Чтение онлайн

ГНОСТИЦИЗМ (греч. gnosis – учение, знание) – философское учение, стремившееся дополнить христианство восточными религиозными представлениями и соединить его с греческой философией. Основные представители: Василид, Валентин, Феодот др. Г. возник в начале христианской эры в Сирии и Александрии. Онтологической основой учения является Великая Триада (Материя, Демиург, Спаситель), по-видимому представляющая собой преобразованные христианские представления о Божественной Троице. Цель Г. – познание мира с целью его преобразования и выработка практических рекомендаций для тех, кто стремится к блаженству, счастью.

В концепции Г. творцом всего является высшее существо, называемое различными именами, выражающими его абсолютное могущество и несравнимость, самодостаточность и неопределенность. Однако поскольку мир сущего неустроен и лежит во зле, постольку этот мир нельзя признать творением Бога, иначе причину несчастий следовало бы искать в Нем. Поэтому основой этого мира может быть только материя, которую сирийские гностики представляли в виде самостоятельного злого существа, а западные – приписывали ей свойство призрачности. Но и сама материя, с точки зрения Г., не могла произвести этот мир, где несомненно есть частицы божества. Решая задачу происхождения мира, Г. говорит об истечении божественного существа мельчайшими частицами («эонами») и ослаблении божественного начала по мере их удаления и погружения в материю. Самое совершенное истечение из «полноты разума» («плеромы») – Демиург – сочетание света и мрака, силы и слабости; он сотворил мир, заключил в нем человеческие души и обременил их материей.

Существа, отпавшие от высшей жизни и погрузившиеся в материю, начинают тяготиться своим положением и стремятся вознестись и воссоединиться с высшей божественной жизнью. Своими силами это осуществить невозможно, спасение должно прийти от более могущественного существа. С точки зрения высшего существа также недопустимо, чтобы частица высшей жизни, заключенная в материю, страдала. Для спасения, то есть освобождения божественной искры из темницы материи, души из лабиринта зла, снисходит в мир один из высших эонов – Христос. Он принимает видимость человеческого тела (в другой версии – соединяется с человеком Иисусом при крещении и оставляет его при его страданиях), чтобы сообщить «все тайны гносиса и сокровенные святого пути» небольшому кругу избранных, стремящихся к божественной жизни, к полноте разума («плероме»). Так устраняется зло и неустройство мира и всё приходит к первоначальной гармонии.

Человек в представлении Г. есть микрокосм, состоящий из души и тела. Как микрокосм, он отражает и несет в себе принципы макрокосма (Бога, Демиурга и Материи), но их соотношение у каждого различно. Поэтому Г. подразделяет людей на три разряда: «соматиков», или «гиликов» – людей, в которых господствовало материальное начало; «пневматиков», в которых имеется перевес духовности; «психиков», у которых имело место смешение духовного начала с материей. Пневматики встречаются только среди христиан, хотя далеко не все из них пневматики, большинство является психиками. Этико-практические нормы и правила Г. обращены только к психикам, поскольку только неопределенность их положения позволяет приблизиться к плероме. Если пневматики по своей природе предназначены к спасению, то соматиков ждет неизбежная смерть.

В связи с проблемой спасения центральным в этике Г. является вопрос об отношении к материи, плоти и ее влечениям. Противоположные решения исходят из дуалистического воззрения на мир и на материю, на тело как источник зла и греха. Представители сирийского Г. (Сатурнил, Василид, Маркион), презирая тело, запрещали для человека всякие наслаждения и удовольствия, чтобы избежать смешения с греховной материей. Александрийские гностики (Карпократ, Валентин), отстаивая превосходство духа над материей, считали, что чувственность должна быть побеждена через ее удовлетворение чувственными же наслаждениями; нет ничего такого, что могло бы связать дух или победить его.

