Чтение онлайн

Брат воспользуется собственными связями, даст контакты адвоката, естественно подпишет стопку бумаг, пообещает все уладить с пострадавшей стороной. Все как и планировалось. На какое-то время удается абстрагироваться. Сконцентрировать пустые мысли на движениях в собственной голове, не подставляя себя ни под один из размытых образов.

Через двадцать минут меня выпускают без нравоучительных слов "на дорожку" и пререканий.

— Придурок, — резюмировал Олег, подойдя с боку. Интересно, о чем он? Скорее всего злится, что они с Софией не летят сейчас на московскую тусовку..

Внезапно он выбил из рук сигарету, которую я как раз прикуривал, схватил под локоть и дернул на себя.

Смотрит на меня со всей яростью и дышит в лицо.

— Ты ничего не попутал? — угрожающе уточнил я, не сразу определившись, как реагировать на это вторжение. — Не надо из себя крутого парня строить. Не надо, Олежек. Я знаю, где прав. Вот и все.

Вырываю руку и медленно спускаюсь по ступеням, нашаривая пачку сигарет в кармане. Мы никогда не ладили. Всегда что-то делили, спорили, игнорировали. Это ему интересно блюсти традиции нашей семьи, -- быть понятным и органичным, с уклоном на подчеркнутую деспотичность перенятую от отца. Подчиняться каким-то общепринятым правилам, недооценивать меня, вернее, презирать, за мой бунтарский характер и не любовь к повиновениям, и прятать собственные пороки за умным, серьезным лицом. Я не для того родился, чтоб в рот ему заглядывать и боготворить, как непререкаемый идол нашей семьи.

– - Неразумное, маленькое зло.., -- кидает мне в спину Олег.
– - Я бы не приехал вытаскивать тебя из этого дерьма. Сегодня уж точно, нет.

Я затягиваюсь и хищно усмехаюсь.. "Ну конечно, на другой чашке весов кое- что повкуснее, чем мои проблемы."

– - Три часа назад умер Кирилл. Вот и живи теперь с этим. С этим своим -- я прав!

Он обходит меня и идет вперед к припаркованной у забора машине. Я глохну на вдохе, закашливаясь сизым дымом и сквозь резь в глазах от никотина смотрю в спину исчезающую в пустоте.

К пустоте добавляется белый шум. Как неработающее кабельное по ящику — шипит и дрожит изображением. На груди под кожей разливается огонь, превращая ребра в черные истлевшие стебли. Взгляд дрейфует вдаль, к пыльной, заляпанной грязью и осенними дождями улице.

Деревья начинали сбрасывать с себя уже отжившую красочную листву. Солнце ещё продолжало время от времени радовать лучами, но куда чаще в последние дни лил дождь, сопровождаемый грозами и молниями.

На две недели Ветров просто пропал. Я не находила его ни в коридорах, ни во дворе, ни на баскетбольной площадке, которую окидывала взглядом из окон университета.

Как-то все оборвалось -- не набрав обороты, но задев чувства, и это безмерно удручало. Друзья, дела, работа, учёба — отошли на задний план. Словно мешающие факторы, не имеющие никакого значения. Только он и о нём, остальное фоном. Но так быть не должно. Растворяясь в другом человеке, есть риск потерять себя как личность. И, кажется, я все больше приближалась к грани.. Для меня его отсутствие стало сродни глубокой яме, в которую можно падать и падать тяжёлым камнем бесконечно долго.

Ответ пришел неожиданно, но заставил сходить с ума ещё больше. В семье Тимура произошло несчастье. Этой печальной новостью меня огорошила Ольга.

– - Сразу видно, что Ветров больше не контролирует Лебедеву. Сорвалась с поводка. Посмотри.., вокруг Игоря как юла, -- то конспекты ему подсунет, то с вопросами насядет. Прямо расцвела вся.

Я нахмурила брови и посмотрела на Алексееву. Обсуждать Даниэль я бы не стала, а вот защитить Тимура стало вдруг болезненно необходимо.

– - Это просто общение. Знаешь, я вот не верю, что Ветров так уж сильно ограничивает ее. Разве, когда у тебя есть парень, не нужно и самой держать себя в некоторых рамках?

– - Ну теперь -то у нее нет парня, все кончено, и результат на лицо.

– - Они расстались?

– - Да нет же!? Ты не знаешь что ли? Кирилла похоронили. Отмучился парень. ...я плохо я его помню, в том году он редко появлялся... И выглядел не очень.

– - Брат Тимура умер? Когда?

– - Блин, ты не в курсе что-ли?!
– - удивленно таращится Ольга.
– - На той неделе еще, в группе же писали.

Я посмотрела на свой новенький телефон. Старый в Москве "сделал ноги". Возможно на столике где- нибудь в ресторане забыла или украли. Голова была забита совсем другими делами и людьми. Симку пришлось восстанавливать уже по приезду.

– - Я не знала.., -- на автомате произношу я, словно в оправдание. И в голове фейерверком разлетаются мысли.

Я должна была знать, должна была позвонить, поддержать, принести соболезнования, но ничего этого не сделала, лишь сходила с ума.

Ну почему? Почему все так сложилось?

Шумно выдохнув, отправилась к двери кабинета. Как я должна поступить? Чем могу помочь? Должна ли лезть к нему теперь, спустя недели? Окинув взглядом ещё полупустую аудиторию, отметив, что Ольга с кем-то болтает застряв в проходе, нерешительно открыла мессенджер.

"Не представляю, как тебе сейчас тяжело. Узнала буквально минуту назад, прости. Тимур, мы можем увидеться?»

Горькую усмешку на губах сменяет не менее горькая сигарета. Десятая? А может пятнадцатая за день. Голова закинута на край дивана, дым растворяет т"eмная аура комнаты, а может е"e обладателя. Здесь всегда полумрак. Но при этом всегда шумно. Музыка. С наушниками он не расстается, за столько долгих и одиноких дней они уже приросли к черепу. Потом горячие капли практически обжигают тело, а губы наш"eптывают слова, подпевая Скорпионам. На последок кран выкручивается на максимум в другую сторону, чтобы прийти в себя. Если бы вручали награды за пиздецки тяж"eлые дни, то Ветрову прислали бы две по почте, с припиской: "Извините, побоялись лично передать.."

***

На перемене ее макушка неожиданно мелькает неподалеку: София останавливается почти что рядом — в пятнадцати шагах, у подоконника. Стоит и болтает с кем то, не замечая ничего вокруг. Подходить не хочется, совершенно: только все испорчу. Поэтому просто смотрю, смотрю, смотрю. Толпа, нескончаемым потоком проходящая мимо, очень кстати — я обязательно сделаю, то что задумал, но не сегодня.

***

— Он смотрит, — тихо шепчет мне на ухо Ольга. — Прямо на тебя, очень пристально.

Затравленно оглядываюсь, нахожу его в толпе и не знаю как поступить.

Тимур похож на того, кто стоит в очереди в ад. Можно не сомневаться — этот успеет попасть внутрь. Если захочет.. Что он, зря зовется «золотым мальчиком»? Только вот же, стоит. И смотрит. И от прищура точно может съехать крыша (если сделать вид, что она еще на месте). Сердце, ухнув, сжимается и на щеки ложится румянец. Знаю, он не отличается робостью, если даст понять, что хочет общения, просто рвану. Жду намека. Любого. Но Ветров лишь опускает взгляд и уходит.