Чтение онлайн

– А мисс Пинк?

– Мой товарищ по оружию.

Гость окинул меня оценивающим взглядом. Я в той же манере посмотрела на него. Теперь мы были теми, кем являлись на самом деле. По крайней мере, это мы поняли – даже если не понимали друг друга и не испытывали желания попытаться.

– Ему в самый раз плавать на лодке по Серпентайну [32] ! – воскликнула я, как только гость ушел.

– Вот это действительно была бы растрата его талантов. – Ирен глотнула холодного чаю, будто он был амброзией.

Мне подумалось, что ее чувственное восприятие притупилось – настолько разум сосредоточился на том, как вернуть близких людей.

По правде говоря, за внешним поведением нового знакомого я разглядела мужественную натуру, хоть мне и неприятно признавать такое в человеке английского происхождения.

– Ты всегда действуешь в одиночку, – задумчиво произнесла Ирен. – Это достойно восхищения, но в то же время несомненно мешает. Возможно, причина кроется в моем театральном прошлом, но я привыкла к тому, что в представлении задействована многочисленная труппа. Ты пренебрежительно относишься к моей склонности отдавать главные роли знакомым мне джентльменам. Считаешь это женской слабостью. Напротив: одинокому бойцу никогда войны не выиграть. А это война, Пинк. Может, необъявленная, но, тем не менее, серьезная. Я буду использовать кого смогу и где смогу, и не собираюсь за это извиняться. В том числе перед тобой.

– В тебе есть что-то бессердечное.

– Надеюсь. – Она подалась вперед и сурово сказала мне: – Проявление чувств или ужас не помогут нам в бою. Только настойчивость. Последовательность. Неуклонное стремление. Такое же оружие используют против нас. Против меня и близких мне людей. – Примадонна снова откинулась назад, чтобы разразиться наставлением в мой адрес: – Как Буффало Билл полагается на несравненное умение Красного Томагавка, индейца с Дикого Запада, идти по следу, я в той же мере доверяюсь знаниям и храбрости моего разведчика с Дикого Востока. Квентин Стенхоуп – ценный шпион Министерства иностранных дел Великобритании, – продолжила она. – Более того, он впитал в себя истинную природу жителей тех мест, теперь она у него в крови. Квентин исследует материи, которые приличное общество хотело бы скрыть. Он повидал, попробовал и пережил – едва не погибнув – такие элементы нецивилизованной жизни, которые мы едва ли можем себе представить. И я считаю его не сопровождающим, а нашим соратником.

– Квентин. Имя кажется знакомым… – произнесла я.

– Он друг Нелл, а следовательно – мой лучший и самый верный союзник.

– Друг Нелл? С трудом верится.

– Тогда позволь мне исправить описание: он поклонник Нелл.

– Неужели?

Похоже, примадонна действительно была убеждена, что двуличный бродяга Квентин Стенхоуп серьезно увлечен нашей малышкой Нелл.

Ей-богу, нелепость ситуации настолько меня заинтриговала, что я почти готова была забыть о Шерлоке Холмсе и его новых расследованиях в Уайтчепеле. Пусть нам не доведется встретить Джека-потрошителя, но дикий и одновременно изысканный Квентин Стенхоуп мог оказаться не менее интересным.

– Не более одной сумки на каждого, – наказала Ирен.

Я подняла бровь.

И это заявляет мне дамочка с таким разнообразным гардеробом? Однако она говорила серьезно, и мне скоро открылось насколько.

Она исчезла в спальне Нелл и вернулась оттуда с платьем, перекинутым через руку:

– Платье-сюрприз Нелл. Если запахнуть отвороты верхней юбки и лацканов, наряд превратится в официальный. Для Нелл это был вопрос экономии, – добавила она, поглаживая подкладку из розового атласа, как если бы это был домашний питомец. – Мне же ее наряд поможет решить практический вопрос, и Нелл вполне одобрила бы такой выбор. Юбки самую малость мне коротковаты, но позволят свободно двигаться.

Возможно, неумолимая тоска по пропавшей подруге побудила Ирен искать практичную одежду в ее гардеробе. Я также полагаю, что облачение в вещи компаньонки для актрисы являлось способом примерить на себя и ее личность. Она добьется большего, если будет внешне походить на Нелл, – через костюм примадонна впитает ее взгляды на жизнь, сможет начать думать и чувствовать, как она, и напасть на след через сознание исчезнувшей.

Мне был чужд подобный театральный подход. Я отправилась по такому случаю в один из легендарных парижских универмагов, «Ле бон марше», и нашла свой способ подражать Нелл, купив платье-пальто из легкой высококачественной шерсти в клетку, очень похожее на то, которое было на нашей пропавшей подруге в последний вечер на Всемирной выставке. Я завершила наряд броской кепкой с козырьком, которая заставила меня почувствовать себя мальчишкой-газетчиком, торгующим свежими сенсационными изданиями на обочине тротуара. Не пропустите! НЕЛЛИ БЛАЙ ОТПРАВЛЯЕТСЯ В ВЕРДАН ПО СЛЕДУ ПОТРОШИТЕЛЯ.

Странно, но, вырядившись в стиле Нелл, я почувствовала, как тень ее сурового островного духа угнетает мой врожденный американский энтузиазм.

Из-за этих ощущений мне пришла в голову мысль, что, возможно, я вызвала дух и облик покойницы. Однако по какой-то причине эта идея не поколебала мою решимость. Я дам Ирен неделю на нелепую операцию на востоке. Потом я вернусь на запад, в Англию, а затем и в Америку. Мое длительное отсутствие и без того уже наверняка заметили.

Должна признать, под клетчатым пальто умеренных тонов сердце у меня бешено стучало от волнения, когда мы проходили через Гар-дю-Нор, этот уродливый железнодорожный вокзал, где все отделано камнем, который разносит эхо криков кондукторов и детей, напоминающих голоса чаек.

Когда мы добрались до нашего вагона и бросили скромные саквояжи на медные полки над сиденьями, Ирен улыбнулась:

– С таким же багажом мы с Нелл бежали из Богемии: по одной сумке на каждую.

– Вы с Нелл путешествовали так и раньше? Поездом через Европу?

– Да. Только тогда нас преследовали лучшие агенты короля Богемии. На сей раз мы сами идем по следу.

– Куда? И по чьему?

Она оставила мои вопросы без внимания и принялась смотреть в окно на кружащую по платформе толпу людей, как глазеют, разинув рот, через стекло на ярмарочных уродов.

– Ага, вот и он! Не поворачивайся! Мы должны делать вид, что не знакомы. Он присоединится к нам, когда поезд тронется.

На билетах было указано, что мы едем в Вердан. Казалось, Ирен нервничает: она достала одну из тонких темных сигар, но вернула ее в изысканный портсигар, где те хранились. На крышке синей эмали красовалась лишь одна буква, наклоненная заглавная «И», выложенная бриллиантами. Это была единственная памятная безделушка, которую она взяла с собой, – но портсигар весил мало. Примадонна выглянула в проход, где толкались опаздывающие пассажиры в попытках найти свое место.

Видимо, мы сняли купе целиком, поскольку за нашей стеклянной дверью никто не появлялся.

Ирен взглянула на эмалированные часики, висевшие на шее на длинной цепочке. Раньше я никогда не замечала, чтобы она носила часы. Такие практические мелочи до настоящего времени всегда оставались на совести Нелл.

– Мы уезжаем через несколько секунд, – забеспокоилась она. – Ума не приложу, что его задержало.

– Ты имеешь в виду мистера Стенхоупа?

– Ну не Красного же Томагавка я жду здесь увидеть.