Чтение онлайн

Светлана Аллилуева всегда отвечала за свои поступки. У нее никогда не было маразма. Если ей нравился молоденький мальчик у алтаря, то это было трепетное чувство старости к давно утраченной юности. Она единственный раз коснулась щеки мальчика во время посещения храма. Это было целомудренное прощание с прошлым. Живительный глоток воздуха в темнице собственных страхов и потерь.

Она любила Каплера.

Она любила Морозова.

Она любила Жданова.

Или она любила Сталина?

Во всех этих версиях нет одного – последнего слова самой Светланы Иосифовны.

Надежда Аллилуева: Дочь или жена? Трагедия разбитой жизни дочери комиссара

Он ее спас и он же ее убил. Было ли это случайностью, стечением обстоятельств или же просто пьяной выходкой? Надежда Аллилуева не брала в рот спиртного. А покончила с жизнью, по словам тех, кто ее видел живой в последний раз, из-за оскорбительной реплики Сталина. Он обратился к жене:

– Эй, выпей!

– Я тебе не «эй», – огрызнулась она, – и я не пью.

А потом встала. Взглянула на подвыпившего мужа колючим взглядом и вышла из зала. Больше ее живой не видели.

Аллилуевой был всего 31 год. И она не отличалась взрывным темпераментом. Что послужило причиной смерти? Глупая шутка? Нервное истощение? Или измена? Телу, душе, идеалам?

Свою тайну она унесла в могилу.

Иосиф Джугашвили

Был жаркий июльский день. Палящее солнце напоминало белый раскаленный диск. Девочка двенадцати лет, когда к маме пришли гости, убежала на речку. Быстро огляделась и, завязав косицы повыше, полезла в воду.

Что могло произойти, сказать трудно. Очевидцев вначале не было, только несколько случайных прохожих. А потом произошло то, что стало легендой, сказкой, правдивой былью или чем-то вроде начала любовного романа. Двадцатого июля 1913 года Иосиф Джугашвили спас маленькую Надю Аллилуеву.

Двадцатого июля в 16 часов дня очень красивая мама Нади по имени Ольга уже угощала друга семьи домашней водкой и растирала перепуганную девочку целебной настойкой. Надя боялась. Иосиф был под хмельком. А вечером пришел папа Нади, появились соседи, и все благодарили Иосифа.

Похоже на отрывок из какой-то сказки. Поступок. И само событие. Своеобразная точка отсчета для маленькой девочки, если считать, что это событие стало причиной ее смерти.

В 1917 году юная Надежда и Иосиф Сталин встретились в Петрограде, куда он вернулся после ссылки. И она стала его невестой.

Это была странная пара. Он – худой, сутуловатый, кашляющий, с горящими глазами. И она – очень красивая грузинка невысокого роста, почти куколка, преданно заглядывающая в рот своему будущему мужу.

Это была не любовь даже. Сталин был очень темпераментным, грубым и взрывным. А Аллилуева – очень спокойной, мягкой, и голос у нее был тихим. Как рассказывала соседка, у которой молодые снимали угол, однажды она стала свидетельницей не очень хорошей сцены. Джугашвили так кричал за что-то на свою жену, что сползло одеяло, открыв отгороженную часть комнаты, где жила пара.

Надя сидела, забившись в угол, поджав под себя ноги и с отчаянным ужасом глядя на мужа. Взгляд затравленный, словно у собачонки, которую ткнули ботинком в брюхо.

Череда срывов и примирений наполнили жизнь Нади так плотно, что у нее не хватило сил выбрать, что в отношении мужа было правдивым, а что мнимым.

Девочки Востока взрослеют быстрее своих сверстниц-северянок, и, возможно, поэтому в 1913 году Надя просто влюбилась в своего спасителя. Ей было двенадцать, но ее тело уже чувствовало, как тело развитой женщины, ее чувственность и стыдливость, волнение при встрече и нежелание, чтобы он увидел ее голой, когда мать растирала ее настойкой, – все это было нитями одного рисунка. Естественного рисунка становления юного организма очень рано созревшей девочки.

