Чтение онлайн

Технический референт переглянулся с директором ЦРУ, специалисты которого и достали только начавшийся продаваться пока исключительно в России ноутбук.

–  Так это ваш процессор или нет?

–  Наш, но… - один из ведущих разработчиков "Интелла" замялся, - мы, как я уже сказал, повторить его с такими параметрами не сможем очень долго, даже если бы у нас были соответствующие материалы.

–  Конкретнее, - голос спрашивающего бы все также сух.

–  Тончайшие тепловые трубки - наши специалисты, увы, не смогли разобраться из чего и как они сделаны - выводят тепло прямо из ядер процессора, чипсета и остальных микросхем с относительно высоким энергопотреблением на заднюю сторону монитора, что и позволило, в том числе существенно поднять тактовую частоту.

–  Дальше, - требование прозвучало как удар хлыста. Разработчик "Интелла" даже чуть дернулся.

–  Огромный объем оперативной памяти - мы такое применяем только в мощных серверах, - быстрый виноватый взгляд.

–  Дальше!

–  Отсутствие винчестера.

–  Мммм?

–  Применен флеш-массив в несколько терабайт - излишне дорогое решение, хотя и дает приличную прибавку к и так фантастическому быстродействию, - небольшая пауза.
– Совершенно непонятная технология пайки всех элементов, включая сам процессор, к печатной плате, кстати сказать, тоже неизвестно как сделанной - слой припоя тончайший, но прочность крепления изумительная. Ну и совсем маленькая по размеру и емкости литиево-ионная батарея.

–  Объясните!

–  По расчету ее хватило бы максимум на несколько минут автономной работы, а когда мы проверяли производительность на еще исправном образце в течение нескольких суток, подключение внешнего блока питания не потребовалось.

–  А сейчас что, ноутбук не работоспособен?!
– перебил директор ЦРУ.

–  А как бы мы его разобрали, если у него цельный титановый сверхпрочный корпус без единого винта?

Специальный технический референт президента опять переглянулся с главным цэрэушником.

–  Как же тогда русские его собрали?
– с заметной издевкой спросил директор ЦРУ.

В ответ он получил только невнятное пожатие плеч.

–  Одиннадцать градусов, - чуть виновато сообщил Виктор.

–  Сколько?
– не поверил Кононов-младший.

–  Максимально возможный угол обзора нашего портального локатора - одиннадцать градусов, - повторил Гольдштейн.
– Больше не сделать из-за срыва генерации.

–  Без ножа режешь, Витя. Я уже производство пассивных микромаячков наладил - меньше макового зернышка - новый сервер собрал, программное обеспечение написал и оттестировал, а тут… - обычно жизнерадостное лицо парня было сейчас унылым.
– Столько пахоты и все коту под хвост. Это только по моему направлению. А тетя Наташа с Веркой уже второй месяц управление отлаживают. Теще даже беременность не помешала программу выполнить.

–  Почему под хвост?
– удивился Виктор.
– Дальность нас не особо волнует. Поставим локатор на видимой части Луны. Придется, конечно, делать специальные механизмы поворота антенной решетки, чтобы скомпенсировать прецессию и покачивания спутника Земли.

–  Угу. И вводить в программу постоянное изменение координат самой вращающейся вокруг планеты точки обзора, - все также уныло протянул Гришка, прикидывая новый отнюдь немаленький объем работы.

–  Подожди, а если… - физик на полуслове замолчал, задумавшись.

Парень с надеждой посмотрел на него. Гольдштейн закурил, улыбнулся и спросил:

–  А если на геостационарную орбиту? Какой оттуда телесный угол на Землю?

Григорий быстро посчитал:

–  В районе девяти с половиной.

–  С запасом. На орбиту мы можем нашими генераторами закинуть почти двести кэгэ. Хватит?

–  Очень сомневаюсь. На первый взгляд требуется минимум вдвое больше. Ничего, что-нибудь да придумаем. Во всяком случае - это вариант, - Гришка опять стал самим собой - никогда неунывающим.

–  Точно все рассчитали?
– взгляд у Сахно мало того, что был очень испытующим, в нем также хорошо было заметно некоторое сомнение.

–  Десять раз пересчитывали, - обиделся Григорий, - Почти сотня килограммов массы в запасе. Это с учетом веса нового скафандра. Из нас я самый легкий.

–  Не выдумывай - легче всех в команде я, - опротестовала заявление жениха Верка.

–  Ну, первой на геостационарную орбиту ты все равно не пойдешь, - охладил пыл дочери Александр Юрьевич, - не женское это дело так рисковать.

–  Дядь Саша, ну какой здесь риск? А Веру я все равно туда не пущу - кого во время прыжков тошнило?
– повернулся Гришка к невесте.
– На орбите вообще невесомость будет.

