Чтение онлайн

Сакральный звук соударяющихся бокалов привлек внимание остальных, и все начали задорно чокаться. Кей поддержала всеобщую инициативу, предпочтя не дотянуться до Рина, благо, сидела она на порядочном расстоянии от него.

Вообще Кей не слишком хорошо умела считывать отношения между людьми (по сравнению со своими коллегами) — ей никак не удавалось овладеть этим искусством в совершенстве. Но то, что она могла "прочесть", порою повергало в шок. Вот и теперь, когда она увидела, что Мйар совершенно однозначно подбивает клинья к Ирвис, она ни разу не поняла, как это так. Ну, то есть поняла — но не приняла. Рыжий, наверное, думал, что он деликатен и неотразим. Ирвис, судя по довольному лицу, тоже все давно просекла, но с радостью подыгрывала, ослепительно улыбаясь направо и налево. Налево — это она зря, потому как нервный некромант, как дурак, ей же ей, барабанил пальцем по тонкому стеклу бокала и вообще вел себя как ревнивая старшеклассница, хоть и делал вид, что непринужденно общается с Нурой Велоровной.

Ирвис в этой игре чувствовала себя, как рыба в воде. Иногда Кей задумывалась, почему Ир все еще не воспользовалась первой же возможностью уехать домой. Ирвис не из робких — она это уже доказала. Но и какой-то причины подвергать себя опасности у нее тоже нет, разве только… разве только у нее слишком большое и доброе сердце. Кей могла поверить в это, вполне.

Она отхлебнула вина, взглянула еще раз на разношерстную компанию и решила, что с нее на сегодня хватит.

— Нура Велоровна, а вы можете мне выдать какой-нибудь писчей бумаги? — попросила Кей. — И ручку.

— Ксерокопии бухгалтерии подойдут? — уточнила пожилая женщина. — Они с одной стороны чистые. У нас пачка как раз сегодня закончилась, уж простите…

— Ничего-ничего, отлично подойдут, — поспешила заверить Кей.

— Тогда вот ключи, сходи в мой кабинет. В шкафу на верхней полке лежат — бери, сколько хочешь! — Нура позвенела связкой ключей. — Но зачем они тебе, кстати?

— Работа, — Кей развела руками.

— А работа не подождет ли? — спросил Камориль.

Кей покачала головой.

Приняв из рук Нуры ключи, Кей проследовала прочь из каминного зала, напоследок мельком глянув в сторону Рина. Тот смотрел на нее прямо, взгляда своего не скрывая и не отводя.

Кей стало слегка зябко. То ли от взгляда, то ли от того, что за пределами зала было куда прохладней. Кабинет Нуры Велоровны она нашла довольно скоро, пройдя всего-то два полутемных коридора. Набрав пачку ксерокопий, Кей прихватила со стола еще и шариковую ручку и, прикрыв за собой дверь кабинета, отправилась наверх. По пути ей казалось, что портреты на стенах следят за ней и тоже не одобряют решения слегка оторваться от коллектива.

Добравшись в их с Ирвис комнату, Кей включила торшер и устроилась возле злополучного трюмо поудобней. Положила на столешницу бумагу и ручку, размяла шею и нерешительно замерла над чистым листом.

С чего же начать?

Как изложить это все? Если для событий в форте Лунном она уже придумала достойную отчета трактовку, то как отразить произошедшее в колонии? Вот это хороший вопрос. Если в Лунном все списать на стихийное бедствие… то после правдивого изложения виденного Кей на подступах к колонии Рейнхарду точно предстоят как минимум длительные разбирательства. Как максимум — много чего нехорошего. С другой стороны, чтецы тоже знатно перегнули палку с этим всем. У них не было никакого права гнать на стены заключенных. Они ж им, наверное, и мозги промыли знатно. Ради чего гильдия станет драться не на жизнь, а на смерть? Ради чего они так рискуют, зная, что их действия могут заново подогреть их давнюю вражду с элементалистами и некромантами? Неужели все так серьезно? Чтецы всегда были себе на уме, всегда относились к человеческой жизни как к несущественной мелочи, и все ради высшей цели, по их мнению — благой. Сколько раз все это оборачивалось бессмысленными жертвами?