Именно зрелость, по мнению специалистов, и привела к некоторым слишком ранним переменам в организме Нади. Но об этом немного позже. Просто нужно четко понимать, что в истории жизни великих людей все связано не менее прозаичным образом, чем у обывателей. Хочется так же есть, спать, заниматься сексом. Хочется любить и быть любимым. И хочется, чтобы потомки понимали все поступки, а не только те, что выгравированы на развалинах исторических реалий. Почему Надежда согласилась выйти замуж за Иосифа? Да все предельно просто – девочка из очень патриархальной семьи могла заниматься сексом только после замужества. Воспитанная в жестких рамках подчинения мужчине, не смеющая повысить голос, кроткая и терпеливая Надежда просто потянулась к сексуальному партнеру. Конечно, влюбленность. Безусловно. А что еще может быть к герою революции? Мужчине опытному, страстному, да к тому же по возрасту годящемуся едва ли не в отцы? Иллюзия счастья, желание вырваться из дома.

У Аллилуевых была не очень простая семья, и отношения с матерью складывались не всегда ровно. Ольга Аллилуева, красивая до умопомрачения грузинка цыганских кровей, так любила свободу, что удержать ее было невозможно. Муж махнул рукой и просто сказал:

– Гуляй. Нагуляешь и принесешь в подоле – утоплю.

И Ольга гуляла. Приходила домой пьяная, ссорилась с мужем, одергивала дочь. И улыбалась чуть безумной улыбкой, свойственной всем цыганам. Словно они поцеловались с чертом, и тот запечатлел на их губах гениальную особенность – несмотря ни на что, улыбаться перед лицом любых невзгод.

Была ли Надежда в мать хоть чем-то? Была. Пожалуй, выдержкой. Белоснежными зубами. И острой чувственностью. Немного, но для того, чтобы сорваться замуж в восемнадцать лет, достаточно.

В 1918 году Надежда Аллилуева вступила в партию и начала работать в Совнаркоме. Секретаршей, машинисткой, помощницей. Юная невеста Джугашвили была тихой и исполнительной. Означало ли это, что она была бессловесной?

Однажды она подписала заявление в поддержку одного старого большевика, которого обвинили в том, что он при исполнении должностных обязанностей, воспользовавшись своим служебным положением, использовал в личных целях часть ценного груза, предназначенного для Московского отделения.

Сталин тогда озверел, а Надежда твердо посмотрела ему в глаза и спокойно произнесла:

– Это произвол. Он не виноват ни в чем.

За такие слова другую бы тут же пустили в расход, но Сталин промолчал. К этой черноглазой девушке у него было странное отношение: с одной стороны, он ее любил, а с другой – мог спокойно позволить себе в ее адрес площадную брань. С точки зрения психологии семейных отношений речь может идти о неудовлетворенности как эмоциональной, так и физической. А вот с точки зрения психологии власти мы имеем феномен, когда носитель авторитаризма личностного (Джугашвили) сталкивается с несгибаемым сопротивлением того, кто никак не слабее его (Аллилуева). И в отношениях намечается замкнутый круг, разорвать который можно только насильственным методом.

В 1919-м они поженились.

Был ли это неосмотрительный шаг? Или тот самый случай, когда брак позволяет найти полное взаимопонимание и погасить искру неудовольствия друг другом? Что же касается брака Надежды, то было невозможно прогнуть ее волевую натуру. Она уважала мужа. Боялась. Выполняла его прихоти в постели. Была его соратницей, любовницей, товарищем по партии. Духовной же близости не получилось.

Сталин нашел себя в деспотизме. В работе. В желании добиться полноты власти. Аллилуева нашла себя в выживании рядом с этим человеком.