Чтение онлайн

— Не было, — Эрнест легко рассмеялся, крепче прижал Эвелину к себе и пояснил, вдыхая аромат ее легких волос, — я подговорил Джереми сказать о том, что старый зануда нас ищет. Был уверен — ты сбежишь куда угодно, лишь бы с ним не общаться.

Герцог опять рассмеялся. и Эвелина засмеялась в ответ. Она чуть отстранилась, не желая измять хрупкий букет, взглянула в глаза собеседнику и ахнула про себя, заметив, что скучный серый цвет разбавила голубизна. Сейчас в глазах герцога бушевало грозовое небо, серо-синее, невероятно близкое и притягательное. Эрнест по-своему понял попытку графини отстраниться и отпустил ее плечи. Он с грустной нежностью взглянул на девушку и сказал:

— Велли, тебе незачем опасаться меня, я никогда не посмею тебя обидеть. И если ты не хочешь провести этот вечер вместе со мной…

Герцог не договорил, Эвелина схватила его за руку и горячо заявила:

— Хочу, Эрнест, я очень хочу поужинать с тобой сегодня! Не уходи, прошу тебя, ты тоже заслужил отдых, не я одна!

Графиня, не отпуская руку герцога, подошла к столу, вернула букет на место и повернулась к Эрнесту:

— Ну что же Вы, герцог, ухаживайте за дамой!

Герцог счастливо, по-мальчишески громко, рассмеялся и начал ухаживать. Он выполнял все, что положено выполнять кавалеру: предлагал новые блюда, подливал вино в бокал, говорил комплименты и рассыпал шутки, над которыми Эвелина смеялась так звонко, что завеса слегка вздрагивала, удерживая звук.

Они и деловые вопросы не забыли обсудить, и даже сошлись во всех пунктах, кроме одного. Эвелине очень хотелось, чтобы юная маркиза д'Анжу танцевала Лунный Вальс с любимым менестрелем, а герцог был уверен в нелепости этой затеи. Графиня Роддерик почти рассердилась, но взгляд, брошенный на букет фиалок, смягчил ее, и первая фрейлина согласилась не вмешиваться в судьбу Эльзи и Айвена. Впрочем, она тут же заявила, что не потерпит, если вмешается кто-то другой, и герцог, смеясь, дал слово не помогать, но и не мешать графу д'Жене и отцу девушки.

Когда все вопросы были решены, вино выпито, а профитроли почти полностью съедены, Эвелина собралась уходить, и герцог не препятствовал ей. Он был счастлив тем, как прошел вечер, счастлив от того, как радостно сияют глаза Эвелины. Они поднялись, собираясь выйти обычным путем, через большой зал библиотеки, и замерли, услышав голоса. В глубине зала говорили двое: юноша и девушка. Их прерывистый разговор то снижался до шепота, то срывался на громкие звуки. А иногда их разговор совсем прерывался, по той простой причине, что эти двое успевали еще и целоваться. И если девушкой в этой паре, несомненно, была фрейлина королевы Кэтрин Брайтон — ее выдавали золотистые локоны, сияющие в темноте зала, — то юношей… По росту, статной выправке, сильному уверенному голосу и герцог, и графиня уверенно определили, что с Кэтрин Брайтон в темноте библиотечного зала разговаривал и целовался Дэниэль, наследный принц Армании!

Эрнест придержал графиню за руку, не позволяя ей выйти вперед и показаться влюбленным. Он прижал палец к губам, давая знать, что хочет услышать разговор принца и фрейлины, и Эвелина нехотя согласилась.

Герцог и графиня очень удачно укрылись в нише между книжными полками, так что заметить их можно было только оказавшись совсем рядом. Но сами они прекрасно видели и слышали все, происходящее между принцем Дэниэлем и Кэтрин Брайтон.

Золотистые локоны Кэтрин совсем растрепались от того, что ее почти все время держали в объятиях, но девушка не способна была думать сейчас о прическе. Она взволнованно смотрела в глаза чайного цвета и шептала:

— Дэниэль, неужели наше счастье возможно? Разве принцу когда-нибудь разрешат жениться на бедной фрейлине?

