Чтение онлайн

– Так, – осторожно приблизилась Юлия Сергеевна к руке, – где взял?

– Сама залетела через балкон, – Юрий Петрович подошел к балконной двери. – Я стоял перед столом спиной к балкону. И она в этот момент залетела. Сейчас я буду ее оперировать. Нужен йод или зеленка. Бинт и спички.

– Я тебе удивляюсь, Лукьянов! Проблем выше крыши, того и гляди, в тюрьму загремит, а он птичек врачует. Чемодан-то хоть открыл?

– Не успел, Юлька, – Юрий Петрович улыбнулся, – все меня с толку сбивают: то синица, то ты примчалась назад через тридцать секунд. Юля, посмотри-ка сюда! – показал он глазами во двор.

– Что опять? – Юлия Сергеевна осторожно выглянула во двор из-за шторы.

– Похоже, милиционеры уезжают, – уточнил Юрий Петрович.

– Точно, уезжают. «Уазик» поехал к скверу вдоль шестого дома, – проговорила она тихо.

– Ай да синица! – обрадовался Лукьянов, качая синицу на ладони, – это волшебная синица. Юля! – громко скомандовал он, – неси быстро спички и зеленку!

Затем Лукьянов поместил синицу на полотенце подальше от края стола и вытащил две спички из коробка.

Юлия Сергеевна закусила губу:

– Что ты собираешься делать?

– Оперировать, – спокойно пояснил Лукьянов, хотя в душе волновался.

– К сожалению, у меня в этом никакой практики, – вздохнул Юрий Петрович, делясь сомнениями с Юлией Сергеевной, – не уверен, что это дело знаю. Плохо, нет для птиц никакой птичьей анестезии!

Вздохнув, Юрий Петрович решительно перевернул раненную птицу на спину. Синица напряглась и изогнулась дугой, но осталась в этой позе, доверчиво ожидая дальнейших действий. Сам же Юрий Петрович мгновенно вспотел спиной и посмотрел на взволнованную Юлию.

– Видишь, птичка мне доверяет, – прошептал он.

– Давай не отвлекайся, Айболит, – твердо сказала Юлия Сергеевна, – может, тебе тампон дать или вату?

– Нет, не надо, – отмахнулся Юрий Петрович и дрожащими пальцами с усилием распрямил свернутую в колечко лапку. В этот момент Айболит почувствовал кожей пальцев тихий скрип. Юлия Сергеевна зажмурилась. Удерживая лапку в распрямленном состоянии двумя пальцами правой руки, Юрий Петрович пристроил две спички с отломанными головками к лапке и стал осторожно приматывать их к ноге синицы черной ниткой. Синица только открыла клюв со странным щелчком и, оцепенев от боли и ужаса, с укором уставилась на Юрия Петровича.

– Терпи, – говорил взмокший бывший учитель физики и астрономии, – осталось совсем немного. Сейчас острая боль пройдет, будет легче, – неуверенно приговаривал Юрий Петрович. Закончив процедуру, Юрий Петрович полил на лапу бриллиантовой зелени. Затем осторожно приподнял синицу и положил ее на полотенце, заранее расстеленное на столе возле стопки книг под настольной лампой. Синица, пребывавшая, по-видимому, в шоке, лежала, не двигаясь. Юлия Сергеевна тоже не шелохнулась и только спросила жалобно:

– Все?

– Все! Ей необходим покой, – оглянулся по сторонам Юрий Петрович, – у тебя есть какая-нибудь коробка?

– Есть старая Егоркина шапка! Подойдет? Может, ее напоить?

– Меня лучше напои, – устало вытирал пот со лба Юрий Петрович. – Ладно, я пошел стричься.

Через полчаса Юрий Петрович, обритый наголо и без бороды, восседал на диване в цветастом, женском халате на голое тело и с большой советской энциклопедией в руках.

Юлия критически осмотрела одноклассника.

– Что-то не так? Не добрил? – схватился за свежую лысину Лукьянов.

