картину «Господь Вседержитель».

Сергей подошёл сзади и положил руки ей на плечи. Она повернула к нему лицо и серьёзно сказала: — Я чувствую здесь силу.

— Это же храм! — посмотрел Сергей ей в лицо.

— Я ещё что-то чувствую, — задумчиво сказала Элайни.

— Может, пойдём дальше? — спросил Сергей, а то что-то его солнышко загрустило.

— Пойдём, — согласилась Элайни, и они спустились вниз, на Крещатик.

— У вас удивительно красиво и уютно, — призналась Элайни. Сергей не спорил, чего уж. Под аркой снимали очередной «Караоке на майдане» и Сергей посадил Элайни себе на плечи. Она так заразительно хлопала и смеялась, что окружающие, улыбаясь, начали на них оглядываться. А ещё говорила по-фрейски, так, что и Сергей не понимал. Ведущий Кондратюк, услышав её, сказал:

— Вот дама-иностранка будет считать у нас деньги! Попросим её! — все захлопали и Сергею, как «переводчику», пришлось помогать собирать, а потом и считать деньги.

— Какую сумму бросили в красную шляпу? — спросил Кондратюк у Элайни.

— Что он хочет? — не поняла Элайни.

— Скажи «четыреста восемь гривен», — объяснил ей Сергей. И она повторила по слогам:

— Четы-реста восем гри-вен! — к восторгу всех зрителей. Они едва выбрались из толпы, не дожидаясь конца конкурса.

— Я буду учить твой язык, — улыбаясь, сказала Элайни, и Сергею пришлось проводить ликбез, одновременно с этим плескаясь в фонтане на площади, рассказывая историю города и, попутно, целуясь. На Европейской она узрела новое чудо — кукольный театр, и спросила:

— Чей это дворец?

— Дворец Буратино, — улыбаясь, ответил Сергей.

— Буратино – ваш король?

— Буратино – сказочный деревянный мальчик, — просветил её Сергей.

— И ему построили такой замок? — удивилась она. — Да, вот такие мы, глупые! — прикололся Сергей. Элайни немного подумала и сказала:

— Нет, вы не глупые! Вы умные! Вы умеете жить в сказке!

Они посмотрели театр, подурачились, Сергей её снял на фото внутри железной шляпой папы Карло, заглянули в железную лягушку, посмотрели музыкальные фонтаны. На «мостике влюблённых» Сергей вытянул маленький замочек и сказал Элайни:

— Ты не хочешь его закрыть?

— А зачем? Почему тут так много замочков?

— Здесь влюблённые скрепляют свою любовь – навечно!

— Да-а-а! Ну не знаю, не знаю! А ты что – меня любишь? — жеманно ухмыльнулась Элайни.

— Люблю! — сказал Сергей, становясь на колени. Прохожие, улыбаясь, ожидали на продолжение пьесы. Элайни медленно обошла вокруг Сергея, накручивая на пальчик пучок его волос.

— Сильно? — спросила Элайни и потянула пучок вверх. Сергей сощурился, но ответил:

— Больше жизни! — Элайни отпустила его волосы, взяла в руки его лицо, нагнулась и поцеловала прямо в губы. Вокруг раздались аплодисменты. Элайни, как настоящая актриса, склонила свою голову в реверансе, обернулась к Сергею и засмеялась счастливым смехом. Они закрыли свой замочек, и пошли дальше, в Мариинский парк.

— Это тоже сказочный дворец? — спросила Элайни, глядя на Мариинский дворец.

— Нет, это царский дворец, здесь гостей принимает президент.

— А президент – царь?

— Он думает, что да! — засмеялся Сергей. — Ты не устала?

— Нет, ты знаешь мне сегодня удивительно хорошо, — сказала Элайни. — Так не бывает, я даже боюсь.

— Я с тобой, — заглянул ей в глаза Сергей. Они посмотрели на Днепр и широкую панораму раскинувшегося города, теряющегося в туманной дымке.

— Хочешь, пойдём в Лавру?

— А что это?

— Много зданий таких, как Владимирский собор!

— А-а-а! Здание силы? Давай! — согласилась Элайни. Им повезло! Когда они пришли – даже очередей не было. Они зашли в Троицкую церковь и новый Успенский собор. Элайни долго стояла возле остатков старого Успенского собора и молчала. Побродили по территории, сходили в пещеры… Вдруг Элайни взялась за ухо.

— Что? — спросил Сергей.

— Я что-то чувствую.

— Что ты чувствуешь? — спросил Сергей.

— Что-то с мамой, — прошептала Элайни, — что-то с Маргиной.