Чтение онлайн

О подобных гипотезах прекрасно знала Надежда Крупская, интересовавшаяся этой темой, прямо-таки заполонившей, захватившей умы многих просвещенных людей конца XIX — начала XX века. Ученые чуть не всего мира вступали в научные споры на страницах газет и журналов, писали статьи и книги.

Как иллюстрация: уже ближе к концу XX века — в 1984 году в Риме (!) вышла из печати книга советского журналиста Петра Орешкина «Вавилонский феномен», в которой автор впервые дал расшифровку «Фестских дисков». Почему книга не была напечатана в Советском Союзе, а вышла в Италии? — причина все та же: «советским ученым» подобные труды не нужны; ибо они указуют на примитивность этих самых «ученых», делающих имена на чужой им по сути истории; впрочем, труд П. Орешкина — по заложенной при Советах традиции — напрочь отвергается и нынешней официальной наукой. Ведь из книги следует, что все древнейшие цивилизации белых людей Египта, острова Крит, Этруссии, Римской империи, Греции и других известных цивилизаций древности, чья культура оставила заметный след в мировой истории, были славянскими цивилизациями. Ключом к разгадке тайны тысячелетий стал древнеславянский язык и письменность наших дохристианских предков.

Но дело в том, что подобные гипотезы, причем с привлечением доказательств, печатались и до образования СССР, во времена процветания Российской Империи! И об этом хорошо знала Н. Крупская. Только вот при большевиках такие научные исследования исконно русских ученых будут или засекречены, или уничтожены пришедшими на их место советскими собратьями.

Серьезные раскопки в Тель-Амарне проводились в 1891–1892 гг. известным английским египтологом УМ. Питри Флиндерсом (позже исследовал гробницы древнейших фараонов в Абидосе, вел раскопки в Мемфисе и др.); и вновь возобновились в начале XX века, в 1910 г., на сей раз в них участвовали специалисты из Германии. Ученые и археологи, уже давно знавшие о существовании правителей города Солнца (Амарны) Эхнатона и Нефертити по многочисленным изображениям и расшифрованным письмам, 6 декабря 1912 года откопали чудо из чудес — бюст Нефертити, ставший затем самым известным, самым копируемым бюстом самой знаменитой из всех известных нам египетских цариц. Ее изображение в 20-е гг. XX в. появится на дамских украшениях: клипсах, кольцах, брошах, и т. д., на сервизах и полотнах.

Профессор Борхардт опустился на колени перед своей находкой; голова под короной с уреусом, — со священной змеей, свидетельствующей о ее принадлежности к царскому роду, заставила ученого застыть в немом восхищении. Потрясение от значимости этой находки было невероятным! И это вскоре оценил весь научный мир Европы. В результате переговоров и хитрых шагов, предусмотрительно предпринятых молодым амбициозным ученым, выходцем из немецких евреев, Людвигом Борхардтом, бюст прекрасной Нефертити оказался сначала в Германии, у профессора Джейма Симона, а через годы — в Берлинском музее. И когда в Германии наконец вышел первый номер иллюстрированного журнала с цветным изображением египетской царицы на обложке, весь мир взорвался восхищением и возмущением. Крупская с любопытством прочитывала газеты, вся мировая пресса сообщала о ходе дебатов, занимавших первые полосы ведущих изданий. Всех волновали вопросы: почему бюст Нефертити позволили вывезти в Германию? Египет негодовал, требуя вернуть бесценное сокровище; каирские власти переживали по поводу своего неприглядного участия в этом проекте; Берлин отстаивал свое право на находку. В Европе даже развернулось народное движение за возвращение Нефертити в Египет. Тогда же был предложен обмен: две статуи фараонов на один женский бюст; «Стоят ли два царя одной царицы?» — насмехались немецкие газеты, и эта фраза, попавшая в заголовок, хорошо запомнилась Крупской. Еще прежде, пребывая в Йеле, она начнет писать свой загадочный список (он станет видоизменяться с годами, там появятся новые имена) предполагаемого разделения власти в новой, большевистской стране, отчасти исходя из интерпретации самой модной в то время исторической темы: Древний Египет, новые находки о царствовании прекрасноликих земных божеств.

Более тридцати веков назад Нефертити была самой могущественной императрицей мира, но нешуточные страсти сделали Нефертити самой известной героиней Истории тогда, когда теневой правительницей самой могущественной страны мира, захваченной в 1917 году бесами, была Надежда Константиновна Крупская.

Крупская проводила параллели, которые отныне, с объявлением ца публике лика Нефертити, становились все очевидней. Эта бдительная и жестокосердная тихоня почувствовала искус; полнеющая дремотная Наденька-душка поняла: вот где неоглядный простор для мести обидчикам и напутствования поколений; о, как она памятлива!

— Эхнатон и Нефертити заполучили самую могущественную и самую развитую империю мира.

— Египет был абсолютной монархией, но во многом очень и очень демократичным государственным образованием.

— император руководил страной с централизованным управлением, с высокоэффективной системой налогов; страной, обладавшей огромным влиянием на международной арене; из разных стран сюда постоянно прибывали послы и консулы. В стране успешно работали различные службы, в том числе быстрая почта, таможня, полиция, имелись сильная армия и военно-морской флот.