– Нет! Ты все почистил. Но… теперь, как это сказать… появилась разница в цвете. Сразу видно, что побрил голову недавно, – объяснила Юлия. – Лоб, нос и щеки загорелые, а кожа на голове и на подбородке светлая. Очень смешно.

– Что же делать? – обескуражено рассматривал себя в зеркало Юрий Петрович. – Я стал разноцветный – как бабушкин половик. Как мне выровняться?

– Кажется, знаю, – полетела в спальную комнату Юлия. – У меня есть автозагар! Сейчас мы тебя подровняем.

Лукьянов отложил энциклопедию в сторону и изготовился.

– Главное не переборщить, – наносила крем на макушку Юлия. – Минут через десять подзагоришь. Без волос ты стал похож на себя прежнего, – комментировала она новый облик одноклассника. – Теперь я понимаю, почему ты двинул этого из джипа – ты тщательно маскировал в себе зверя.

Юрий Петрович пропустил реплику мимо ушей, а синица тихо сидела в шапке под лампой.

– Её, наверно, надо водой напоить? – листал страницы энциклопедии Юрий Петрович. – Интересно, как птицы пьют воду?

– Пьют клювами, – отвечала за птицу Юлия Сергеевна. – Прекрати басить и дай ей отдохнуть. Может, она заснет.

– Хорошо, хорошо, – зашептал Лукьянов. – А чем ты ее будешь кормить?

– Я? Кормить? – возмутилась Юлия Сергеевна. – Уйдете оба через полчаса – как обсохнешь, понял?!

– Понял, – миролюбиво согласился Лукьянов. – Сейчас открою чемодан и уйдем. Вот нашел статью «Синицы». Синицы, Pa-ri-na-e, подсемейство птиц семейства синицевых. 46 видов. Распространены в Европе, Азии, Африке и Северной Америке, включая Мексику, – начал читать с выражением Юрий Петрович тихим шепотом. – В СССР обитают 14 видов рода Parus. Большая Синица, серая Синица, тиссовая Синица, лазоревка, князёк, гренадерка, или хохлатая Синица, московка, пухляк, болотная гаичка и другие.

– Так, интересно, – вслух озадачился Юрий Петрович. – Ты кто? Кнезек, лазоревка, гренадерка или пухляк? Как это узнать?

– Обитают преимущественно в лесах, – продолжал чтение Юрий Петрович, – вне периода гнездования кочуют стайками, часто вместе с другими мелкими птицами. Питаются насекомыми, пауками, семенами.

– Какая гадость, – прокомментировала Юлия Сергеевна. – Ну и вкусы!

– Вот, самое главное, – продолжал шептать Лукьянов, – наиболее широко в СССР распространена большая Синица (Parus major); гнездится в дуплах или искусственных гнездовьях (синичниках). В кладке восемь тире пятнадцать яиц, насиживают около двух недель. Зимой часто встречается у жилья. Полезна уничтожением насекомых в садах и лесах. Слышишь: полезна уничтожением насекомых! Она у тебя в саду будет жить.

– Юрка, ты точно сбрендил после развода, – покачала головой Юлия.

– Так. Похоже, брат ты мой, что ты – большая синица, которая широко распространена в СССР и которую зовут «Парус майор», – с удовлетворением подвел итог Юрий Петрович, – а поедает «Парус майор» в основном насекомых, пауков и семена. Где их взять – пауков? Семена – это значит: семечки. Наверное, их можно купить. Кстати, очень неплохое имя для синицы – Майор. Или Парус. Так, очень интересно. Хорошо. Пусть Парус будет твоим именем, а Майор – фамилией. Идет? Мне тоже нравится! Так что этот день, четырнадцатое августа, официально является твоим вторым днем рождения и именинами. В следующем году будем отмечать, понял, Парус? Хотя зачем же ждать целый год? Мы сегодня и отметим. Вечерком. Идет? Насколько я могу судить по твоему яркому оперению, ты настоящий Майор мужского рода. Значит, коньяк?