Чтение онлайн

Между человеком и природой нет принципиальной разницы, у человека лишь более тонкая нервная организация, больший объем памяти. Человеческая «природа» предполагает наличие определенного круга «телесных» потребностей, стремление к их удовлетворению. Люди «по природе» равны, имеют одинаковое право на счастье, в каждом заложена способность к развитию разума.

Г. – сенсуалист, он критиковал идеализм с позиций материалистически ориентированного здравого смысла, отрицал агностицизм Дж. Беркли. По мнению Г., религия – химера, порождение невежества, страха и обмана. Нравственность Г. рассматривал с позиций утилитаризма. Определяющим фактором социальной жизни, по мнению ученого, является мнение. Просвещение масс и деятельность законодателей открывают путь к царству разума. Наилучшим способом правления Г. считал конституционную монархию.

ГРИГОРИЙ БОГОСЛОВ (около 330–390) – великий Отец и учитель церкви, философ, самый популярный оратор христианской древности, поэт, писатель. Получил лучшее по тому времени образование в Афинах и Александрии. С юности полюбил словесность и остался верен этой любви на всю жизнь, примиряя церковность с поэзией и философией. Автор 45 бесед («слов») на философско-религиозные темы (в 27–31-м «словах», снискавших Григорию славу Богослова, изложена догматика христианства); 38 поэм нравственно-религиозного и исторического содержания, сборника из 243 писем.

Св. Григорий прославлен церковью как «троичный богослов»: он дал законченное толкование о Лицах Святой Троицы – соотношении Отца, Сына и Святого Духа. Г. Б. утверждал, что лицам Божества одинаково свойственно и тождество по бытию, и различие реальное, субстанциональное, ипостасное. На языке античной диалектики три Лица Бога представляют самотождественное различие, или саморазличное тождество. Бог по сущности один, но он имеет три ипостаси, из которых каждая есть Бог, но тем не менее существуют не три бога, а только один Бог. Тринитарная проблема, в немалой степени благодаря авторитету Г. Б., была завершена на втором Вселенском соборе в 381 г.

Центральный догмат христианства для Г. Б. был средоточием всей духовной жизни, но тема человека также постоянно занимала его. Антропологические построения Г. Б. исходили из его космологии. В слове «О мире» он говорит об источнике сущего – Боге, «Мирородном Уме, постижимом только напряжением ума». «Великий Ум измышляет образы мира» сперва умного и небесного (ангельского), затем – мира вещественного, телесного. Но это не конец. «Нужен был, – говорит Г. Б., – еще зритель Премудрости… благоговейный царь земной. И Бог сказал: угодно мне создать… род тварей средних между смертными и бессмертными, разумного человека, который был бы… великим владыкой земли». Сотворенный Богом человек – микрокосм («в мире малом мир большой»). Он поставлен на грани миров телесного и умопостигаемого, материального и духовного, существования и сущности.

Для Г. Б. как эллина вопрос о связи ума и плоти вызывает недоумение. Но интуиция мыслителя говорит то, чего не знали неоплатоники: природа человека двойственна, она есть единство противоположностей (души и тела, «божественного ума и праха», «светозарного и трупоносного»), создающее «поле» личной ответственности и труда души каждого, как некоей драмы, осуществляя которую человек способен встать на путь «уподобления» совершенству Бога.

В проблеме человека для Г. Б. много неясного, он больше вопрошает, нежели формулирует. Мыслитель интересен не столько ответами, сколько вопросами, стимулировавшими последующее развитие философско-богословской мысли. В слове «О природе человека» Г. Б. пишет: «Кто я был?… Кто я теперь? И чем я буду? Ни я не знаю этого, ни тот, кто обильнее меня мудростью… Я существую. Скажи: что это значит? Иная часть меня самого уже прошла, иное я теперь, а иным я буду, если только буду… Что наиболее, по-твоему, составляет мое «я»? Объясни мне это, но смотри, чтобы этот самый «я», который перед тобою, не ушел от тебя… И ты, душа моя, кто, откуда и что такое? Кто сделал тебя трупоносицею, кто твердыми узами привязал к жизни, кто заставил непрестанно тяготеть к земле?».

