Чтение онлайн

И во на лице аристократа и надежды родителей возникло почти аналогичное братскому выражение:

— Дай потом почитать!

Джастин, поделившись восторгом с братом, бросился на второй этаж.

— Где ты взял её?! — донеслось следом.

— Луна подарила!

Джастин уже бежал по коридору к своей комнате, когда его догнал вопрос «А кто это?», но отвечать уже не было времени.

Как жаль, что из-за чёртового банкета он не сможет закрыться в комнате и прочитать «Машину» от корки до корки за один присест, но и из этого будет польза! Он попросит няню сварить ему много-много горячего шоколада с «драконьим золотом» и запрётся на ночь! И плевать, что завтра на работу!

Да, ему придётся отвечать на вопросы о Луне, раз уж о ней упомянул перед родственниками. Плевать!

Единственное, что сейчас важно — спрятать книгу так, чтоб никто и никогда без подсказки её не нашёл!

И есть такое место! Шкатулка-сейф. Её Джей сделал в пятнадцать, будучи ещё сильным магом. Она открывается только на его прикосновение. Там Джей хранил все самые важные вещи. Документы, в основном.

Вывалил всё на кровать. Спрятал назад мешочек с теми сокровищами, что родители всегда запрещали хранить и книгу. Туда же полетела палочка от тафов, спрятанная в кармане, когда еда на них закончилась. Запер шкатулку.

Эти сокровища там держал не «взрослый и ответственный» Джастин, а тот ребёнок, что прятал табак и деревянные фигурки драконов, которые мечтал подвесить над кроватью. Те самые, с подвижными лапами и крыльями, которые от ветра будто бы машут.

Документы и ценности, сложенные в шкатулку уже «взрослым и ответственным», сбросил под кровать. Да никто их не украдёт! Кому они сдались вообще?

А вот книгу мать может захотеть спалить, как спалила первую! Нет-нет. Шкатулка этого не допустит.

Шкатулку тоже заныкал под кровать — там искать не станут — ему же не десять, чтоб всё важное под кроватью прятать.

Никто не найдёт, никто не достанет его сокровище! Оно дождётся ночи и шоколада!

Его книжка, фигурки драконов на верёвочках и горячий шоколад с «драконьим золотом».

Декан светлого факультета, старуха с отвратительным характером и многоуважаемая мадам Лониан — всё это один человек. И, кажется, я её слегка ненавижу.

Почему Эдмунд приходит советоваться с ней?! Ну, вот за что мне это?

— Я не понимаю, — честно призналась она, просвечивая Эда и Фамильяра плетениями. — У тебя смещаются потоки энергии. Давно ты надел амулет?

— Часа четыре назад.

— Как самочувствие?

— Слегка кружится голова.

— Ну-ка присядь, — посоветовала старуха. — Не доставало ещё, чтоб ты в обморок упал.

Эдмунд опустился на диван рядом со мной.

— Потоки и должны смещаться, — продолжала разговор она.

— И это единственное, что вообще происходит, — развёл руками Эдмунд.

— Заварите чай, мисс, — обратилась ко мне Мадам. — Всё равно ничего полезного не делаете.

Блин! Да почему мы занимаемся у неё дома?!

— Вы пока тоже не много подсказали, — огрызнулась я в ответ и под тяжёлым взглядом вышла в кухню.

Эд за моей спиной только устало вздохнул — он всё утро пытался сглаживать наше общение, но эта старуха просто меня ненавидит — тут уж ничего не поделать! Когда она просто видит меня — ещё ничего, терпит, но не дай бог мне стоять рядом с Эдом — всё! Думаю, она воспринимает меня как паразита или какую-то злокачественную опухоль на нём.

Я набрала воды, поставила греться, подготовила остальное. Дождавшись кипятка, залила им листья чая и нажала на красивом фарфоровом чайнике специальный рычажок, активирующий огненное плетение, позволяющее чаю долго оставаться горячим. Принесла поднос в гостиную.

Кольцо-артефакт Эдмунд снял. Оно теперь лежало в коробочке на столе. А значит, скоро Эду должно стать плохо.

Я поставила чай и сообщила:

— Мы полагаем, что возможно проблемы возникают в процессе нормализации потоков. Симптомы уж очень похожи на отравление энергией, как при разломах.

— Не говорите глупостей, мисс. Это невозможно, — покачала головой она, разливая чай. — Потоки постоянно меняются. Если бы тело не было приспособлено к нестабильности энергии — оно отзывалось бы так на любую магию.

Эд попытался взять свою чашку, но рука у него вдруг задрожала. Он согнулся вперёд, издав странный гортанный звук, и завалился на бок.

— Началось, чтоб его! — процедил сквозь зубы.

Старуха неожиданно прытко пересела из кресла на край дивана и применила несколько диагностик.

— Ничего не происходит. Потоки приходят в нормальное положение. Энергии в теле маловато. Какая-то другая. Чужая.

— Но и её в теле должен быть небольшой процент! Я, в конце концов, связан со всем этим миром.

Я взяла отчима за руку, привлекая внимание:

— Погрузить тебя в сон? Чтоб не болело?

— Давай.

Я расстегнула ему жилетку и отцепила от её внутренней стороны булавку с лиловым камешком. Мне показалось, что дышать Эду стало легче. Должно быть, жилетка давила.

Я призвала простейшую форму силы и отправила в Эда. Тело тут же обмякло, дыхание выровнялось.

Старуха заканчивала какой-то очередной осмотр потоков. И чем она нам поможет?

Я разложила по полкам книги, которые они с Эдом доставали.

— Мой, бедный мальчик, — старуха укрыла Эдмунда одеялом. Как всегда, обхаживала как родного. — Тяжёлая работа.

— Мадам?..

— Слушаю, мисс? — в мой адрес только холодный тон.

— Откуда такое особое отношение к нему?

Она секунду помедлила с ответом:

— К особым детям особое отношение.

— Говорите так, будто он умственно неполноценный — к ним помягче надо, — хмыкнула я. — Хотя, иногда кажется, Вы именно таких и травите.

— Травлю? — тяжёлый, как чугунный колокол, взгляд холодных глаз стального цвета пронзил меня, заставив пожалеть о выборе этого слова.

— Ну… в том смысле, что Вы особенно строги к… не самым умным детям.

Меня всё ещё не отпускал её взгляд. Чёрт! Что за жуткая старуха?!