Чтение онлайн

Билл Шрейер, член «громадного стада Меррилла», который поднялся по карьерной лестнице при Ригане, занял высший пост после преемника Ригана, Роджера Берка, оставившего свою должность по состоянию здоровья. Шрейер провел компанию через кризис 1987 года, начавшийся в черный понедельник, когда убытки по закладным составили 387 миллионов долларов. Когда Шрейеру пришло время уйти на пенсию, он передал эстафету Дэну Талли, который был когда-то его правой рукой. Талли сформулировал пять принципов Merrill Lynch, тех самых, на которых Чарли Меррилл построил современную Merrill Lynch в 1940-х годах: соблюдение интересов клиента, уважение личности, работа в команде, гражданская ответственность и высокие моральные качества. Талли настаивал, чтобы плакаты с этими принципами висели в офисах компании по всему миру.

Почти в каждом случае кандидат, выполнявший до этого обыденную работу – занимавшийся обслуживанием частных клиентов, избирался единогласно, чтобы возглавить организацию. Но Талли во время пребывания на посту генерального директора столкнулся с проблемой. В то время, когда система финансовых рынков усложнялась, успех в бизнесе, связанном с финансовым консультированием, больше не был единственно важным определяющим фактором при выборе того, кто будет руководить компанией в XXI веке. Лучший кандидат Талли на роль преемника – Дэйв Комански – поднялся по карьерной лестнице в основном благодаря успешной работе в отделе обслуживания частных клиентов. Комански не очень хорошо разбирался в деятельности двух других отделов – рынков капитала и инвестиционно-банковской деятельности. Талли принял решение объединить Комански с Хербом Эллисоном, требовательным операционным менеджером с математическим складом ума, который наденет на себя зеленый козырек и будет помогать экспансивному Комански эффективно управлять компанией.

Комански занял пост генерального директора Merrill Lynch в декабре 2006 года. На протяжении более двух лет команда Комански – Эллисона, казалось, справлялась с работой. Но к 1999 году Комански и другие члены совета директоров начали испытывать беспокойство по поводу того, подходит ли Эллисон для того, чтобы сменить Комански, когда тот выйдет в отставку.

Эллисон, бывший военный моряк, веривший в жесткую систему управления, преуспел в Merrill Lynch, несмотря на постоянную критику корпоративной культуры – «аффилиативной» [9] по своему духу. При Шрейере и Талли в Merrill Lynch стала набирать силу система передачи информации по неформальным каналам. С ее помощью посредственности, пользовавшиеся некоторыми связями с администрацией компании, могли сделать карьеру, несмотря на отсутствие способностей. Эллисон много раз начинал борьбу с кумовством и проводил особую политику в отношении людей, имевших друзей на 32-м этаже или в совете директоров. Талли, знавший реальный потенциал Эллисона, пытался узнать у него, почему он столь непреклонен в вопросах управления.

– Вы хотите поступать правильно или вы хотите стать президентом? – отвечал тот.

Эллисон показывал, что не желает поступаться своими принципами и делать то же, что делали все в компании, даже когда стал председателем правления. К середине 1999 года он утратил поддержку вышестоящего Комански и своих ближайших подчиненных. В один из летних дней Комански сообщил Эллисону, что тому придется покинуть компанию.

Неожиданный уход из компании второго лица заставил двух старожилов – Джеффри Пика и Тома Дэвиса – начать борьбу за это место, в ней также принял участие и О’Нил, бывший тогда главным финансовым директором. В 2000 году каждый из них занял новую должность и каждому дали понять, что тот из них, кто покажет лучший результат, скорее всего, и станет преемником Комански. О’Нил стал отвечать за обслуживание частных клиентов, Пик – руководить операциями по управлению активами, а Том Дэвис возглавил инвестиционно-банковскую деятельность.

О’Нил вел эту войну на два фронта. Как руководитель направления он улучшил показатели отдела по работе с частными клиентами, сокращая расходы и вынуждая мелких клиентов работать с call-центром, а не с настоящим финансовым консультантом. Но он был не уверен, что только одни заслуги приведут его к успеху. Он собрал внутри компании небольшую группу во главе с финансовым директором Томом Патриком и при поддержке Факахани для продвижения своей кандидатуры на высший пост всеми возможными способами. Патрик работал в Merrill Lynch уже более двух десятков лет, с момента приобретения компанией инвестиционного банка White Weld в 1978 году. В прошлом у него с Джеффом Пиком случались конфликты, и Патрик решил, что следующим генеральным директором Merrill Lynch должен стать тот, кому он благоволил, – соперник его политического оппонента.