Христианство в целом негативно относилось к гностической философии. Однако элементы Г., синтезировавшего мифологию Востока и пантеизм, монотеизм и платоновские идеи, мистику числа Пифагора и учение Христа, развивались в философии Возрождения, в мистике немецкого романтизма, в русской религиозной философии (Вл. Соловьев, Н. Бердяев, Л. Шестов).

ГОББС Томас (1588–1679) – английский философ, представитель механистического материализма. Основные произведения: «Основы философии», «Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского», «О свободе, необходимости и случае».

Философия, по мнению Г., это «наука о телах», о том, что находится в пространстве и способно к движению. С естественными делами имеет дело философия природы, натурфилософия. Другой раздел философии должен быть посвящен изучению искусственных тел, прежде всего государства. Между учением о природе и учением о государстве располагается учение о человеке, который является и природным телом, и элементом государственного тела.

Материальный мир, по мнению Г., состоит из простых неделимых частиц – «корпускул». Только движение тел, состоящих из корпускул, подчиненное закону механической причинности, является предметом научного исследования. С точки зрения механической причинности Г. рассматривает и человека: человек – это совокупность частиц, двигающихся по законам механики. Сердце – это пружина, нервы – нити. Суставы – колеса. Г. – представитель натурализма, для него даже душевные явления – это движение тонких материальных тел.

В области гносеологии Г. выступает как сенсуалист и номиналист. Всё наше знание – это результат воздействия вещей на органы чувств. Вся остальная познавательная деятельность представляет собой комбинирование одних представлений с другими благодаря словесным знакам. С их помощью осуществляется не только запоминание и сохранение человеком восприятий, но и процесс коммуникации между людьми. Фактически мышление есть «сложение» и «вычитание» знаков, процесс манипулирования знаками. Г. сделал важный шаг в развитии формальной логики, он предвидел ее сближение с математикой. Сопоставить наши восприятия с соответствующими «телами» мы не можем. Мы можем только говорить о согласовании наших представлений по законам логики, считает Г.

Душевная жизнь человека – это взаимодействие разума и воли. Воля направляет, поддерживает человеческий эгоизм, стремление к самосохранению. Г. утверждает, что для индивида нет понятия добра и зла, свобода есть безудержная жажда самосохранения, направляемая волей. В своей «природности» все люди равны. Из равенства способностей вытекает равенство надежд на достижение целей. Если два человека желают одной и той же вещи, которой, однако, они не могут обладать одновременно, они становятся врагами. Наступает такое состояние общества, которое можно назвать войной всех против всех. Над человечеством нависает угроза самоуничтожения.

Помимо неразумной воли, выражающей слепое стремление человека к самосохранению, в человеке присутствует и разум, который также стоит на страже интересов человека, но не непосредственно. Разум более дальнозорок, он думает не только о сегодняшнем дне, но и о будущем человека, поэтому разум выходит за рамки естественного человеческого эгоизма. Естественный закон разума. говорит Г., «есть предписание или найденное разумом общее правило, согласно которому человеку запрещается делать то, что пагубно для его жизни или что лишает его средств к ее сохранению, и упускать то, что он считает наилучшим средством для сохранения жизни».

Разум говорит о необходимости заключения общественного договора «каждого с каждым», по которому люди передают свою силу и естественное право искусственному человеку – государству. Г. назвал его по имени библейского чудовища Левиафаном. Взамен государство, основанное на естественных законах разума, способствует самосохранению человека. Естественное состояние общества переходит в гражданское. Государство обслуживает человека и порождается им. Нет ничего глупее, говорил Г., государства, основанного актом Высшей Воли. Но государство требует от человека многого. В нем должна господствовать единая воля; наиболее совершенной формой правления является абсолютная монархия, которая должна совмещать силу и право. У власти есть предел – вынуждение граждан к самоубийству. В самом крайнем случае допустимо восстание, если власть перестает выражать естественное право и каждый подданный вынужден защищать себя сам.