Чтение онлайн

Выше всех остальных добродетелей Джаа почитал страх, и его не заботили дети других богов – он предпочитал заниматься своими людьми и держать их под контролем. Возрождение культа Мертвого Бога, впрочем, не изменило положение дел, и жители Каресии все так же не любили чужаков.

Каждые несколько часов мимо Рэндалла и компании проходили шикарные повозки с развевающимися черными занавесками, влекомые сильными белыми лошадьми под охраной вооруженных всадников. Пассажиры носилок укрывались занавесями от посторонних глаз, и Вун объяснил, что путешествующие богатые торговцы и главари банд никогда не показывают лиц, опасаясь покушения на свою жизнь.

Рэндалла беспокоило большое число анонимных путешественников, которые передвигались гораздо быстрее. Он подозревал, что преследователи могут таким образом обогнать их и первыми прибыть в Тракку. Вун убедил не нанимать лошадей, не желая привлекать слишком много внимания.

– Чужеземцы не ездят на лошадях. Они не путешествуют по Длинной Границе и не посещают Тракку, – заметил избранник Джаа. – Твоего хозяина могут убить за любое из этих действий – так зачем лишний раз рисковать?

– Чтобы добраться туда быстрее, чем колдунья, – ответил Рэндалл.

– Ты хороший оруженосец, юноша, – ответил Вун равнодушно. – Ты заботишься о своем хозяине. Из того, что я успел увидеть, ты выступаешь для него голосом разума, но тебе придется положиться на меня во всех вопросах, касающихся Каресии. Если ты допустишь ошибку – эта земля больно укусит тебя.

– Тракка чем-нибудь отличается от Кессии? – спросил Ута, когда они присели в тени скалы, укрываясь от полуденного солнца.

– Да, – ответил Вун, отпивая большой глоток воды из объемной фляги. – Там живут визири в высоких башнях. И архитектура города вам может показаться… весьма причудливой.

– Я думал, ты тоже визирь, – вставил Рэндалл. – Верховный визирь.

Вун на секунду задержал на нем взгляд, а затем передал ему флягу с водой.

– Я был им, но в новой Каресии я всего лишь предатель. Мою башню снесли, а друзья прокляли мое имя.

– Нужно ли нам задерживаться в городе? – спросила Рут. Она тихо сидела на скале под палящим солнцем, не обращая внимания на пыль и жару. – Мы можем просто обойти его стороной.

– Можем, – кивнул Вун, – но нам нужны еда, вода и другие припасы.

Последнюю неделю они питались только сушеным мясом и крупяной кашей, разбавляя их редкими охотничьими вылазками и случайно попавшимися Горланскими пауками. Рут относилась к тому, что люди едят пауков, на удивление спокойно и даже один раз поела немного похлебки, приготовленной из ее дальних родственников.

– Ты говорил, у тебя там есть друг, – сказал Ута. – Я полагаю, он сможет достать для нас припасы?

– Если он еще жив, – ответил Вун. – Мертвый Бог долгие годы влияет на Тракку. Шадаран – упрямый старый козел, но я уверен, Сестры уже попытались его утихомирить.

– Он верен Джаа? – спросил Ута.

– Да, если он еще жив, – повторил Вун.

Ута расстроенно покачал головой. Спокойный и холодный Вун и пылкий, порывистый Ута не особо сдружились во время путешествия. Рэндалл часто ощущал необходимость вмешаться в их разговор или сменить тему, чтобы избежать неминуемой потасовки, начатой горячим альбиносом.

– Насколько мы близко? – спросил Рэндалл.

– Близко, – ответил Вун. – Ты увидишь высокие башни, как только мы поднимемся на следующий холм.

За неровной скалистой грядой, в мареве, поднимающемся от нагретого песка, Рэндалл увидел множество высоких шпилей. Все были разными, без какого-то общепринятого стиля или конструкции. Некоторые башни увенчивались яркими минаретами, на других возвышались усыпанные драгоценностями статуи или странные символы, но общий их вид поразил его до глубины души.

– Какой они высоты? – спросил он.

– Высотой они не уступают самомнению их владельцев, – ответил Вун. – Моя башня была сравнительно скромной по сравнению с ними.

– Это джекканская магия, – заметила Рут, издали глядя на сверкающие шпили башен. – Камни Тракки заложили не люди. Они просто присвоили то, что там находилось, и извратили древнее волшебство в угоду собственным интересам.

Ута и Рэндалл переглянулись. Они были практичными представителями народа ро и не привыкли к открытым проявлениям магии. Они предпочитали дома и города с понятной конструкцией, построенные из дерева и камня, и их поражало, что каресианцы возводят здания с помощью колдовства.

– Люди народа ро никогда по-настоящему не понимали своих южных соседей, – произнес Вун, заметив их реакцию.

– Можешь ли ты рассказать, что такое джекканская магия? – спросил Рэндалл, который почти ничего не знал о полумифическом народе Джекки.

– Каресианцы владеют этими землями только последние несколько тысяч лет, – ответила Рут. – До них здесь простирался Джекканский халифат.

Вун посмотрел на нее.

– Это земли Джаа.

– Так и есть… сейчас это его земли, – согласилась Горланская Матерь. – Но магия, которую ваши визири подчинили себе, не принадлежит им по праву.

Он помолчал.

– Да, это так, – наконец согласился он, – просто довольно странно слышать, в каких выражениях ты об этом говоришь.

– Людям сложно понять, что такое время. Это особенность вашего вида, – ответила Рут.

– Да, да, очень мудрые речи, – проворчал Ута. – Лучше расскажите мне, чего тут следует опасаться.

Вун медленно отвернулся от Рут, с подозрением прищурив взгляд.

– Ты беспокоишь меня, сестра, – сказал он.

– Кто-нибудь вообще меня слушает? – спросил Ута.

Вун отошел от них, ничего не ответив.

– Давайте просто пойдем дальше, – предложил Рэндалл. – И прикроем лица.

У Тракки не было ни крепостной стены, ни защитных укреплений. Пыльная дорога сразу из пустыни вела к лесу высоких башен. У земли клубились облака, похожие на туман, но с более неприятными запахами и едким привкусом, который раздражал горло.

Жители Тракки скрывали лица под темными платками. Рабы отгоняли клубящийся смог от своих хозяев опахалами либо переносили господ в закрытых носилках. В городе царила странная тишина – ни оживления, ни разговоров не было на его улицах. Рэндалл задрал голову, и ему показалось, что весь город состоит из одних только башен.