Опять же, девочки-элементалистки. Их удерживали незаконно. Они, скорее всего, будут требовать разбирательств. Если доберутся до цивилизации. Должны добраться. Кей слегка смущало то, что они оставили элементалисток в колонии — с другой стороны, у девчонок есть все шансы позаботиться о себе. Возможно, если дойдет до суда, показания этих элементалисток смогут как-то помочь. Конечно, преступление остается преступлением, пусть даже Рейнхард и компания колдовали во имя благого дела.

И все равно, спустивший с поводка всю свою мощь исключительный чародей — это проблема. При нормальном раскладе маги идут к исключительности долгие годы, за это время они обычно теряют большую часть бесшабашности и взрывоопасности, приобретая взамен мудрость и рассудительность. Так, исключительные, будучи мощными магами, в сущности, машинами для убийств, колдуют мало. А тут Рину свалилась на голову невиданная сила… Кстати, как? Кей он так и не рассказал, как именно он "раскачался". Хотя она спрашивала.

Ладно.

Кей решила, что для начала запишет то, что уже придумала, как преподнести — а там посмотрит.

Первые четыре абзаца легли на бумагу. Кей перечитала их три раза.

— Полный бред, — сказала она, потирая переносицу. — Бред сивой кобылы.

Кей стала перечитывать текст по следующему кругу, как тут в дверь постучали.

Не дождавшись разрешения, в комнату просочился Рин. Лицо — сложное, в руке — бутылка, на "офицерском теле" почему-то незастегнутая фиолетовая рубаха некроманта. Кей сощурилась: что там они успели натворить уже, пока ее не было?

— Чего тебе? — спросила она.

Рин ничего не ответил, прошел внутрь комнаты и уселся на край кровати. Кей обернулась к нему:

— Нет, действительно. Это как бы наша с Ирвис спальня, а если б я тут голая была?

Рин улыбнулся и откупорил бутылку, пригубил и наконец заговорил:

— Будешь?

— Я пытаюсь работать.

— Как хочешь.

— Что-то у тебя настроение какое-то больно хорошее, — Кей повернулась обратно к трюмо. — Ну, раз пришел и сидишь, то будешь помогать мне писать отчет.

— Про меня?

— А про кого ж еще.

— Честно сказать, я несколько по другой причине.

Кей напряглась. Перевела взгляд с отчета на, собственно, предмет отчетности:

— Да ну, — она попыталась скрыть тревогу насмешкой. — И что же изволит ваше… леднейшество?

Рейнхард снова просто смотрел на нее и молчал. Что там у него в голове теперь делается? Иногда, конечно, стоит помолчать, чтобы сойти за умного… Но тут? Кей почувствовала себя слегка неуютно под этим прямым, назойливым взглядом. Как будто бы он оценивает ее… не внешне, нет. Как будто что-то глубже выискивает — что именно? Темно-фиолетовая рубашка ему действительно слегка маловата — потому-то и расстегнута. Бутыль поблескивает, блики в глазах ей вторят. Белые волосы, сохраняющие свое великолепие не иначе как по волшебству, распущены и свободно струятся по плечам.

Что он тут забыл?

— Ваше леднейшество пьяно? — издевательски мягко спросила Кей. — Во всем Половинчатом Замке не нашлось хорошего друга, могущего составить леднейшеству компанию лучшую, чем я?

— Если ты повторишь это слово еще раза два, оно смешнее не станет, — серьезно ответил Рин.

— Вот этот тон уже больше похож на то, что я привыкла слышать, — хмыкнула Кей и отвернулась. Стало слегка спокойней. — Раз не собираешься помогать — не мешай.

Рин, словно приняв такие условия пребывания в комнате, какое-то время и правда сидел молча, иногда отпивая из бутылки. Кей, попытавшись абстрагироваться, перечитала первые два абзаца снова. Потом она прикрыла глаза и спросила себя: "Почему я не встану и не выгоню его?"

Ответ ей совсем не понравился: она хотела, чтобы он остался. Так было почему-то спокойнее. Ответить себе на логичный вопрос, почему именно и зачем он ей тут сейчас нужен, оказалось сложней. Неужели ей льстит то, что он не внизу, в веселой компании, а здесь? Бред. Рейнхарду что-то нужно. Осталось узнать, что.

— Я хотел спросить, — проговорил Рин, будто мысли ее прочитал. — Если я вернусь… если я вернусь и предстану перед судом, при этом твои отчеты будут соответствовать реальности до самой последней буквы — что мне за это будет? К чему меня приговорят?