Красный и белый террор в России. 1918–1922 гг.
Шрифт:
Все эти точки зрения некорректны, в том числе и последняя, т. к. и она в какой-то степени оправдывает тоталитарную систему с ее преступной (мягкой или жесткой) карательной политикой. Думаю, что нельзя полагать борьбу с диссидентами при помощи «психушек», ссылок, лагерей более либеральной мерой по сравнению с расстрелами. Это тоже террор, и слова «лучше», «хуже» для определения преступности режима употреблять вряд ли имеет смысл. Любой террор преступен.
Большой террор был естествен для карательной политики тоталитарного государства. Его главное отличие от красного террора состояло в том, что в 1918 г. шла гражданская война и у населения было оружие, чтобы как-то противостоять репрессивному произволу красных или белых властей. В 30-е годы государственный террор со страшной силой обрушился на совершенно беззащитное, обуянное страхом население. Гитлер в те же годы уничтожал ненацистов и «расово неполноценных». Для Сталина никаких ограничений не было — массовый террор не обошел ни один слой населения, ни правящую партию, ни самих карателей [641] .
641
Число жертв «ежовщины» (январь 1937— декабрь 1938 г.) ужасает. По мнению Р. Конквеста, за это время было расстреляно около миллиона, умерло в заключении около 2 миллионов человек. Конквест Р. Там же. С. 962. И. А. Курганов конкретизировал: в 1937–1938 гт. погибло 635 тысяч крестьян, рабочих, интеллигентов, 340 тыс. коммунистов, 30 тыс. военных. // Российский ежегодник. М., 1990. Вып. 2. С. 288. В 1956 г. на секретный запрос Политбюро КГБ сообщил: в период с 1935 по 1940 год было арестовано примерно 16 миллионов человек, из которых по крайней мере семь миллионов были расстреляны или умерли в ГУЛАГе. Эндрю К., Гордиевский О. Там же. С. 158. По данным В. Земскова, в конце 1937 г. в ГУЛАГе находилось 996 367 заключенных, в конце 1938 г. — 1 317 195. Удельный вес осужденных за «контрреволюционные» преступления в составе лагерных заключенных составлял: в 1937 г. — 12,8 %; 1938 г. — 18,6 %; в 1939 г. — 34,5 %. // Аргументы и факты. 1989. 11–17 января. В 1937–1938 гг. было расстреляно 110 из 139 членов ЦК, избранных на XVII съезде ВКП(б) в 1934 г.; 75 из 80 членов Реввоенсовета РККА, более половины командиров. Дважды подвергался чистке НКВД. При Ежове все 18 комиссаров государственной безопасности первого и второго рангов, служившие при Ягоде, были физически ликвидированы. Из 122 высших офицеров, служивших в 1937–1938 гг., только 21 офицеру удалось сохранить свою должность после того, как Ежова сменил Берия в 1939 г. Эндрю К., Гордиевский О. Там же. С. 158. В документе, составленном прокуратурой страны в 1954 г. для Хрущева, говорилось, что, по данным МВД СССР, с 1921 г. до начала 1954 г. за политические, «контрреволюционные» преступления было осуждено коллегией ОГПУ, «тройками» НКВД, Особым совещанием, Военной коллегией, судами и военными трибуналами 3 777 380 чел., в том числе приговорены к расстрелу — 642 980, к содержанию в лагерях и тюрьмах на срок от 25 лет и ниже — 2 369 220, в ссылку и высылку — 765 180 человек. Указывалось, что из общего числа арестованных за «контрреволюционные» преступления около 2,9 млн. человек были осуждены во внесудебном порядке и 877 тыс. судами и военными трибуналами. В начале 1954 г. в лагерях и тюрьмах находилось 467 946 политических заключенных, в ссылках — 62 462 человека. // Аргументы и факты. 1990. № 5. По данным А. Н. Яковлева, чекисты всего за несколько месяцев после декрета о красном терроре в сентябре 1918 г. казнили более 50 тысяч человек. Ас 1921 по 1953 год было арестовано 5 951 364 человека, а всего число убитых по политическим мотивам, умерших в тюрьмах и лагерях за годы советской власти в целом по СССР достигает 20–25 миллионов человек. Сюда относятся и умершие от голода: более 5,5 миллиона — в гражданскую войну и более 5 миллионов человек — в 30-е годы. Яковлев А. Н. Сумерки. С. 123, 217.
