Чтение онлайн

Маркиза подчинилась. и рука девушки, на которой было роковое кольцо, легла в руку менестреля.

— Переодень кольцо на другую руку, Эльзи! — голос Айвена был мягок и спокоен, он не требовал и не просил, он просто говорил девушке, что нужно сделать, и Эльзи подчинилась. Она покорно сняла кольцо с пальца и перехватила другой рукой, собираясь вновь его надеть, но Айвен не позволил этого сделать. Резкий удар снизу по ладоням девушки, и кольцо с глухим стуком запрыгало по полу, отпугивая желающих его взять мрачным красным огнем засиявших рубинов. Зал ахнул, настолько непонятно и загадочно было все происходящее, но толстячок в круглых очках не растерялся. Он бесстрашно подскочил к опасному украшению и, ловко подхватив его, быстро спрятал в кармане широкой мантии.

Эвелина облегченно вздохнула, чувствуя, как еще один камень спадает с души, измученной переживаниями. Она поняла хитрость менестреля: Эльзи ни за что не согласилась бы снять кольцо, подчиняясь приказу графа, но переодеть на другую руку…Почему бы и нет? Приказа, запрещающего переодевать кольцо, граф юной Эльзи не давал. Он запретил девушке выпускать кольцо из рук, но здесь уже сыграла свою роль ловкость и сила Айвена, которой Эльзи ничего не могла противопоставить.

Кто из двух заговорщиков придумал такой ловкий ход — Айвен или Бартоломью — Эвелина не знала. но она была счастлива, что все у них получилось, и, будь у графини такая возможность, расцеловала бы обоих. А между тем юная маркиза приходила в себя. Айвен, после того как ударил девушку по рукам, схватил обе ее ладошки, и прижал к губам, снимая поцелуями боль от удара. Эльзи недоумевающе смотрела на черноволосую голову, склонившуюся к ее рукам, чуть испуганно оглядывала зал, недоумевая и смущаясь от множества любопытных взглядов. Юная маркиза не помнила ничего, что происходило с ней недавно, не могла понять, где она находится. Но когда Айвен выпрямился, и Эльзи разглядела, кто стоит рядом, она перестала терзать себя недоуменными вопросами. Юная маркиза ахнула, радуясь неожиданной встрече, и громко вскрикнула, совсем забыв о зрителях.

— Айвен, любимый, ты приехал, ты вернулся за мной!

— Это ты вернулась ко мне, Эльзи, — улыбаясь, ответил ей менестрель.

— Я вернулась? Но откуда я вернулась, Айвен? И почему я не помню, как оказалась здесь? Где мы сейчас?

— Мы в королевском дворце, любовь моя, и скоро начнется Лунный Вальс, танец, который мы ждали так долго. Остальное не важно сейчас, Эльзи, поверь мне!

Айвен Лунный Бродяга взял руку любимой и повел ее в центр зала. Равнодушное выражение совсем исчезло с лица юной маркизы. Высокая черноволосая красавица Эльзи, плачущая и смеющаяся от радости, шла через зал рука об руку со своим любимым, и непросохшие слезы, как капли росы, блестели на ее щеках. Айвен чуть приостановился, бережно провел рукой по лицу девушки, снимая драгоценные капли, и вскоре пара в зеленом с золотом замерла в центре зала, рядом с сиренево-серебристой парой.

Эвелина вздохнула, радуясь и печалясь непонятно чему, и приготовилась услышать прекрасную музыку Лунного Вальса, когда в тишине огромного зала вновь зазвучали мужские шаги. На этот раз они не были такими уверенными и решительными, скорее, наоборот, мужчина шел с трудом, как будто заставляя себя. Но он все-таки шел, подходил все ближе и ближе. И графиня Роддерик, напоминая себе, что не вправе бежать навстречу, наблюдала как приближается знакомая высокая худощавая фигура в бело-золотом костюме, разглядывала сиреневый букетик фиалок в бутоньерке, белую повязку, плотно охватившую копну русых волос. Перешептывания в зале дали понять, что первого министра Армании, о котором сегодня ходило столько страшных слухов, узнали все. Но Эвелина не слышала и не видела происходящего вокруг. Она во все глаза смотрела на герцога и его таинственного спутника, с сердечным трепетом узнавая в солнечно-зеленом полупрозрачном силуэте юного графа Северина Роддерика, сопровождавшего раненого друга.

