Чтение онлайн

Я протолкнулся через входную дверь в темную просторную гостиную, пихнув ногой стоявшее возле входа снаряжение для фехтования.

Если Эммабелль опять не дома, работает допоздна или развлекается в компании приятеля, я просто… я просто…

Ни черта с этим не сделаю. У меня нет над ней никакой власти.

Надейся, что тот месяц секса с ней того стоил. Ведь вот оно, твое будущее.

Пройдя через гостиную, я направился в свою постель мимо ее спальни.

Дверь была приоткрыта. К моему величайшему стыду, все мое тело обмякло от облегчения, когда я заметил, что внутри горит свет.

Не в силах сдержаться, я остановился возле узкой полоски разделявшего нас пространства и понаблюдал за ней.

Белль стояла перед величественным зеркалом в полный рост.

Задрала толстовку до самой груди, оголив живот. Она придерживала его, с удивлением рассматривая в отражении.

Я опустил взгляд, проделывая то же самое.

Впервые стало совершенно неоспоримо очевидно, что Эммабелль Пенроуз беременна.

Округлая форма плотного живота угадывалась безошибочно. Бесподобное зрелище. Такой гладкий, теплый, таящий нашего с ней ребенка.

Он уже отчетливо выпирал.

Я закрыл глаза, прижался головой к деревянному дверному косяку и сделал глубокий вдох.

– Ты так чертовски прекрасна, что порой мне хочется поглотить тебя всю, лишь бы ты больше никому не досталась.

Слова вырвались прежде, чем я успел сдержаться.

Она обернулась на звук моего голоса.

Любовь и удивление в выражении ее лица рассеялись, и им на смену пришла лукавая улыбка:

– Я удивлена, что Луиза отпустила тебя сегодня с поводка. В чистилище начались проблемы?

Видимо, такова ее версия слова «рай» в отношении нас.

– Перестань, – одернул я.

– Что перестать? – проворковала она.

– Перестань вести себя как избалованный ребенок. Перестань меня отталкивать. Хватит портить прекрасный момент только потому, что ты безумно боишься мужчин и тебе попросту необходимо их мучить, едва они грозят пробить брешь в твоей безупречно возведенной стене.

– Ну ладно. – Белль прикрыла живот толстовкой.

– Нет. – Я оттолкнулся от дверного косяка и неспешным шагом подошел к ней. – Я хочу посмотреть.

Эммабелль открыла рот – наверное, желая сказать, чтобы шел заводить детей с Луизой, раз мне так хочется смотреть на беременный живот, – но я сумел прижать палец к ее губам, пока она ничего не сказала.

– Это и мой ребенок.

Она молча задрала толстовку до груди.

Я стоял перед ней, глядя на чудо, которое представлял собой ее округлившийся живот.

– Можно потрогать? – Я не узнал собственный голос.

– Да.

Я заметил, что ее руки тоже дрожали. Воздух вокруг нас замер, будто тоже затаил дыхание.

Кончиками пальцев я коснулся ее живота с обеих сторон. Он был твердым, как камень. Мы оба опустили взгляд, будто чего-то ждали. Прошла минута. Потом две. Потом пять.

– Я не хочу отпускать, – сказал я.

– А я не хочу, чтобы ты отпускал, – тихо сказала она. Речь уже явно шла не о ее животе.

Я поймал ее взгляд в отражении зеркала.

– Тогда почему ты изо всех сил стараешься меня прогнать?

Белль пожала плечами, выдавив беспомощную улыбку:

– Так уж я устроена.

– Вздор.

– И все же правда.

– Расскажи мне, что с тобой произошло? – попросил я уже в который раз, думая о Фредерике и о том, как он открывал Луизу слой за слоем. Приблизился ли я к тому, чтобы снять хотя бы первый слой? Сколько их еще осталось? И что, черт подери, произошло с этой женщиной?

Даже мои друзья, которых никак не назовешь хорошими парнями, никогда не ранили женщин так сильно.

Она шагнула вперед, стирая все пространство между нами.

Я был возбужден до предела и готов в любой момент сорвать с нее одежду.

– Перестань лезть в мои дела, Дэвон. Ты уже изведал все мои хитрые приемы. Больше и смотреть не на что.

– Ты не просто легкомысленная тусовщица, как бы упорно ни старалась себя ею выставить. Реклама недостоверна.

– Ха, – сухо усмехнулась она. – Ты просто не прочел примечания мелким шрифтом.

Мои губы тронула злобная ухмылка:

– Ты невероятная и колючая, и стоишь всех тех испытаний, которые заставила меня пережить.

– Нет! – Белль оттолкнула меня, упершись ладонями в грудь. Теперь она была рассержена и напугана. Я задел ее за живое. – Не стою. Перестань так говорить. Я никчемная. Негодная для брака блудница.

– Ты невероятная, черт подери, – манерно протянул я ей прямо в лицо и тихо рассмеялся. – Великолепная. Неповторимая. Самая умная женщина из всех, кого я знаю.

Она толкнула меня снова. Я возбудился еще сильнее.

– Я никудышная.

– Нет. Ты не просто хороша. Ты бесподобна.

– Я буду ужасной матерью.

Последние слова она произнесла в порыве гнева.

Упала на колени возле моих ног и опустила голову.

– Господи. О чем я только думала? Я не справлюсь. Я не Перси. Я не Сейлор. Это не для меня.

Я присел, чтобы оказаться на уровне ее глаз, и обхватил ее лицо ладонями.

Пульс подскочил. Проклятие, меня хватит сердечный приступ? Что ж, было приятно. В прямом смысле слова.

– Посмотри на меня, Мечта.

Она подняла голову и взглянула на меня блестящими от непролитых слез глазами.

– Я всегда выбираю для себя только самое лучшее. Костюмы, машины, недвижимость, рестораны. Так уж я устроен. И уж поверь, если я говорю, что не действовал бездумно, когда предлагал тебе стать матерью моего ребенка. Ты умная, независимая, хитрая, находчивая и, да поможет мне бог, немного чокнутая. Но в то же время ты ответственная, стойкая, сильная и уравновешенная. Ты станешь великолепной матерью. Лучшей, какую видел свет.

Ее грудь тяжело вздымалась, и, казалось, она сейчас разрыдается.

– Что теперь не так, милая?

– Ты забыл, что еще и симпатичная, – запричитала она.

Мы оба расхохотались. Белль потеряла равновесие и повалилась назад.

Не желая, чтобы она упала на застланный ковром пол, я потянул ее за собой и сам повалился на ковер, подставив свое тело в качестве подушки. Наши ноги переплелись.

– Прости, милая, но ты отнюдь не симпатичная.

Она притворно ударила меня в грудь. Я перехватил ее запястье и мягко прикусил.