Чтение онлайн

— Ты думаеш, шо ты дуже умный, мистер Инженер, но подожди. Запомни, шо я всегда получаю то, шо хочу. — И плюнула: — Тьпху!

Машина уже тронулась. Вязкая харкотина упала на дверцу, секунду провисела, а потом медленно стекла на землю. После этого они уехали.

— С тобой все в порядке, папа? Все нормально? — Я крепко его обняла. Костлявые плечи под кардиганом.

— Усё у порядку. Да, усё нормально. Молодци. Може, когда-нибудь я подзвоню Валентине и помирюсь из нею.

Тогда я впервые услышала в голосе отца новую нотку: я поняла, как он одинок.

Я позвонила Вере. Нам нужно было составить план, как поддержать отца теперь, когда он остался один. Старшая Сеструха была обеими руками за то, чтобы освидетельствовать его и упечь в дом престарелых.

— Мы должны смотреть правде в глаза, Надежда, как бы она ни была горька. Отец — сумасшедший. Рано или поздно у него появится новая безумная идея. Лучше поместить его туда, где он больше не сможет доставлять неприятности.

— Я не считаю его сумасшедшим, Вера. Он, конечно, со странностями, однако не сможет находиться в приюте.

Я не представляла себе, как отец со своими яблоками, разговорами о тракторах и странными привычками сможет приспособиться к больничному распорядку. Я считала более подходящим местом «защищенное жилище» 14 , где у него будет больше свободы, и Вера согласилась, многозначительно добавив, что этим нужно заняться в первую очередь. Она решила, что одержала победу. Я не возражала.

После отъезда Валентины и Станислава я вынесла из их комнат столько мусора, что понадобилось четырнадцать черных пластиковых мешков. Выбросила использованную вату, мятые упаковки, флакончики и баночки из-под косметики, дырявые колготки, газеты и журналы, каталоги «товары — почтой», буклеты и листовки, сношенную обувь и одежду. Выбросила недоеденный бутерброд с ветчиной, несколько яблочных огрызков и протухший пирожок со свининой, который нашла в том самом месте, где когда-то обнаружила презерватив. В комнате Станислава меня ждал небольшой сюрприз — целый пакет с порнографическими журналами под кроватью. Ай-яй-яй.

Потом перешла в ванную и проволочным крючком от вешалки выковыряла слипшийся комок спутанных светлых и темных лобковых волос, которыми был забит сток для воды. И как один человек способен производить столько грязи? Пока я занималась уборкой, меня вдруг осенило, что, наверное, за Валентиной всю жизнь убирал кто-то другой.

Я взялась за кухню и кладовку: принялась чистить плиту и стены, покрытые таким толстым слоем жира, что я соскребала его ножом. Избавлялась от объедков и отдраивала липкие пятна на полу, полках и крышках столов, где была пролита, но так и не вытерта та или иная неопознанная жидкость. Кастрюли, консервы, банки и пакеты они открывали, начинали и оставляли, а содержимое медленно разлагалось. Банка с вареньем, оставленная открытой в кладовке, треснула, варенье стало твердым как камень, а сама банка так прочно прилипла к полке, что когда я попыталась ее сдвинуть, она раскололась у меня в руках. Осколки стекла посыпались на пол, покрытый обрывками газет, пустыми упаковками из-под полуфабрикатов, рассыпанным сахаром, раздавленными макаронами, крошками печенья и сухим горохом.

Под раковиной я обнаружила тайник с рыбными консервами — всего насчитала сорок шесть банок.

— Что это? — спросила отца. Он пожал плечами:

— Купи одну — втора безплатно. Ей наравиться.

Что прикажете делать с сорока шестью банками скумбрии? Не могла же я их выбросить. А как бы поступила мама? Я взяла их и раздала всем нашим деревенским знакомым, а остальное отдала викарию — для неимущих. После этого в течение нескольких лет, на праздник сбора урожая, перед алтарем внезапно вырастали груды банок скумбрии.

