Чтение онлайн

Неожиданно руки его скользнули вверх. Ласкающее движение пальцев по внутренней стороне бедра обожгло кожу. Я этого не приказывала!

Губы снова коснулись щиколотки, вновь обжигая, а потом прикусили кожу, пробираясь все выше.

– Что за черт?!
– воскликнула я, дернулась назад и выронила телефон, когда поняла, что колдун крепко держит ногу.
– Отпусти немедленно!

Колдун рассмеялся. Бархатный голос резал слух.

– Мне нравится эта игра, - проговорил он, ухмыляясь, глядя в мои ошарашенные глаза, - не знаю, кто тебе дал артефакт, которым ты надеялась подчинить мою волю, но он не сработает.

А вот такого поворота я не предвидела. Полагала, что кольца - это все его артефакты. Но значит, где-то еще прячет еще один.

Одно радовало: колдун думает, что я использовала артефакт. Хоть тут пронесло. Вот же ты глупая ведьма, Василиса! И как тебе такое в голову пришло? Чуть не раскрыла свою тайну перед врагом.

Ладони легли на мои колени, и он уверенно развел в стороны мои ноги. Подол платья задрался вверх, демонстрируя синее кружево нижнего белья. Я облокотилась о ступеньки, пытаясь принять устойчивое положение. Губы его коснулись колена и в кровь выбросило дозу адреналина. От испуга я тяжело задышала.

– Что вы делаете?!
– пропищала, перейдя снова на «Вы». Теперь, когда я знаю, что действует он не по моей указке, нужно быть более осторожной. Он старше меня, и он Старцев. Возможно, за эту выходку меня сошлют в такое место, о существовании которого я и не подозревала, или накажут более серьезно. Ведь оказывать давление на колдунов строго запрещено.

– Какой интересный подарок преподнесла Лидия, - пробормотал колдун, поглаживая мои бедра.
– Очаровательная ведьмачка.

Как он смеет звать мою прабабушку «Лидия»?!

– Отпустите немедленно!
– потребовала я, но голос прозвучал пискляво и неуверенно. Сердце испуганно трепетало в груди.

Сейчас, когда иллюзия власти над колдуном исчезла, я прочувствовала каждой клеточкой тела, кто передо мной. И страх парализовал. Сила и власть мужчины начинала казаться вполне осязаемой.

Он не привык получать отказы. Но кое в чем ошибся - я не ведьмачка. И хоть не была вступившей в полную силу ведьмой, все же могла больше. Не учла только, что против моей магии легко можно защититься артефактом. И почему я не подумала об этом раньше?!

Из всего, что в данной ситуации возымело бы хоть какой-то эффект и могло меня спасти, подходящим было одно.

– Отстаньте от меня!
– последний раз потребовала я и попыталась выдернуть ноги из цепких горячих ладоней.

– Что же ты такая строптивая, ведьмачка?!
– удивился колдун. Приподнявшись на руках навис надо мной, заглядывая в глаза, вальяжно устроившись между моих ног настолько близко, что это заставило невольно вжаться в ступеньки.

От жара его тела мне стало не по себе. Собственные мысли пугали. Я находила его красивым и не испытывала отвращения от того, что он так близко, пожалуй, даже наоборот. Наверное, это и послужило основанием для опрометчивого поступка. Зажмурила глаза, сосредоточилась, призывая магию, а когда открыла их вновь, уже была кошкой. Это всегда происходит быстро, буквально за доли секунды.

– Что за черт?!
– выругался колдун, чуть не раздавив собой жалобно мяукнувшую полосатую тварь.

Он встал и потянулся ко мне, чтобы взять на руки. Но я зашипела в ответ и попыталась поцарапать его. Кошка из меня была так себе. Превращаясь в какое-либо животное, мы не перенимаем его привычки или способности, мы даже видеть продолжаем, как прежде. И я оказалась на руках мужчины. Шерсть поднялась дыбом. Я попыталась вырваться, выпустить когти, но достать колдуна не вышло.

