Чтение онлайн

— Мам, чашка… чашка-картошка.

Чашка-что? Картошка? В смысле «с картошкой» или «из картошки»?

— Рио.

— Мам, не лови!.. — чередуя восклицания о картошке с сопением, Эд снова заговорил нечётко. — Я ловлю.

— Рио! — старуха встряхнула его за плечо.

— Мама!.. — неожиданно громкий выкрик заставил декана оторвать руку от плеча курточки песочного цвета.

Разлепляя веки, Эдмунд встретился взглядом с Мадам. Маленький, растерянный, одинокий и заспанный. Со следами от смявшегося рукава на бледной щёчке.

— Ма-мадам? Я… типа задремал.

— «Типа», Эдмунд, это слово-поразит. Избавляйтесь от подобных, — мягче, чем ожидала, посоветовала Джейн.

Она пыталась выдавить из себя крик и сообщение о двойке. Хотела прогнать парня из кабинета, но что-то мешало кричать на этого взъерошенного мальчика, так по-детски потирающего глаза после сна.

— Вы плохо спали?

Студенты сохраняли гробовую тишину. Пытались предугадать, когда спокойствие сменится бурей.

— Ну… вроде и нет. Как всегда. Но почему-то засыпаю на ходу, — зевнув, Эд, кажется, снова начал засыпать. — А Вы ещё так говорите спокойно, как сказку на ночь.

Сидящий рядом приятель моего отчима прикрыл лоб ладонью. В его глазах отразилось «Тебе хана, брат».

До Эдмунда тоже вскоре дошёл смысл сказанных им слов. Он моментально проснулся. Отозвать их уже не мог, но попытался минимизировать урон:

— Я в хорошем смысле. Что слушать приятно. Не в том, что скучно.

Подняв ладонь, призвала замолчать. Указание Эд понял.

— Вы ведь знаете эту тему, Эдмунд. Зачем Вы пришли?

Эд неопределённо пожал плечами:

— Мне предмет нравится. И потом, Вы говорили, что будете смотреть на посещения на экзамене.

— Идите домой.

— Я постараюсь больше не засыпать, — пообещал Эдмунд. — Можно остаться?

— Идите домой. Я не поставлю Вам прогул.

Юноша кажется не поверил.

— Исчезнете отсюда, Рио, если потратите ещё хоть минуту лекции, выгоню к ректору и поставлю «два» за работу на уроке.

Вновь прорезавшийся голос и злобные интонации позволили выдохнуть. Праведно ругается на раздолбая — значит всё нормально. Ещё не хватало поощрять такое поведение!

— Вы очень добры, профессор, — Эд выбрался из-за парты и выскользнул в коридор.

— «Добра»? — послышались шопотки.

— Так… — она почти насильно натянула на лицо привычное хмурое выражение. — Помеху прогнали, вернёмся к работе.

На этом воспоминание не закончилось. Оно дрогнуло, пропуская остаток лекции и проносясь к моменту, когда Мадам вышла из аудитории.

Эд спал на подоконнике. В этот раз спокойно, без болтовни и кошмаров.

Подойдя к мальчику, она задумалась: будить ли? Почему-то было… страшно? Снова увидеть в студенте — то бишь в отвратительном бездарном существе, ненавистном каждой струнке души — … кого увидеть?

Ребёнка?

…Рауля?

Нет, надо будить. Не идти же на поводу у непонятной эмоции.

Тем более, гадёныш спит на подоконнике! А устав академии это запрещает. Нашёл, понимаете, кровать!

— Рио, — опять. Опять вместо пинка, крика или злого сарказма получилось что-то нездорово нормальное.

Не дождавшись реакции, провела рукой по вьющимся чёрным волосам. Крутые вихри крупных кудрей мялись под прикосновениями. Остановив пальцы на пушистом затылке, Джейн покачала его голову. Эд открыл глаза.

— М? — в этот раз он проснулся быстрее, похоже, на подоконнике спать было не так удобно.

— Я отправила Вас домой.

— У меня ещё занятие сегодня… для второго курса.

Интонация парнишки наводила на мысль о том, что он собирается продолжить говорить, но через несколько секунд ожидания Джейн поняла — мальчик спит.

— Рио, — снова поводила рукой по затылку.

Вокруг них собиралась толпа. Студентам в диковинку было видеть такое обращение с одним из них.

Растерянная под десятками взглядов, Джейн впервые за много лет испытала ужас, будто за доброту толпа готовилась растерзать её. Но спасение близко и очевидно: лишь показать, что мальчишка не особенный, что не задаёт миру тех же вопросов что и Рауль, что мягкая наивная улыбка не способна перекрыть отвратительный характер…

— Эдмунд.

…но ничего жёсче из горла не шло. Трясти его голову что-то не давало.

Вокруг слышался шёпот. Никто не понимал причин такой манеры речи.

— Эдмунд…

Тёмные глаза приоткрылись:

— Да, да… я не сплю, мадам.

— Сядьте. А то опять уснёте.

Эдмунд послушался и, растирая лицо, спросил:

— Сколько времени?

— Половина третьего. Вам стоит пропустить занятия сегодня.

— Не, я список вопросов взял с собой. Надо их задать.

Глупый упрямый ребёнок. Но Джейн не вправе выгонять его из академии и убеждать не должна. Послать бы его домой в приказном порядке, но студенты дышат ей в спину. Нельзя спорить.

— Ваше решение, Рио. Спать на подоконнике не рекомендую, если не хотите изучить влияние сквозняков на организм. Застуженные органы вызывают множество весёлых болезней.

— Да что Вы, мадам, я не говорил? Я буду писать дипломную работу про отказ моче-половой системы у мужчин вследствие низких температур, — Эд с сонным смешком встряхнул рукой шевелюру и спустился с импровизированной постели. — С настоящими исследованиями.

— Возьмите для опытов кого-нибудь из этих лабораторных крыс, — указала на группу студентов. — Комиссия обязательно зачтёт подопытному его крохотную жертву.

— Чёрт, мадам, а ведь это идея! Как насчёт нескольких подопытных? Для полноты статистики.

— Замечательно, — улыбнулась старуха. — Быстро схватываете.

— Хорошо кидаете.

На мгновение Джейн показалось, что нечто подобное она и сама говорила в юности. С той же интонацией, что и мальчик и даже с похожей прищуренной мордашкой.

— Вот поэтому я верю в Вас больше, чем в остальных. Умрёте не в сырой канаве, как все, а в сухой и чистой. Но совсем выбраться из канавы не рассчитывайте.

— Ну, ничего, — заверил мальчик. — Не выберемся на поверхность — выроем подземный некрополь.

Со смешком декан удалилась по своим делам, однако мысль о том, что засыпающий на ходу Эдмунд зачем-то пойдёт уставать ещё больше, не давала покоя.

В следующем воспоминании за окном шёл снег. Настала зима. Шёл последний день перед двухнедельными выходными. Светлый курс выходил с занятия практической магией. Эд задержался в кабинете.

— Мадам.

— Слушаю Вас, Рио, — старуха вытирала с доски.