Эвелина видела, что каким-то чудом Северину удается поддерживать Эрнеста, не позволяя ему споткнуться или отклониться в сторону. Но когда герцог Берштейн подошел к ряду туманных силуэтов, верный друг отошел в сторону, оставив Эрнеста одного. Эвелина едва не крикнула Северину: "Не оставляй Эрни без поддержки, он ранен!", — но сдержала свой порыв, только возмущенно сверкнула глазами, глядя на солнечно-зеленую фигуру. И совсем рассердилась, когда заметила, что Северин весело смеется, поглядывая на нее, как будто чувствует и понимает, о чем его Велли думает сейчас.

А герцог Берштейн медленно шел вдоль туманного ряда, ни перед кем не останавливаясь, пока не добрался до единственного клочка тумана, сияющего бело-золотым светом.

— Велли, любовь моя, моя фея… — слабый голос Эрнеста прервался, но, чуть передохнув, он нашел в себе силы продолжить, — я прошу тебя танцевать со мной Лунный Вальс…

Герцог пошатнулся от слабости, и Эвелина, с которой уже исчезла туманная маска, немедленно подхватила его, придерживая за плечи, с тревогой заглядывая в измученные сине-серые глаза.

— Эрни, любимый, я готова танцевать с тобой, но хватит ли у тебя сил на танец? — голос графини прерывался от волнения, она пыталась улыбнуться, но слезы выдавали ее истинные чувства.

— У меня на все хватит сил, если ты будешь рядом, Велли, — герцог, счастливый только что прозвучавшим признанием, обнял свою Эвелину, и они молча замерли рядом друг с другом. Эрнесту необходимо было передохнуть, прежде чем вести свою даму в центр огромного зала, а Эвелине… А Эвелине не хотелось размыкать объятий, так счастлива она была сейчас.

Они не заметили вспышку золотистого сияния и волну теплого ласкового света, окутавшую их обоих. Эвелина и Эрнест стояли, обнявшись, и легкое касание лучистых потоков воспринимали, как общее чувство счастья от того, что они рядом друг с другом. Однако глаза герцога Берштейна вновь засияли синевой грозового неба, бодрость вернулась к нему, словно и не было недавнего злосчастного удара, а улыбка перестала выглядеть вымученной.

— Солнечный ветер, — с восторгом выдохнул Шамиршан, вместе со всеми в зале, наблюдавший необычное золотое сияние платья графини.

— Что за солнечный ветер, о чем Вы? — Леонардо первым задал вопрос, который готовы были повторить все, услышавшие повелителя Хакардии, и Шамиршан неохотно пояснил:

— У нас в стране говорят, что той, которую признает чудесный белый шелк, подчинится солнечный ветер, исцеляющий любые раны и недуги.

После пояснения Шамиршана, все в зале, с еще большим восторгом, принялись рассматривать необыкновенное платье графини Роддерик. А сама Эвелина, как и Эрнест, не видели и не слышали никого и ничего, кроме стука собственных сердец. Они смотрели в глаза друг другу и не могли насмотреться…

— Прости меня, Эрни, — виновато шепнула Эвелина, — я была не права тогда…

Но Эрнест не дал ей договорить. Он улыбнулся радостно и беспечно, как не улыбался уже очень давно, и весело сказал:

— Велли, нас ждут, пора начинать Лунный Вальс.

Графиня согласно кивнула, но прежде чем уйти, Эвелина и Эрнест дружно взглянули туда, где стоял солнечно-зеленый мужской силуэт. Северин оставался там же, где его увидела Эвелина, граф смотрел на жену и лучшего друга и улыбался светло и радостно, словно сбывалось то, чего он так долго ждал. Эрнест прижал Эвелину поближе к себе, она положила голову на плечо герцога — влюбленная пара без слов благодарила друга, пришедшего из неведомого далека, чтобы помочь им. Северин поднял над головой руки — ладони скрещены в дружеском пожатьи — и взмахнул ими, прощаясь. Через миг солнечно-зеленый силуэт растаял, как будто его вовсе не было, а Эрнест нежно посмотрел на плачущую Эвелину и попросил:

— Велли, любовь моя, вытри слезы, Северин рад нашему счастью.

— Я знаю, Эрни, я знаю… — больше Эвелина ничего не сказала, она сумела справиться с собой: слезы высохли, на лице засияла улыбка, и герцог с графиней прошли в центр зала, где дожидались начала Лунного Вальса две любящие пары.

"Неправильно, как же неправильно все!" — графиня Роддерик с горечью и негодованием смотрела на сумрак, охвативший центр зала. Три пары, цвета Трех Лун, замерли в ожидании Лунного Вальса. Три Лунных Цветка должны были засиять этой ночью, благословляя их любовь…Но из-за поступка одного глупца Луны погасли и волшебного сияния никто не увидит еще много лет…