– Вот значит, как?
– лукаво улыбнулся Максимильян Северьянович.

– Максим?
– появилась откуда ни возьмись моя прабабушка.
– Ой, Василисушка, и ты здесь.

Бабуля выдала меня, сама того не зная. Теперь мой спектакль закончился окончательно. Такого провала я не ожидала. Вот идиотка!

– Василиса?
– удивился колдун.
– Это та Василиса, которая ваша правнучка?
– уточнил он, еще ехиднее улыбаясь.

– Да, - подтвердила она и, к моему удивлению, разговаривала слишком снисходительно с колдуном.

– Что это ты разгуливаешь в таком виде?
– удивленно пропела бабуля.
– Позволите?
– улыбнулась она, протягивая руки ко мне.

– Само собой, - вежливо ответил колдун, отдавая меня прабабушке.

Я совсем расстроилась и позволила телу обмякнуть. Колдун наверняка понял, в чем тут дело.

На полу остались моя маска и обувь. Маска пластиковая и не превращается, как одежда. Если я сейчас верну обратно привычный облик, он увидит мое лицо. Хотя бы это нужно попытаться сохранить в тайне.

– Ты так и будешь весь вечер ходить в таком виде?
– спросила бабуля, заглядывая в глаза, но потом она заметила маску, оставшуюся на полу.

Я стыдливо отвернула в сторону полосатую мордочку.

– Вы нас извините, Максим, - пропела елейным голосом Лидия, - думаю, мне будет проще обсудить с правнучкой ее поведение наедине.

Не дожидаясь ответа, она унесла меня в гостиную. И убедившись, что колдун вернулся к гостям, вновь посмотрела на меня. Очень надеюсь, Лидия не стала свидетельницей развернувшейся на лестнице сцены целиком.

– Ну, в чем дело?
– строго проговорила она.

Я поняла, что пора завязывать с кошачьим спектаклем. Как только она опустила меня на пол, вернула себе привычный облик.

– Что произошло?
– допытывалась прабабушка.

– Ничего, - соврала я.
– Испугалась, вот и превратилась.

Она вручила мне маску, и я тут же ее надела.

– Он не видел твоего лица?
– забеспокоилась она.

– Нет, я хотела незаметно убежать, но он меня поймал.

– Как глупо, Василиса! Зачем тебе вообще потребовалось убегать?

– А почему ты так вежливо с ним разговаривала?
– ушла я от ответа.

С детства мне внушалось, что колдуны - это негодяи, беспринципные, властные и похотливые мужчины, которые по нелепому недоразумению, используя сильные магические артефакты, захватили у нас власть. И теперь мы вынуждены с ними считаться, жить по их правилам. Но я не думала, что напускная вежливость настолько правдоподобна. В такие тонкости «холодной войны» меня не посвящали. Даже показалось, что колдун, разговаривая с прабабушкой, был искренне вежлив. И это фамильярное обращение... То, что он повел себя со мной, как похотливый самец, меня не удивляло. Он решил, что я ведьмачка, а значит, со мной можно делать все, что пожелает его колдовское благородие. Так уж повелось. Только что он теперь думает? И почему бабуле не рассказал о неудавшейся попытке подчинить его волю?

– Потому что пока мы не можем себе позволить конфликтовать в открытую!
– перейдя на шепот, но сохраняя непреклонный тон, ответила она.

– Как меня раздражает весь этот балаган!
– прошипела я.
– Подкладываешь им в постель ведьмачек, лживо улыбаешься в глаза, что еще ты делаешь, о чем я не знаю?

– Ты забываешься, Василиса!
– уже чуть громче сказала Лидия.
– Если бы Старцев-старший не позволил Аните сохранить тебя, ты бы тут не возмущалась и не показывала мне свой характер.