Пол Критчлоу, главный пресс-секретарь компании, однажды в конце 1999 года зашел в кабинет О’Нила для короткого разговора.

– Что ты делаешь для меня, Пол? – спросил О’Нил пиарщика.

– Не совсем понимаю, о чем вы, – ответил Критчлоу.

– Что ты делаешь, чтобы помочь мне стать новым генеральным директором?

Критчлоу сказал, что он не принимал ничью сторону в борьбе за место преемника Комански. Он знал, что О’Нил был бы сильным кандидатом, и ждал возможности поддержать того, кто в конечном итоге станет преемником Комански.

О’Нил посоветовал ему по-новому взглянуть на ситуацию: с профессиональной точки зрения Критчлоу будет более выгодно поддержать его кандидатуру.

– Жизнь состоит из череды выборов, Пол. И пришло время тебе сделать свой выбор.

– Я подумаю об этом, – сказал Критчлоу, собираясь уходить.

– Ладно, – ответил О’Нил, – но не стоит слишком долго думать.

Для Критчлоу это была новая территория. Бывший ведущий политической колонки в Philadelphia Inquirer, Критчлоу оставил журналистику в 1978 году, чтобы возглавить избирательный штаб Дика Торнбурга во время выборов губернатора Пенсильвании, в которых тот и одержал победу. В 1985 году Критчлоу пришел в Merrill Lynch, где работал на Билла Шрейера, еще одного уроженца Краеугольного штата [10] , и преемников Шрейера – Талли и Комански. Критчлоу всегда считал свою работу служением Merrill Lynch, а не кому-то одному в компании. Но после разговора с О’Нилом ситуация изменилась. Он просчитал обстановку и понял, что ему выгоднее быть на стороне победителя, а не ждать, чем все кончится. Начиная с этого момента Критчлоу стал частью группы во главе с Томом Патриком, которая неустанно трудилась над тем, чтобы О’Нил добился успеха в своей борьбе за пост генерального директора.

Критчлоу всегда считал свою работу служением Merrill Lynch, а не кому-то одному в компании

В ответ на критику сторонников Пика, что кучка инсайдеров работает над тем, чтобы протолкнуть О’Нила на высший пост, члены группы сами стали называть себя кучкой (the cabal). Сам Шрейер стал выступать в защиту О’Нила, и группа приобрела союзников среди членов совета директоров компании, включая и Боба Лучиано, главу Schering-Plough и давнего друга Шрейер. Другой член совета, Джилл Кер Конвей, выросшая на ферме в Новом Южном Уэльсе, в Австралии, и ставшая президентом Колледжа Смит, была очарована О’Нилом и его вдохновляющей историей о том, как он сумел выбраться из трущоб Алабамы, учился в Гарвардской школе бизнеса и стал одним из самых высокопоставленных руководителей-афроамериканцев на Уолл-стрит.

Благодаря активной поддержке со стороны совета директоров Merrill Lynch и Шрейера, который постоянно проталкивал кандидатуру О’Нила среди директоров, последний стал председателем правления компании и самым вероятным преемником Комански в июле 2001 года. Он сразу же начал действовать по своему усмотрению, чтобы привести расходы компании в соответствие с наступающими трудными временами. После нападения террористов 11 сентября, которое произошло недалеко от штаб-квартиры компании в Южном Манхэттене, Комански был подавлен. Трое сотрудников компании погибли в результате терактов, и О’Нил по существу взял под свой контроль повседневную работу компании.

В 2002 году О’Нил уволил около 22 000 сотрудников, сократив число работающих в Merrill Lynch с 72 000 до 50 000

В следующем году О’Нил уволил около 22 000 сотрудников, сократив число работающих в Merrill Lynch с 72 000 до 50 000. Он также очистил управленческий аппарат компании от тех, кто остался там со времен Талли. Будучи под впечатлением от решительности, которую он проявлял в смутное время и неустанной заботы о сокращении расходов, в 2002 году совет директоров проголосовал и окончательно закрепил передачу власти, назначив О’Нила генеральным директором.