— Египет был ведущей державой мира, и был вместе с тем страной сельскохозяйственной.

— Он был центром международной торговли.

— Был открыт для всех культур, все окружающие земли почитали его силу, мощь и справедливость.

— В его землях было столько золота, «сколько пыли», как писалось в амарнских письмах (и открытие в 1922 г. гробницы далеко не самого могущественного фараона XVIII династии Тутанхамона подтвердило предположение о несметных богатствах страны).

— Египтян называли наименее воинственными; Египет выступал как охранитель соседних государств.

— В стране во всем соблюдалась строгая законность; путешественник, заснувший на обочине дороги, находился в такой же безопасности, как и дома. Подобную мысль озвучивали многие путешествующие.

— Все составляющие общества; правительство, промышленность, торговля и сельское хозяйство управлялись на основе принятых справедливых законов, за исполнением которых отвечали чиновники.

— В стране стремительными темпами развивались науки, литература и искусство.

— Каждый житель страны придерживался этических норм, представленных как заповеди (до нас дошли 42), среди них: «Не солги; не лжесвидетельствуй; не убий и др.» (задолго до рождения Христа люди жили по божественным заветам).

Да, Египет был самой цивилизованной страной в мире. Но уникальная цивилизация была разрушена; видоизменена; она погибла. Слишком лакомым куском был Египет для пришлых, и слишком мирными, не искушенными в подлости и наглости, были его жители, чтобы суметь спастись…

Сирийцы и хетты вторгались в его пределы во времена правления Эхнатона и Нефертити; «вторжение кочевых племен хабиру (евреев) в азиатские владения Египта еще более осложнили обстановку» (СИЭ, т. 1, раздел 449). Можно встретить иное название: хапиру. «Эти люди, которых письменные источники называют хапиру Сапиру), или, по-шумерски, си-газ (что означает «подрезатели жил», «головорезы»), появлялись иногда мирно, как наемники на сельскохозяйственные работы, иногда же воинственно, стремясь захватить землю и крепости оседлого населения. Они представляли серьезную опасность для владычества египтян…» («Всемирная история», М., 1955, т. 1, с. 393). В Амар-ну к царю понеслись письма с просьбой защитить от посягателей; «Эти твари — порождение царя Митанни, царя Вавилона и царя хеттов», — засвидетельствовано на одной из глиняных табличек. Урусалим (станет после называться Иерусалим), или город Мира, как его называли в амарнских письмах, был в то время очень важным оплотом Египта в Южной Палестине. В письмах египетского губернатора, принца Абдикебы к Эхнатону описана революция, произошедшая в городе после вторжения оккупантов; причем сначала город стал центром беспорядков. В отчаянии принц писал, что головорезы не только завоевали Землю обетованную, но и поселились в ней, явно намереваясь остаться навечно (Э. Уэллс. Нефертити. М., 2004; См. также исторические труды Джошуа и др.).

К пришлым семитского происхождения в Древнем Египте относились снисходительно, но и с некоторой насмешкой. Считалось, что из них могут быть хорошие танцоры, но никудышные работники. Одетые в яркие шерстяные одежды, носить которые в жарком климате было не принято, с большими крючковатыми носами, с длинными спутанными волосами и неухоженными бородами они являли собой непривычный контраст с чистыми и благоухающими людьми, одетыми в легкие светлые одежды. Но египетские женщины их приняли и даже позволили себе познать их мужскую силу.

И вот на эту благословенную землю, и на ее неискушенный в коварстве народ, возжелавший — волей своих властителей Эхнатона и Нефертити — поклоняться иным богам, обрушилась кара Господня.

Итак, сначала были разговоры и помыслы о замене богов и смене месторасположения столицы. Но со временем утопия воплотилась; боготворимые прежде имена, высеченные на стелах, колоннах и в храмах, вычеркивались, вытирались, на их месте высекались новые.

Инакомыслие посеяло в обществе раздор. Смена идеологии превратилась в террор, — слишком много было несогласных и недовольных.

Вброшенные семена раздора прорастали на благодатной почве рождающейся дегенерации, восторжествовавшей в высшем обществе: мужчины не хотели отдавать своих прекрасных женщин в чужие руки, и женились на сестрах и дочерях.

…Когда же появились очередные пришельцы, не путешествующие, а пожелавшие осесть на землях Египта, в его культурных и торговых центрах, умные и божественные красавицы Нила, пытаясь интуитивно исправить ситуацию дегенерации рода, бросились в объятия мужчин другого народа, пусть и не самой приятной наружности. Но при интимной близости оказалось, что те были столь примитивны и неискусны в любви, что даже неизбалованные египтянки были поражены. Но их божественное Женское начало было ущемлено, уязвлено, потрясено от другого: оказалось, что самые желанные забавы и утехи пришлых мужчин сводились к мужеложству, тогда как обнаженные прелести дочерей Нила должны были лишь услаждать их взоры, возбуждая похоть. И вместо того, чтобы принять умных и невероятно красивых женщин, перед чарами которых никто до этого не мог устоять, дикие пришельцы из кочевых племен стали умащивать египетскими благовониями своих сестер, жен и дочерей, и предлагать и продавать их в благополучные дома богатых египтян.