Девушка сразу замолчала, вспомнив свои не очень-то приятные ощущения во время того развлечения несколько месяцев назад. Конечно, эта Гришкина идея была совершенно дурацкой, но ведь интересно же было попробовать. А с другой стороны, так классно - прыгнуть с парашютом прямо из бункера. Они стояли тогда рядом в гидрокостюмах с надетыми сверху подвесными системами с основным куполом сзади и запасным на груди и держались за руки, когда Григорий открыл портал на высоту четыре тысячи метров над маленьким островком в Карибском море. Воздух из комнаты ощутимо толкнул в спину, но они устояли. Светлана, которой Виктор не разрешил прыгать из-за беременности, на всякий случай контролировала Кононовых-младших из своего бункера. В случае чего просто выдернула бы обоих к себе в комнату с автоматическим гашением, как линейной скорости, так и момента вращения - новые генераторы пробоя это легко позволяли. А в доведении программного обеспечения порталов она сама принимала активное участие.

Шагнуть вперед и вниз было чуть-чуть страшно, но Вера прыгнула, как только почувствовала движение Гришкиной руки. А потом… Море оказалось где-то далеко внизу, и Верка немедленно громко завизжала от этой смеси страха и восторга. Хотя особого страха не было - при портальной-то страховке всегда знаешь, что можно вывернуться из любой самой трудной и опасной ситуации. Их закрутило, оторвало друг от друга, и только тогда она вспомнила, как нужно развести руки и ноги, чтобы прекратить вращение. Собственно говоря, их и разводить не потребовалось. Достаточно было немного прогнуться, как инструктировал Гришка, начитавшись каких-то пособий, и чуть расслабиться. Поток воздуха сам расположил ее как надо. Глаза заслезились, и где-то далеко-далеко она увидела море. А все остальное на свете забыла. Только заворожено сквозь выбитые ветром слезы смотрела вниз на сначала медленно, а затем все быстрей приближающуюся воду. Страхующий автомат сам дернул кольцо основного парашюта на высоте восемьсот метров. За спиной что-то щелкнуло, зашелестело, и ее сначала мягко, а затем все быстрее потянуло вверх. Верка совершенно неожиданно оказалась удобно сидящей в подвесной системе с нелепо болтающимися ногами. Подняла голову и увидела ярко-оранжевый прямоугольник вздувшегося крыла. В стропах весело свистел ветер, развевая ее волосы. Гришеньки рядом почему-то не было, сколько она ни крутила головой. Что-то вдруг достаточно громко защелкало прямо на груди, и только тогда Вера догадалась отключить автомат запаски. Вода стала приближаться вначале медленно, а потом все быстрей и быстрей. Вспомнила, что перед самым касанием надо резко потянуть обе висящие петельки. Дернула их, и спуск резко замедлился. Успела вдохнуть и с головой погрузилась в воду. Рванула специальную подушечку и отцепилась от купола и запаски, оставшись в подвесной системе. Только выплыв из-под полотнища парашюта, увидела, наконец-то, своего жениха, который улыбаясь, спускался с голубого неба прямо к ней. Островок оказался совсем близко, всего метров двести. Доплыли, перекидываясь шутками, и прыгнули к себе. Потом долго хохотали, вытаскивая в бункер парашюты и развешивая их на просушку.

–  Понравилось?
– спросил Гришка.

–  Угу, - кивнула она тогда головой.

Потом еще несколько раз прыгали, уже догадавшись надеть специальные очки, в которых выглядели как какие-нибудь глубоководные лупоглазые рыбы. Вот только во время последних двух прыжков ее почему-то тошнило. Мама тогда сказала, что ее девичий организм еще недостаточно сформировался и не годится для таких нагрузок.

–  Ладно, уговорили, - наконец-то согласился Сахно.
– Раз испытания с блоками в сто восемьдесят килограмм прошли успешно… Рука не подведет?
– посмотрел Александр Юрьевич не на Григория, а на свою жену.

–  Зажило как на собаке, - улыбнулась Наталья.

–  Ювелир-р-рная работа! Девочка! У меня теперь все строго сбалансировано - два мальчика и две доченьки: Верочка и маленькая Надюшенька.

–  Саня, тебе хватит, - констатировал с улыбкой Штолев, сам не особо твердо сидящий на стуле.

Наталья родила в середине дня. Работала на компьютере, вдруг поняла, что начинается, и не смогла встать. Вызвала по сети всех женщин команды, перебралась с их помощью через портал в собственную медицинскую секцию Красного и категорически отказалась отправляться в клинику хорошего знакомого мужа, где по его настоянию на всякий случай наблюдалась у врачей.