При всех своих сомнениях, Г. Б. убежден, что «в естестве человеческом всего важнее образ Божий и сила ума». Значит, путь совершенствования, «обожения» начинается с очищения и восхождения ума, отрешения от сиюминутности чувств. Ставший на путь подвига у Г. Б. есть «любомудр», философ, близкий идеалу стоиков или платоников. Видимо, поэтому мыслитель понимает философию как «упражнение в смерти» и неоднократно цитирует платоновского «Федона»: «Занятие философов состоит в том, чтобы отрешать душу от тела». Но подозревать его в спиритуализме в понимании человека не приходится. По мысли Г. Б., данность человека недостаточна и мозаична. То, что не дано человеку, но как сущность человеческого задано («образ Божий»), может быть осуществлено только в усилии его собственного подвига. Это основная проблема, встающая перед разумом каждого «любомудра».

«Обожение» как смысл и цель человеческой жизни означает полноту собственного совершенствования, помогающего нам выполнить свое предназначение. До Г. Б еще никто не говорил таких возвышенных слов о человеке: «Если будешь низко думать о себе, то напомню тебе, что ты – Христова тварь, Христово дыхание, Христова честная часть, а потому вместе и небесный, и земной, приснопамятное творение. Ты – созданный Бог, через Христовы страдания идущий в нетленную славу». При жизни Г. Б. называли христианским Демосфеном. Проповеди его переписывались, украшались миниатюрами, подобно евангелиям. В православной литургии используются его проповеди и стихи, ему отводится такое же место, как Августину в католичестве.

ГРИГОРИЙ НИССКИЙ (335 – ок. 394) – христианский богослов, писатель, мыслитель, которого церковь признает авторитетным толкователем Священного писания и Предания. Автор догматических, аскетических и экзегетических (посвященных толкованию Библии) сочинений, среди них – «О блаженстве», «Об устроении человека». Основная тема сочинений Г. Н. – учение о человеке и христианская космология.

В учении о сотворении мира Г. Н. обосновывает его как акт Божественной воли, содержащий и раскрывающий Истину, познание которой необходимо человеку для собственного спасения в условиях земной жизни. Библейская идея сотворенности мира не означает «ставшести», завершенности последнего. Мир как творение Бога есть завершенная незавершенность, оставляющая место для деятельности человека. В процессе «соработничества» человека с природой развивается ее динамический потенциал. Однако о контурах эволюционной концепции в учении Г. Н. говорить нельзя, поскольку у него переплетаются два плана – план сотворения, творчества и план падения сотворенного.

В учении о человеке Г. Н., как и другие Отцы церкви, исходит из идеи первоначальной согласованности, соустроенности действий человека и Бога, однако он идет дальше. Стремясь выявить связи, пути коммуникации человека с Богом, Г. Н. предлагает оригинальную интерпретацию специфики человеческого, исходя из понятия Первообраза. Бог, по «образу и подобию» которого сотворен человек, – непознаваемое совершенство. Если бы образ человека во всём был бы подобен своему Первообразу, то, слившись с ним, он также был бы непознаваем, поэтому речь может идти не о тождестве образа и Первообраза, но о сопричастности человека Богу. По убеждению Г. Н., и при сотворении мира (когда всё тварное было связано с Богом через человека) и после грехопадения человек не утрачивает связь с Богом. Связь эта выражается в дарованной человеку свободе и способности самоопределения собственной природы. Человек «обречен» быть свободным, «не подчиняясь никакой внешней необходимости, но сам по собственному усмотрению действует, как кажется ему лучше и произвольно избирая, что ему угодно». В этом человек является «образом и подобием силы, царствующей над всем существующим».

Однако человек в силу своей «падшести» забыл об этом, хотя свобода творческого самоопределения всегда является актуальной возможностью. Именно поэтому сообразность, соустроенность человека Богу относится не к отдельному индивиду, но к целостности лучших качеств человеческого рода, проявляющихся в личности. Первый человек, Адам, был такой «всечеловеческой» личностью. Его грехопадение дало эффект разбитого зеркала: человек стал носителем «осколочной» Божественной благодати, то есть «частичной личностью».

Возвращение человека к исходной целостности возможно в благодатной среде церковной жизни, где восстанавливается раздробленная полнота человеческой личности, все становятся членами единого Тела Христова и осуществляется Царство Божие. Второй путь восстановления утраченной целостности – это путь подвига очищения, путь аскезы, полного отказа от «самоволия», порабощающего человека и ведущего к утрате дарованной свободы. В своем стремлении восстановить связь с Богом человек «выходит из себя», из ограниченной человеческой природы, чтобы стать истинно собой – личностью. Этот путь не имеет конечного пункта как окончательного завершения процесса самотворчества. Путь подвига открывает перед человеком перспективы теозиса (обожения), на высоте которого, по словам Г. Н., всегда находится «ступень, которая выше достигнутой». Личность для Г. Н. – вечно длящийся акт преодоления и движение становления богочеловеческого.