Во флигеле, в картонном ящике, лежало несколько пачек печенья. Все были открыты, и повсюду валялись крошки и клочки обертки. В другом углу — четыре заплесневевшие буханки нарезанного ломтями белого хлеба. Все пакеты тоже разорваны, а их содержимое рассыпано. Зачем такое делать? Потом я заметила, как в углу юркнуло что-то большое и бурое.

Божемилостивый! Срочно позвонить в муниципалитет!

В гостиной, кухне и кладовке были расставлены блюдца с едой и молоком для Леди Ди: видимо, угощенье не пришлось ему по вкусу и теперь разлагалось на августовской жаре. Одно блюдце заросло какими-то бурыми грибками. В другом извивались белые опарыши. Молоко прокисло и превратилось в зеленую творожистую слизь. Я засыпала все хлоркой.

Я не из тех женщин, на которых уборка оказывает терапевтическое воздействие, но на сей раз ощутила символическое очищение — полную ликвидацию чужестранного захватчика, который попытался колонизировать нашу семью. Мне было приятно.

Я не собиралась рассказывать Вере, что отец надеялся помириться с Валентиной, поскольку знала, что, поссорившись со Старшей Сеструхой, он наверняка бросится в Валентинины объятия. Но я проговорилась случайно.

— Какой придурок! — Я услышала, как Вера переводит дыхание, подбирая слова. — Вы, социальные работники, конечно, хорошо знакомы с этим синдромом, когда женщина цепляется за своего обидчика.

— Я не социальный работник, Вера.

— Ну да, конечно, ты социолог. Забыла. Но если бы ты была социальным работником, то именно это бы и сказала.

— Возможно.

— Вот почему так важно спрятать его от греха подальше — для его же блага. Иначе он просто станет жертвой первой попавшейся мерзавки. По-моему, ты обещала подыскать какое-нибудь защищенное жилище, Надя? Право же, пора тебе взять на себя хоть какую-то ответственность, ведь за мамой я ухаживала сама.

Но отец решил сполна воспользоваться своей вновь обретенной свободой. Когда я завела разговор о защищенном жилище, он сказал, что никуда не поедет. Он слишком занят — ему некогда и думать о переезде. Наведет в доме порядок и, возможно, даже сдаст бывшую Валентинину комнату на верхнем этаже порядочной немолодой леди. А еще ему нужно дописать книгу.

— Я тебе дорозсказав про полутрактор?

Он достал большую тетрадь с узкими строчками, которую теперь почти полностью занимал его шедевр, и прочитал:

Полутрактор был изобретен французским инженером по имени Адольф Кегрес, который служил в России техническим директором при царском гараже, но после Революции 1917 года вернулся во Францию, где и продолжил совершенствовать свои проекты. Полутрактор основан на простом принципе: обычные колеса с шинами впереди и гусеничные ленты сзади. Полугусеничные тракторы, кавалерийские и бронированные машины были особенно популярны в польской армии, поскольку идеально подходили для передвижения по разбитым дорогам этой страны. Считается, что благодаря судьбоносному союзу Адольфа Кегреса и Андре Ситроена возникло такое явление, как автомобили повышенной проходимости. В те времена казалось, что они предвещают революцию в земледелии и тяжелом транспорте, но, к сожалению, они стали бичом современности.

После моей генеральной уборки только пара вещей напоминала отцу о Валентине, но от них нелегко было избавиться: Леди Ди (со своей подружкой и ее четырьмя котятами) и «ролик» на газоне.

Мы все согласились, что Леди Ди с его семейством необходимо оставить — будет отцу компания, однако нужно следить за их питанием и туалетом. Я предложила поднос с бумагой, но Старшая Сеструха этому воспротивилась:

— Это совершенно непрактично. Кто его будет высыпать? Остается один выход — их нужно отучить гадить в доме.