— Конечно, разрешат, любовь моя! — принц ответил девушке не сразу, сначала он, в который раз, поцеловал ее. — Нам повезло, нам очень повезло, Кэтрин! Я приглашу тебя на Лунный Вальс, и все увидят, как мы любим друг друга! И поймут, что ни одна принцесса в мире не может быть моей невестой, никто кроме тебя, моя Кэти!

— Но если тебе не разрешат пригласить меня на Вальс, Дэниэль, если тебе прикажут пригласить другую девушку, более достойную?

Принц даже отстранился от маленькой фрейлины после такого вопроса. Эвелина не видела в темноте, но была уверена, что Дэниэль сейчас расправил плечи и нахмурил брови, стараясь выглядеть грозно и неустрашимо.

— Пусть только посмеют меня заставить! — гордо заявил принц своей избраннице. — Я буду танцевать Лунный Вальс только с тобой, Кэти, и ни с кем другим, ты веришь мне?

Эвелина улыбнулась тому, как нарочито сурово говорит молодой принц и весело взглянула на Эрнеста — разделит ли он ее улыбку. Графиня удивилась, увидев с каким отстраненным и холодно задумчивым выражением лица герцог слушает разговор влюбленных. Рядом с Эвелиной сейчас стоял не веселый кавалер Эрни, с которым она только что ужинала, а строгий первый министр короля Эрнест Берштейн. Непонятная тревога захватила сердце графини, и она отвернулась, не желая поддаваться дурным предчувствиям.

А влюбленные продолжали шептаться и целоваться. Кэтрин волновалась, узнает ли ее принц, когда все девушки наденут маски. И Дэниэль, смеясь, отвечал:

— Любовь моя, я всегда узнаю тебя по золоту твоих волос! Ни у одной девушки нет таких солнечных локонов, как у тебя!

Кэти счастливо улыбалась, и они опять целовались, и опять новые сомнения волновали девушку, а Дэниэль убеждал ее в том, что все ее переживания напрасны. Наконец. принц достал из кармана что-то маленькое, сверкнувшее сиреневой искрой в темноте зала, и сказал Кэтрин:

— Любовь моя, я хотел вручить тебе это колечко после Лунного Вальса, как знак нашей помолвки. Но ты так переживаешь, узнаю ли я тебя, что, пожалуй, лучше будет отдать его сейчас.

Смотри, Кэтрин, это колечко — единственное в мире, нигде больше не найдешь такого! Я сам придумал, как оно должно выглядеть, и объяснил ювелиру. А он подобрал подходящий камень — очень редкий, сиреневый сапфир — и сделал кольцо по моему эскизу.

Ты будешь в платье сиреневых тонов, я знаю. Все юные фрейлины шьют сейчас сиреневые платья, потому что принц будет в костюме такого же цвета.

Дэниэль рассмеялся, и Кэтрин подхватила его смех. Обычай королевской семьи каждый Лунный Бал проводить в нарядах цвета одной из лун Армании, был известен всем без исключения. И как только наследный принц выбрал ткань для своего костюма, новость о цвете ткани разлетелась с небывалой скоростью. Все девушки на выданье, не имеющие женихов, шили платья разных оттенков сиреневого, в надежде составить пару наследнику престола, если не в Лунном Вальсе, то в любом другом танце.

— Это правда, Дэн, — весело подтвердила Кэтрин, — я буду в сиреневом, и все мои приятельницы фрейлины тоже. И как же ты найдешь меня среди них?

— Колечко, — не менее весело ответил Дэниэль, — ты наденешь его на Бал, и если вдруг случится невероятное — я не сумею узнать тебя под маской, кольцо подскажет мне, где прячется моя Кэти..

Влюбленные опять поцеловались и, пожалуй, долго продолжали бы в том же духе, но неожиданный скрип половицы прервал их.

— Здесь кто-то есть, — испуганно сказала фрейлина. Но принц только отмахнулся — он уже ничего и никого не боялся. Кольцо с сиреневым камнем крепко сидело на пальчике Кэти, до Бала оставалось всего три дня, а в том, что Лунный Цветок благословит их любовь, Дэниэль был уверен.