Чтение онлайн

Иммигранты появились в промышленности в двух противоположных ипостасях: и как хозяева предприятий, и как рабочие. Многие из них были квалифицированными специалистами. История иностранных рабочих в Бразилии — это часть истории иммигрантов, которые приехали «покорять Америку» и в дальнейшем увидели, как их мечты рассеиваются. Иммигрантам принадлежит ключевая роль в промышленном производстве г. Сан-Паулу, где в 1893 г. 70 % рабочих были иностранцами. Данные по Рио-де-Жанейро не столь красноречивы, но и здесь в 1890 г. иммигрантами были 39 % рабочих.

Превращение иммигрантов в промышленников шло разными путями. Одни начинали практически с нуля, пользуясь возможностями развивавшегося капитализма в Сан-Паулу и Риу-Гранди-ду-Сул. Другие, изначально специализируясь на импорте, угадали в промышленности большой потенциал. Занятия торговлей облегчали установление связей для импорта оборудования и позволяли узнавать, какие именно инвестиции принесут наибольший доход. Двое самых крупных промышленников-итальянцев в Сан-Паулу начинали с импорта.

В том, что касается показателей промышленного производства, отметим, что в 1907 г. на Федеральный округ приходилось 33 % этого производства, и среди всех штатов он занимал первое место. За ним следовали Сан-Паулу (17 %) и Риу-Гранди-ду-Сул (15 %). В 1920 г. штат Сан-Паулу вышел на первое место (32 %), а доля Федерального округа упала до 21 %; Риу-Гранди-ду-Сул по-прежнему был третьим (11 %). Приводя эти цифры, мы сравниваем штаты (Сан-Паулу, Риу-Гранди-ду-Сул) с городом (Федеральным округом, т. е. г. Рио-де-Жанейро). Для сравнения одних лишь городов данные недостаточно точны. В любом случае не подлежит сомнению, что г. Сан-Паулу превзошел г. Рио-де-Жанейро примерно между 1920 и 1938 гг.

Основными отраслями промышленности в то время была легкая (в том числе пошив одежды) и пищевая (включая производство напитков). Текстильная отрасль, особенно производство хлопчатобумажных тканей, находилась на первом месте по объему вложений и по количеству рабочих. На некоторых фабриках трудилось более тысячи человек. Уже к началу Первой мировой войны 80 % всех используемых в стране тканей были собственного производства; отмечалось также улучшение их качества. Однако, несмотря на относительные успехи легкой промышленности, ощущалась большая нехватка базовых отраслей (производство цемента, железа, стали, станков и оборудования), и, таким образом, промышленный скачок во многом зависел от импорта оборудования.

Широко распространено мнение о том, что развитие промышленности в Бразилии стимулировала Первая мировая война, так как во время войны прекратилась конкуренция импортных товаров с местными.

Но 1920-е гг. были не менее важны, чем 1914–1918 гг., так как именно в это десятилетие были отмечены попытки значительно увеличить промышленный рост. При содействии правительства были созданы два крупных предприятия: совместный с Бельгией комбинат цветной металлургии в Минас-Жерайсе (Siderurgica Belgo-Mineira) (начал работу в 1924 г.) и цементная компания «Портланд» в Сан-Паулу (начала работать в 1926 г.). Одновременно с этим, используя опыт и прибыли, полученные во время войны [96] , владельцы небольших ремонтных мастерских преобразовали их в предприятия по выпуску станков и оборудования.

Какова была роль государства в промышленном развитии страны: облегчило ли оно его или затруднило? Основное внимание государства в тот момент было обращено не на индустрию, а на агроэкспортную деятельность. Однако нельзя сказать, что правительство занимало антипромышленную позицию. Долговременные тенденции развития финансовой системы Бразилии и снижение комиссии при обменных операциях имели для промышленности противоречивые последствия. Обесценение национальной валюты удорожало импорт товаров потребления и уменьшало их конкуренцию с собственным производством. Одновременно с этим импорт станков, от которого зависело состояние промышленного парка, обходился дороже. В отдельные периоды правительство поддерживало импорт оборудования, снижая таможенные пошлины. Иногда правительство предоставляло займы и освобождало от налогов при создании предприятий базовых отраслей. Иными словами, если государство и не было противником промышленности, ему однако же было далеко до осуществления осознанной политики индустриального развития страны.