Время большого террора со всей очевидностью показало демагогичность и пагубность утверждений, которые любил повторять Троцкий и другие функционеры: «партия всегда права», «народ всегда прав». Отрицание большевиками общечеловеческой морали привело их к поддержке сталинских преступлений и собственного убиения. Борьба за выживание сделала людей агрессивными, нетерпимыми, завистливыми и жестокими в одобрении массовых убийств. Народ повинен в том, что не защитил себя, что позволил вовлечь себя в преступные деяния режима, одобрил их, стал жертвой и социальной базой левого экстремизма.
К. Маркс писал, что существует лишь одно средство сократить «кровавые муки родов нового общества, только одно средство — революционный терроризм». Ленин предложил метод его проведения, объявив обманом всякую нравственность, «взятую из внеклассового, внечеловеческого понятия», подчеркнув, что нравственно все, что полезно революции. Сталин уточнял, не очень следуя логике, что в стране должны властвовать не те, «кто выбирает и голосует, а те, кто правит», — люда, «которые овладели на деле исполнительными аппаратами государства, которые руководят этими аппаратами». И тут же подчеркивал: «Нам, представителям рабочих, нужно, чтобы народ был не только голосующим, но и правящим» [642] . Большевикам удалось эффективно замаскировать сущность тоталитаризма. Миллионы людей оказались втянутыми в уничтожение имущих и «врагов народа». Те, кто был ничем, получив обещание «стать всем», возвели в абсолют силовые методы «убеждения» и подчинения. Победоносный для большевиков исход гражданской войны в России привел их к большому террору 30-х, к убежденности в правоте произвола, безнаказанности за уничтожение своих беззащитных сограждан.
642
Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 5. С. 494; Ленин В. И. ПСС. Т. 41. С. 309; Сталин И. В. Соч. Т. 4. С. 37, 366.
Заключение
Гражданская война в России не имеет аналогов в мировой истории. Влияние ее на будущее созидание тоталитарных режимов было огромно. Ведь Гитлер мог утверждать, что идею организации концлагерей он заимствовал у Ленина и Троцкого. А Сталин, совершенствуя методы устрашения и насилия тех лет, довел общество до восприятия большого террора 30-х годов.
М. Геллер и А. Некрич, советские историки, будучи в эмиграции, написали краткий очерк истории СССР с 1917 года, назвав его «Утопия у власти» [643] . Они ошиблись. У власти в СССР были не утописты, а жестокие прагматики, использовавшие в пропагандистских целях камуфляж утопических лозунгов. Ленин и его окружение полагали, и не без оснований, что только не ограниченное никакими законами насилие может помочь большевистской элите удержаться у власти. И этой цели — удержаться у власти — была посвящена вся их деятельность. Ради этого большевистские властители цинично показывали, что человеческая жизнь для них — это только лагерная пыль.
643
London, 1986.
В годы Великой Отечественной войны Сталин вспомнил опыт Троцкого в гражданскую и ввел в действие заградительные отряды, которым было приказано расстреливать отступающих красноармейцев. Троцкий требовал ставить на «командные посты только тех бывших офицеров, семьи которых находятся в пределах Советской России, и объявляя им под личную расписку, что они сами несут ответственность за судьбу своей семьи» [644] . Ленин предлагал ввести институт заложничества по волостям. Политбюро ЦК ВКП(б) во главе со Сталиным решило институт заложничества усовершенствовать и 5 июля 1937 г. постановило: «Установить впредь порядок, по которому все жены изобличенных изменников родины — правотроцкистских шпионов подлежат заключению в лагеря не менее как на 5–8 лет».
644
См.: Волкогонов Д. Д. Ленин. Политический портрет. М., 1994. Т. 2. С. 109.
На всех докладах о еврейских погромах, проводимых Первой Конной армией на Украине и в Белоруссии, Ленин лаконично писал: «В архив». Сталин превратил антисемитизм в государственную политику и официально готовил погромы в 1953 году, проведя до этого депортации целых народов [645] .
От красных мало чем отличались белые. Летом 1919 г. А, Ф. Керенский сетовал на то, что «нет преступления, которого не совершили бы агенты Колчака… В Сибири имеют место не только случаи казни и пыток, но часто все население деревень подвергается порке, не исключая учителей и интеллигентов… Благодаря Колчаку общественная и экономическая жизнь в Сибири была уничтожена и создала новое и усиленное большевистское движение» (Там же. С. 55). Сталин устроил ликвидацию (не порку) представителей всех слоев населения, прежде всего крестьянства и интеллигенции.
