Чтение онлайн

— А что будет дальше — я не знаю, — ответил он. — У нас нет будущего. Рано или поздно нас подомнут, и анласов подомнут… или уничтожат. Данваны могут позволить себе ждать. Если бы боги помогли нам, как некогда, нашим предкам — найти Радужную Дорогу…

— Что найти? — насторожился Олег.

— Путь, — коротко ответил Йерикка. Помолчал и всё же добавил — То место, через которое люди уходили с Мира и приходили на Мир. Он где-то есть. Никто не помнит — где, хотя его уже много лет стараются найти и одиночки-романтики, и данваны, и мы.

— Мы — это кто? — быстро спросил Олег.

— Мы — это мы, — отозвался Йерикка. — Тогда, можно было бы попробовать начать с чистого листа. А здесь нас ждёт гибель.

Они снова умолкли, слушая, как шепчет еле слышно туман, оседая на камешках осыпей и веточках вереска. Это было похоже на еле-еле слышные голоса, в которые трудно не вслушиваться — казалось, в этом шёпоте, в этих голосах, есть слова, неясные и загадочные, то ли зовущие, то ли предупреждающие о чём-то… Олег невольно напрягал слух, пытаясь понять, пока Йерикка не сказал ему мягко:

— Не слушай голос тумана.

— Что? — очнулся Олег. — Почему?

— Можно потерять себя, — пояснил Йерикка.

Олег кивнул. И сказал с неожиданной даже для самого себя тоской:

— Я вот думаю — за что мне Бранка? Я самый обычный… А вдруг всё это ошибка?..

Йерикка вдруг встал и, взяв Олега за плечо, легко оторвал от камня, вздёрнув на ноги. Заглянул в глаза:

— Не смей так даже думать! Не смей, понял?! Тебе в самом деле досталось счастье… больше того, ты его отбил себе, ты заплатил за него кровью! Так оставайся достоин его! Ты не имеешь права думать о плохом! Понял?!. — с силой спросил он. — Может быть, любовь — это последнее, что позволяет тебе оставаться живым человеком!

Он разжал пальцы. Олег, удивлённо глядя на друга, ответил:

— Я не знаю, Эрик, есть ли для любви место здесь…

— Если человек любит — его любви найдётся место и в аду… — Йерикка прислонился к камню спиной.

Олег не знал, что ответить на это. Раньше у него нашлись бы слова. Раньше… раньше он вообще умел думать о многих вещах, не только о войне. Это было давно. Или вообще не было, или умел это кто-то другой, похороненный в горах.

Что он получил взамен потерянного?

Олег не сразу понял, что Йерикка читает стихи…

— Эрик, и всё-таки ты пишешь стихи! — не выдержал Олег.

— Я не пишу стихов, — терпеливо ответил Йерикка. — Это Звенислав Гордятич. И те, про зиму, которые я читал в прошлый раз.

— Кто он был? — поинтересовался Олег. — Ты так часто про него говоришь.

— Он был горожанин из столицы. Воевал во время восстания и писал стихи, песни, повести… Это у него был друг с Земли. Некоторые говорят, что Звенислав и сам не раз посещал Землю. Потом, когда восстание подавили, жил в городах. Его запрещали, он всё равно печатался… На него несколько раз нападали «хулиганствующие элементы». И в конце концов — застрелили при ограблении магазина. Обычное дело, Вольг… У меня есть его книги. А эти стихи — из сборника «Правда цвета свинца». Воины часто пишут стихи. Вот и твой дед писал. Он бы гордился тобой.

— Да, — коротко ответил Олег. Йерикка. взглянул в небо и заметил:

— Сейчас тебе кажется, что ты очень много потерял… А на самом деле — ты нашёл тут желание драться… Идёт. Убери автомат.

— Уберу, когда уверюсь, что он идёт один, — упрямо сказал Олег, внимательно осматриваясь. Вслушиваться не было нужды — он тоже слышал, как стучат по осыпям камешки.

Чубатов вышел из тумана неподалёку, из-за скалы. Он шёл без оружия, сунув руки в карманы куртки, волосы на непокрытой голове блестели от капелек тумана, серебром осевших на них. Чубатов был ещё молод, лет тридцати, плечист, хотя и невысок, с типично славянским лицом — но отмеченным каким-то отпечатком… словно мутные подтёки на стекле, видимые лишь на просвет. Мальчишки стояли неподвижно, и офицер заметил их, подойдя почти вплотную. На лице его не отразилось ни испуга, ни удивления, а Олегу стало немного стыдно, и он поставил автомат прикладом к ноге.

— Двое? — удивился Чубатов, и Йерикка ответил:

— Этот парень не слишком вам верит. Я не смог от него избавиться.

Олег возмущённо вскинулся и встретился глазами со взглядом офицера. Вспыхнул; Чубатов спросил:

— А кто он такой?

Йерикка поносился на друга, словно впервые его увидев, и пояснил:

— Авантюрист.

— А похож на ангела, — усмехнулся Чубатов. Йерикка подтвердил:

— Он и есть ангел. Ангел-авантюрист.

— Коз-зел, — прошептал Олег. Чубатов наклонил голову:

— Хорошо… Вот ты какой, получается, Йерикка Мечиславич, — он заинтересованно оглядел Йерикку с головы до ног. — Я тебя немного другим представлял.

— Да и мне казалось, что вы старше, — мирно ответил Йерикка. — Прохладно сегодня, а?

— Прохладно, — Чубатов полез в карман и достал… небольшой термос. — У меня тут кофе. Не откажетесь?

— Давайте, если не жалко.

Йерикка открутил крышку-стаканчик, и Олег невольно втянул воздух. Кофе захотелось чудовищно, однако он мотнул головой, когда Йерикка протянул Фляжку:

— Не хочу.

— Хороший кофе, — похвалил Йерикка, возвращая посудину Чубатову. Тот убрал термос и спросил:

— Пришёл за своим князем?

— Да, — согласился Йерикка. Чубатов вновь долго изучал его внимательным, жёстким взглядом:

— Ты же совсем не похож на него! — сказал он резко. — Он зверь. Он даже не говорит, только рычит.

— Мы с ним друзья. Но я бы его выручил, даже если бы мы с ним были врагами, потому что мы больше чем друзья — мы соратники, — спокойно разъяснял Йерикка.

— Если вы думаете, что мы добрей — напрасно, — вмешался Олег. Йерикка согласился:

— Он прав. Людей тут давно не осталось, только звери.

— Когда вы жгли мои машины… — начал Чубатов, но Йерикка прервал его:

— Не надо. Что будет, если вас пустить в наши долины? То же, что здесь? Или хуже? Врагов надо убивать, чтобы жили свои. А как убивать — не важно.

— Тогда застрели меня, — вдруг сказал. Чубатов. — и возьми своего князя — он лежит там, наверху осыпи, я приволок его с собой… Я тоже устал от войны и хочу отдохнуть. А это будет долгий отпуск.