Чтение онлайн

Когда же испанцы оставляли его корабль, пленники выползали на свет божий, снимали кандалы и принимались за повседневную матросскую работу. Адмирал ухмылялся, глядя на них, и намечал новый пункт для набега.

Получив записку, Ролан испугался. Сначала он был счастлив, узнав почерк Дианы. Руки его дрожали от нетерпения, пока он вскрывал конверт. Но содержимое записки привело его в состояние, близкое к помешательству. Он тут же дал команду ставить паруса, забыв все приказы, и уже через пол часа Принцесса выходила в открытое море, держа курс на северо-восток.

Как бы Ролан ни спешил, но путь до Франции занял чуть больше месяца. Принцессу потрепала буря, которая настигла их за несколько дней до того, как французский берег должен был показаться на горизонте, и откинула назад на добрые три сотни лье. Ролан метался по кораблю, не находя себе места.

Достигнув Кале и сев на коня, приказав матросам ждать дальнейших распоряжений, и взяв с собой только Мориса, он гнал двое суток практически без остановок, и вот уже перед ним высокие башни замка герцога де Вермандуа. Ролан закрыл глаза, моля Небеса, чтобы за это время с Дианой ничего не случилось. Чтобы его помощь оказалась ей не нужна.

Боясь появляться в замке, но желая выяснить обстановку, он написал письмо, с которым отправил в замок Мориса. Сам же остановился в небольшой придорожной таверне, и ходил из угла в угол, ожидая известий.

Известия оказались весьма странными.

Морис вернулся, не сумев вручить Диане письмо. Слуги сказали, что госпожа де Вермандуа никого не принимает, и не желает получать письма. Порасспросив молодого садовника, Морис узнал, что мадам живет в дальней башне, которую покидает достаточно редко, только чтобы принять гостей. Как она выглядит? Мадам недавно потеряла ребенка, она еще не оправилась, и выходит редко. Даже в парке не гуляет, все сидит в библиотеке или в своей комнате, которую герцог приказал оборудовать ей в той же башне.

Ночью Ролан и Морис стояли под указанной башней. Окно было высоко, но Морис, поднаторевший на морях, забросил трос, сильно напоминающий абордажный крюк, и зацепился им за решетку одного из окон. Ролан залез по тросу, встал на бордюр, идущий под окнами. Прошел, прижавшись к стене и цепляясь за ползучие растения, нашел открытое окно.

В замке было тихо. Ролан оказался в маленькой комнатке, видимо будуаре. Он нашел дверь, дернул ее, и вышел в другую комнату, где в темноте как гора возвышалась кровать с балдахином.

Диана не спала. Она приподнялась на подушках, вслушиваясь в темноту. В руке ее был неизменный пистолет. Заметив тень на фоне стены, она привстала и подняла оружие.

— Кто здесь? Выходите!

Ролан поднял руки и вышел к ней. Диана некоторое время вглядывалась в его лицо, а потом вдруг откинула пистолет, соскочила с кровати и бросилась в его объятия.

Мечтая обнять ее почти год, Ролан сжал руками ее тонкий стан, и некоторое время просто стоял так, не отпуская ее, безумно счастливый, что видит ее живой, что держит ее в объятьях, пока Диана не уперлась руками ему в грудь. Он тут же отпустил ее, боясь причинить ей боль.

— Я знала, что вы не бросите меня, — прошептала она, держа его за руки и заглядывая в глаза, — вы мне очень нужны, Ролан. Я должна бежать. И меня не должны найти.

— Что случилось? — видя ее живой и здоровой, он немного успокоился, поэтому никак не ожидал того, что Диана рассказала ему, сильно смущаясь и вытирая слезы.

— После того, как я потеряла ребенка, я имитировала болезнь, — говорила она, рассказав ему все, как было, — Сначала я на самом деле болела, но потом просто лежала, боясь, что они узнают, что я здорова. Я просила перенести мою комнату в эту башню, подальше от их крыла, говоря, что хочу жить рядом с библиотекой. Я устроила засовы на дверях, и без моего ведома никто зайти не может. Я сплю с оружием! Но сейчас прошло уже слишком много времени, и очевидно, что я здорова... Я боюсь, Ролан! Вчера мой муж приходил ко мне, как муж. Один. Мадам не приходила. Но я знаю, что в ближайшие дни они придут оба.

Диана дрожала, и он снова прижал ее к себе. Кровь его кипела от одной мысли, что его Диану обидели, втянули в подобные вещи, могли ударить или грубо обойтись с ней. Он закрыл глаза, проклиная свою беззаботность. Он даже не удосужился проверить, что за человек герцог де Вермандуа, приняв как должное, что он будет хорошим мужем его Диане. Он доверил ее извращенцу, поверив громкому титулу и приятной наружности.

— Простите меня, — прошептал он, — я не мог предположить, что доверяю вас подобному человеку.

Диана резко вскинула голову.

— Это была воля моего отца, — сказала она, — думаю, что он тоже не мог предположить ничего подобного. Вы тут ни при чем.

— Я позволил вам выйти за него. Вместо того, чтобы убить его сразу.

Диана резко подняла голову, посмотрела на него. Увидела жесткую складку губ, горящие глаза и испугалась.

— Я хочу убежать, — сказала она, — меня не выпускают из башни. Я заперла все изнутри, но меня заперли снаружи. И письма мои тоже не отправляют... Вам я успела передать письмо в первый же день, как заболела. Теперь все письма отлавливают и..., — она замолчала, — но я не хочу, чтобы вы убивали его.

Он резко выпустил ее, и Диана от неожиданности чуть не упала. Пройдясь по комнате, он вдруг ударил ногой стоящий рядом с ним стул, от чего стул влетел в стену и с громким треском упал на пол. Диана испуганно попятилась.

— Простите меня, — он обернулся к Диане и сжал губы, — я прошу прощения, я должен был убедиться, что человек этот не опасен. Я на самом деле не знаю, как теперь смотреть вам в глаза. Но я клянусь, что избавлю вас и от него, и от его дочери.

Диана попятилась дальше и уперлась в кровать.

— Я прошу никого не убивать! Просто заберите меня отсюда!

Он подошел очень близко. Опустился на колени, и даже в темноте было видно, насколько он бледен.

— Я сделаю все, чтобы загладить свою вину. Вы будете свободны.

— Прошу вас, встаньте!

Он тут же поднялся, взял ее руку, и она почувствовала, как дрожит его рука.

— Идемте, — он потянул ее в будуар, но Диана уперлась.

— Я не одета. Я не могу так идти...

Только тут он обратил внимание, что на ней только тонкая полупрозрачная сорочка, волосы ее в беспорядке, и на самом деле идти так никуда нельзя. Зато можно схватить ее на руки и избавить от этой сорочки, благо кровать совсем рядом, да и не нужна она, кровать.

— Одевайтесь скорее. Морис ждет в саду, веревку могут заметить, — он выпустил ее руку, побоявшись уподобиться ее мужу и пойти на насилие.

Диана раскрыла шкаф, схватила первое попавшееся платье, какое-то белье и убежала обратно в спальню. Через минуту, когда она вышла в темно-синем платье, поверх которого накинула черный плащ, он был на грани. Воображение его дорисовало все, о чем она умолчала, и происшествие в герцогской спальне он представлял, как будто сам там присутствовал. Сочетание этого с ее тонкой сорочкой породило взрывную смесь эмоций в его груди. Он стоял у окна, опираясь о подоконник, и надеясь, что не наделает глупостей прямо в тот миг, как снова увидит ее.