В Риу-Гранди-ду-Сул в годы Первой республики явственнее проявилась диверсификация экономики и ориентация ее на производство для нужд штата и для внутреннего рынка в масштабах страны. Основную роль в этом сыграли иммигранты, которые обосновались в качестве мелких землевладельцев в районе Серра и уже оттуда расселились по другим областям штата. В сельском хозяйстве они занимали лидирующие позиции в производстве риса, кукурузы, бобов и табака.

Как и в других регионах Бразилии, по объему вложений среди отраслей промышленности на первом месте было текстильное производство; на втором месте находилось производство напитков. Отметим здесь производство вина, которое шло с колониальных времен, но получило новый импульс с приездом итальянских и немецких иммигрантов.

Внедрение холодильных камер значительно изменило прежний достаточно кустарный способ заготовки и хранения мяса. В 1917 г. в Риу-Гранди-ду-Сул обосновались американские компании «Армур» и «Вильсон». Попытка самих скотоводов штата содержать собственные холодильные камеры не увенчалась успехом из-за нехватки средств; в 1921 г. предприятие было продано фирме «Фригорифику Англу».

Все эти инициативы пришлись на время относительного спада животноводства, производства солонины и в особенности кож. В 1890 г. вяленое мясо, солонина и кожи совокупно составляли около 55 % от стоимости экспорта. В 1927 г. этот показатель не превышал 24 %; стоимость же экспорта кож упала с 37 % до 7 %. В том же отдельно взятом 1927 г. среди предметов сельскохозяйственного экспорта на первом месте был свиной жир (20 %), затем следовали вяленое мясо и солонина (18 %) и рис (13 %).

Хотя диверсификация экономики происходила и в Сан-Паулу, и в Риу-Гранди-ду-Сул, в первом случае основой экономики являлся агроэкспорт, в то время как во втором случае развитие практически полностью было ориентировано на внутренний рынок.

Благодаря каучуку Амазония некоторое время жила как в волшебном сне: на нее пролился золотой дождь. В предыдущие десятилетия уже наметился прогресс в сборе каучука, однако значительный импульс был придан с 1880 г. Мода на велосипеды, ставшая настоящей манией в 1890-е гг., и постепенная популяризация автомобилей с начала столетия еще больше подстегнули его производство.

В период всего каучукового бума этот продукт занимал второе место в бразильском экспорте; своего максимума вывоз каучука достиг в 1898–1910 гг. В этот период каучук представлял 26 % стоимости экспорта; его опережал лишь кофе (53 % всего экспорта). Следом за каучуком шли кожи, но они составляли всего 4 % стоимости всего экспорта.

Каучуковый бум повлек за собой значительную миграцию населения в Амазонию. Подсчитано, что в 1890–1900 гг. в регион переехали около 110 тыс. человек, в большинстве своем жители штата Сеара, который периодически страдал от засухи.

Экономика, связанная со сбором и продажей каучука, вызвала к жизни рост городского населения и улучшение условий жизни по крайней мере в отдельных городах — Белеме и Манаусе. В 1890–1900 гг. население Белема практически удвоилось, увеличившись с 50 тыс. до 96 тыс. человек. Два самых крупных города Амазонии могли похвастаться электрическим трамваем, телефоном, канализацией, электрическим освещением на улицах, в то время как во многих городах все это было роскошью. При этом упомянутые изменения не привели к улучшению ужасных условий существования сборщиков каучука во внутренних районах штата. Они не привели и к диверсификации экономики, способной обеспечить развитие и в условиях кризиса.