Чтение онлайн

Было очень трудно наблюдать, как он уходит от меня. Я прекрасно знала, куда он отправился, и оказалась беспомощна, не зная как остановить его. Я понимала, что могла бы начать пинаться и кричать, или хорошенько побить его, но ничто из этого не помогло бы достучаться до него. Тяга Кэлина к наркотикам захлестнула все остальное.

Я вытерла слезы со щек, рассердившись на себя за то, что разревелась перед ним. Мне не нравилось, что я расчувствовалась в его присутствии, пытаясь позаботиться о нем. Когда вы заботитесь о ком-то, вы чувствуете, а чувства могут причинять невыносимую боль.

Взяв Брута на руки, я вернулась внутрь, и остановилась у окна, наблюдая, как Кэлин обходит здание. Его плечи ссутулились, руки он засунул в карманы джинсов. Он наклонил голову вниз в попытке защититься от ледяного ветра, пока снег кружил вокруг него.

Я чувствовала себя абсолютно беспомощной, пока наблюдала за ним.

Мне хотелось помочь, как-то облегчить его боль, но я прекрасно понимала, что заставлять его бессмысленно. Он должен найти в себе силы и принять такое решение самостоятельно. Мне оставалось только верить, что когда-нибудь у него это получится.

Но ведь это наша жизнь. Я буду наблюдать, как он пытается, и мне придется закрывать глаза каждый раз, когда он будет пропадать Бог знает куда посреди ночи?

Прислонив голову к стеклу, я следила за ним, пока он полностью не скрылся из виду.

Я не знала, смогу ли выдержать это?

Хотела бы, но.

Вздохнув, я отстранилась от стекла. Как отразится на мне то, что я буду ежедневно видеть его борьбу с самим собой. Он очень старался, но с этим было практически невозможно воевать.

Наркомания. Она запустила в него свои когти и не желала отпускать. Каждый день она высасывала из него частицу жизни.

Что вы будете делать в ситуации, когда человек, которого вы любите больше всего на свете, теряет контроль?

Вы будете бороться за него или отпустите?

Я чувствовала лишь одно, это решение было уже принято за меня.

Я взял в руки пакет среднего размера. Саттон отчаянно боролась за меня, а я поступил скверно, а затем сделал все еще хуже. Я сильно переживал из-за того, как поступил. Мне очень хотелось, чтобы ей понравился мой подарок, но меня разрывали сомнения. В этом подарке не было ничего особенного, мне даже не пришлось потратиться на его покупку в магазине.

Я поднял кулак и постучался в ее дверь.

Саттон открыла практически сразу. Улыбка на ее лице выглядела настолько заразительно, что я улыбнулся в ответ. Темные волосы волнами спадали ей на плечи. Саттон была одета в пижаму с рождественской символикой: штаны с маленькими танцующими эльфами и темно-зеленую майку.

— Подарок? — распахнув глаза от удивления, она уставилась на предмет прямоугольной формы в моих руках. — Для меня?

Я кивнул и прошел внутрь. Почесав подбородок, сказал:

— Знаешь, это первый подарок, который я дарю кому-либо за весьма долгое время. Ничего особенного, — я нахмурился, — но очень надеюсь, что он тебе понравится.

Она закрыла за нами дверь и покачала головой.

— Я обожаю все, что ты даешь мне, тебе не о чем беспокоиться.

Поставив пакет на стол, я притянул ее за бедра. Как только наши тела соприкоснулись, я заглянул ей в глаза.

— Знаю, ты не слишком счастлива со мной сейчас. — Я нежно погладил рукой ее щеку. Она прикрыла глаза, и ее дыхание участилось. — У тебя есть все основания сердиться на меня. Я понимаю это. Так что, спасибо, что все еще остаешься на моей стороне.

Саттон вцепилась пальцами в мою рубашку, содрогнувшись всем телом.

— Больше всего я хочу помочь тебе, Кэлин. — Едва я открыл рот, собираясь ответить, как она прервала меня: — Это не ультиматум. Если ты решишь когда-нибудь обратиться в клинику, то решение об этом тебе нужно будет принять самостоятельно, а не под моим давлением. Я достаточно умна, чтобы понимать это. — Она закусила губу, и ее взгляд опустился вниз. — Но я не уверена, достаточно ли сильна, чтобы ждать, когда ты поймешь, время действовать пришло.

Она уперлась лбом в мою грудь и сделала глубокий вдох. Она больше не плакала. Не расстраивалась. Она очень четко объяснила мне свою позицию. Если я не прекращу заниматься всяким дерьмом, то потеряю ее. Я не хотел, чтобы это случилось, ни при каких обстоятельствах. Когда мы поначалу дурачились, все было просто, но как только между нами возникли настоящие чувства, я влип... Саттон все изменила и для себя, и для меня. Я хотел бы оказаться для нее тем самым правильным человеком, но нутром чувствовал, что не являюсь таковым. Я пока еще не был готов зайти настолько далеко. И продолжал надеяться, что все-таки смогу найти в себе силы и обратиться за помощью.

— Не хочу больше говорить об этом, — прошептала она, высвобождаясь из моих объятий, — по крайней мере, не сейчас. Сегодня Рождество, и мы будем праздновать!

Я снова потянулся за подарком и отдал его Саттон.

— Открывай.

— Пока не буду. — Она улыбнулась и направилась к чайнику. — Сначала мне нужен мой кофе.

— Конечно, — усмехнулся я, удобнее устраиваясь на диване, — тебе нужен твой кофе.

В то время, пока Саттон наслаждалась своей ежедневной дозой кофеина, я наблюдал, как Брут скребет спинку дивана, пытаясь взобраться на него.

— Брут! Нет! — завопила Саттон и подбежала, чтобы снять кота со спинки дивана.

Она положила Брута на диван рядом со мной, снова взяла свой кофе и устроилась рядом с нами. Сделав несколько глотков, она отставила кружку в сторону.

— Давай! — Саттон протянула руки к подарку.

Смеясь, я передал его ей. Словно возбужденный ребенок, она быстренько расправилась с оберточной бумагой.

— О, — выдохнула она, поднеся руку ко рту. — Это очень красиво, Кэл.

— Тебе на самом деле нравится? — сильно нервничая, спросил я.

— Нравится? — Она посмотрела на меня так, будто бы я сошел с ума. — Я влюбилась в него. Он... я навсегда сохраню его. — Она бережно прижала холст к своей груди. — Хотя, знаешь, у меня возник один вопрос.

— И что это за вопрос? — засмеялся я.

Она выглядела так мило, сморщив нос от смущения.

— Почему колибри? — Наклонив голову набок, она внимательно изучала картину.

— Потому что это ты.

— Я?

— Да, — пожал плечами. Я чувствовал себя не в своей тарелке, боясь струсить в последний момент. — Ты моя колибри, мой свет во тьме. Это один из их символов, ты знала? Я решил, что это будет уместно.