Чтение онлайн

Все заулыбались. Теперь Александр Юрьевич так же удивленно, как ранее на Гольдштейна, взглянул на Николая. Как легко он снял напряжение разговора!

–  А ведь среди нас есть и достаточно молодые, - Штолев радушно улыбнулся сидящим рядом Григорию с Веркой, - и, смею заметить, вполне зрелые люди. Причем довольно разного воспитания, - он с удовольствием подмигнул своей Катерине.

–  Ты хочешь сказать, что уже сейчас можно подбирать людей для такого анклава? Сделать нашу особую промышленно-экономическую зону оплотом коммунизма?

–  А почему нет? Ты думаешь, Рапопорт еще не догадался, откуда у поставляемой ему инсайдерской информации ноги растут? Не понял, что в переданном ему ноутбуке заложены революционные технологии? Если хорошо подумать, то каждый из нас сходу назовет минимум десяток людей, кого можно привлечь к нашему делу. Так что, господа коммунисты, - ухмыльнулся Николай, - может по рюмочке за успех нашего дела?

–  Н-да, поговорили, - неожиданно сказал внимательно слушавший, но молчавший до того Коробицын.
– И чему, интересно, вас всех в школе учили?

–  Это ты к чему, Андрей?
– спросила сидящая рядом Лена Кононова.

–  Да потому, что все переврали!
– голос свежеиспеченного полковника ФСБ был достаточно громким, чтобы его услышали все.

–  Что все?
– немедленно отреагировал Гришка.

–  Коммунизм, от латинского communis, то бишь - общий, в первую очередь подразумевает общественную собственность на средства производства, демократическую власть и равенство всех людей. И если первое меня не особо смущает, то второе - при нынешних политтехнологиях - глубоко порочно. А равенство… Ну это вообще абсолютная глупость.

–  С первыми двумя пунктами согласен, а вот о последнем давай-ка подробнее, - немедленно отреагировал мгновенно заинтересовавшийся Сахно.

–  О каком равенстве идет речь? Если перед законом, то более-менее согласен. Хотя ответственность тоже не всегда должна быть одинаковая. Переход улицы в неположенном месте, приведший к ДТП, должен для маразматической старушки и инспектора дорожной полиции караться совершенно по-разному.

–  Логично, - согласился Штолев.

–  Гитлер и Эйнштейн. Оба родились с разницей всего в десяток лет в Европе. Оба оказали огромное влияние на человеческую цивилизацию. Кто-нибудь из нас осмелится поставить между ними знак равенства?

–  Кто бы спорил, - хмыкнул Гришка.

–  Вот перед нами два Гольдштейна, - Андрей указал рукой на тихо сопящего носиком завернутого в пеленки Валерика и его отца, неосознанно положившего руку так, чтобы ребенок не свалился со стола, хотя перевернуться самому в этом возрасте было довольно проблематично.
– Кого, Гена, - Коробицын повернулся к недалеко сидящему Кононову-старшему, - ты будешь при возникновении какой-либо опасной ситуации спасать в первую очередь?

Светлана мгновенно напряглась и обеими руками ухватилась за сына, где встретилась с ладонью мужа. Хотя тут же успокоилась, осознав, что опасность чисто гипотетическая.

–  Леську, - без малейшей задержки отреагировал Геннадий, - Витя у нас хоть и не силач, но позаботиться о себе может.

–  Или, может быть, поговорим о равенстве мужчины и женщины?
– улыбнулся полковник ФСБ Наталье, оглаживающей свой большой живот.
– Нам, мужикам, не дано самим рожать детей, но разве без нас они на свет могут появиться?

–  Ну, как минимум, нам для этого требуется пусть махонький кусочек, - расхохотавшись, жена Сахно показала большим и указательным пальцем правой руки символический зазор, - но, все-таки, от настоящего мужчины.

Засмеялись все. Дождавшись, когда смех начал утихать, Коробицын продолжил:

–  Итак, о равенстве во всем не может быть и речи. Следовательно, коммунистическая идея хоть и имеет свои привлекательные стороны, но, раз в основе ее неверные постулаты, даже теоретически неосуществима.

–  Хорошо, - согласился Сахно, - тогда как ты видишь устройство общества в будущем?

–  Да точно так же, Саша, как и ты - сейчас России остро требуется осуществить переход от дикого олигархического капитализма в его самой разнузданной форме к порядку государственного капитализма. Ну, не в полном виде госкапитализм, но на всех стратегических направлениях.

–  А власть?
– немедленно последовал следующий вопрос.

–  Именно то, что ты сделал - диктатура умного патриота. Кстати, знаешь, как это называется по-научному?

–  Ну?
– интерес в глазах Александра Юрьевича стал заметнее.

–  Меритократия. Буквальный перевод с латинского и греческого - власть достойных.

–  А ведь под государственным капитализмом принципы "от каждого по способностям" и "каждому по потребностям", соответственно только разумным потребностям, в паре вполне могут работать.

–  То есть мы - меритократы? Никак не коммунисты?
– дошло до Гришки.

–  Вообще-то это несколько разного класса понятия, но по большему счету ты прав, - согласился Андрей.
– Это же Красные Полковники привели к власти генерала Полонского, с моей точки зрения именно достойного.

–  Вроде бы разобрались, - констатировала баронесса, почему-то переглянувшаяся с Леной Кононовой.

–  Вот теперь можно и по рюмочке за успех нашего дела, - опять предложил Штолев.

В этот раз предложение было встречено с энтузиазмом - хотя вино и крепкие напитки всегда стояли в баре малой гостиной Красного-один, алкоголь употреблялся довольно редко. Просто не до выпивки было - столько сверхинтересной работы. Конечно, женщинам по определенным причинам налили чисто символически, но это сейчас не имело особого значения.

–  И как, Лев Давыдович, первое впечатление?
– спросил Сахно, когда Рапопорт, наконец-то, оторвался от краткого описания истории и возможностей открытия, а также ближайших планов.

–  Знаешь, Саша, нечто такое я уже давно предполагал. Кстати, а для кого составлялся этот документ?
– старый миллиардер снял очки и ткнул дужкой в гриф "Особой важности".*

–  Только для высших государственных чиновников, которые будут связаны с работой в "Особой экономическо-производственной зоне".

–  Значит для Военного Совета. Тогда зачем ты мне эту бумагу показал?

–  А как вы думаете?
– выражение на лице Александра Юрьевича было несколько загадочным.

Рапопорт посмотрел зятю прямо в глаза, тяжело вздохнул и ответил:

–  Даже не надейся. Стар я уже для таких игр.

–  Каких таких?
– тут же парировал Сахно.
– Вы отлично руководите огромной корпорацией. Здесь же, - он ткнул незажженной сигаретой в лежащий на столе документ, - от вас требуется то же самое - общее руководство. Причем на правах министра и зама премьера, плюс все возможности нашей команды - от апартаментов в Красном, хотя это вас вряд ли прельстит, до эвакуационного браслета с портальным терминалом. И работа будет - не просто бабки заколачивать - я вообще-то уже заметил, что это давно вам приелось, но все-таки доставляет некоторое удовольствие - а приносить пользу своей стране.