645
Там же. Т. 1. С. 360–361.
Заметим и другое. Полководцы красных и белых войск, сражавшихся со своим народом в гражданскую, ничем не смогли проявить себя в межгосударственных войнах. Тухачевский, успешно воевавший с белыми и крестьянами, потерпел поражение при столкновении с польской армией. Беспомощными оказались Буденный и Ворошилов, Краснов и Шкуро в годы Второй мировой войны.
В годы гражданской войны у большевиков «классовыми врагами» были в разной степени все группы общества. Под другими лозунгами, с меньшими возможностями боролись против «всех» белые. Эта война могла дать лишь временных, формальных победителей. Большевики установили рекорд по умению заставить миллионы людей десятки лет сидеть на штыках. Но в подобной ситуации можно только провозглашать «тысячелетний рейх», а не всерьез рассчитывать на вечность подобного режима.
Всполохи террора времени гражданской войны продолжали вспыхивать в 20-е годы. Его проявлениями были убийства советских полпредов В. Воровского и П. Войкова, бывших деятелей и генералов противной стороны — С. Петлюры, Я. Слащова, А. Кутепова, Е. Миллера и др. Время с трагической очевидностью показало страшность не столько репрессий, сколько психологии толпы, оправдавшей и распятие Христа, и казнь недавних друзей и кумиров.
Деникин еще в 20-е годы отмечал: «Человеческое страдание — всегда страдание. Убийство — всегда убийство, льется при этом „белая“ или „красная“ кровь». Понятен и его призыв: «Мне хочется сказать людям в шорах: говорите о ваших терзаниях. Чтите ваших мертвецов. Но когда проходите случайно мимо бездонной могилы русской буржуазии — по существу, русской интеллигенции, снимите шапку над ней. Ибо там, вместе с окровавленными трупами, погребены невознаградные культурные ценности страны, ее интеллектуальные силы, ее надежда!» И еще: гражданская война «калечила жестоко не только тело, но и душу» [646] . Для того чтобы излечить душу от ненависти, чтобы привить ей сострадание к ближнему, нужно время. Будем ждать…
646
Октябрь. 1990. № 10. С. 55.
Гражданская война в России и даже победа в ней большевиков показала, что в перспективе ни белые, ни красные не имели будущего в стране, во имя которого они воевали. Историографические работы последних лет свидетельствуют о возросшем интересе исследователей к истории ВЧК — ОГПУ — НКВД, белого движения. (См.: Бордюгов Г. А., Ушаков А. И., Чураков В. Ю. Белое дело: идеология, основы, режимы власти. Историографические очерки. М., 1998; Голдин В. И. Россия в гражданской войне. Очерки новейшей историографии (вторая половина 1980–1990-е годы). Архангельск, 2000; Михайлов И. В. Гражданская война в современной историографии: виден ли свет в конце тоннеля? / Гражданская война в России. События, мнения, оценки. М., 2002. С. 639–655; и др. А также: Рассказов Л. П. Карательные органы в процессе формирования и функционирования административно-командной системы в Советском государстве (1917–1941 гг.). Уфа, 1994; Петров M. Н. ВЧК — ОГПУ: первое десятилетие. Новгород, 1995; Иванов В. А. Механизм массовых репрессий в советской России в конце 20–40-х гг. (на материалах Северо-Запада РСФСР). Автореф. дисс. докт. ист. наук. СПб., 1998; Хаустов В.Н. Деятельность органов государственной безопасности НКВД СССР (1934–1941 гг.). Автореф. дисс. докт. ист. наук. М., 1998; Российские спецслужбы: история и современность. Материалы исторических чтений на Лубянке 1997–2000 гг. М., 2003.)
Исследователи белого движения в значительной степени идеализируют его цели и программы, часто забывая о реалиях, которые свидетельствовали о декларативности многих заявлений его руководителей. Романтическое представление о белогвардейцах влияет и на изучение карательных органов этого движения и не позволяет более объективно раскрыть понятие белого террора. Изучение карательных органов советской власти в последние годы наполняется все более критическим отношением к происшедшему и попытками понять одну из главных систем режима, несколько десятилетий удерживающего власть в стране. В этом плане наверняка в скором времени появятся новые исследования, позволяющие понять до сих пор не совсем открытые механизмы борьбы за власть в гражданскую войну. Говорят, что смерть равняет всех, а память дифференцирует. Отказаться от личных симпатий и антипатий трудно, но в данном случае просто необходимо.