Чтение онлайн

1 июня 1191 г. весь остров был в руках Ричарда. Вслед за Сицилией и Кипр теперь сделал вклад в кошель короля. Помимо добычи и конфискованной собственности, Ричард обложил киприотов 50-процентной податью на нужды крестового похода. В качестве курьеза можно указать на то, что Ричард предложил киприотам сбрить бороды. Взамен он подтвердил местные законы и обязался их защищать. Оставив Роберта Торнема и Ричарда Канвилла управлять островом, 5 июня король отправился на завоевание Гроба Господня. Завоевание Кипра было хорошо спланированной и проведенной операцией.

Не имея возможности держать на острове гарнизоны, Ричард продал его тамплиерам за 100 тысяч безантов, причем орден внес только задаток в 40 тысяч. Тамплиеры обложили местное население высоким налогом, чтобы поскорее расплатиться с Ричардом. После восстания киприотов на Пасху 1192 г. сделка показалась тамплиерам невыгодной. Как раз в это время остался без престола Ги де Лузиньян. Ричард предложил ему перекупить остров. Взяв ссуду, он заплатил тамплиерам 40 тысяч безантов, оставшись должным Ричарду 60 тысяч. Покидая Палестину, право получения долга Ричард передал регенту Иерусалимского королевства, племяннику Генриху Шампанскому. После брака брата и наследника Ги — Амори де Лузиньяна со вдовой Генриха, королевой Изабеллой, в 1197 г. остров оказался во владении Лузиньянов.

Отправившись из Кипра, первую остановку на Святой Земле Ричард сделал у крепости госпитальеров Маргат (Маркаб). С магистром ордена Гарнье де Наблю еще со времени коронации Ричарда связывали дружеские отношения. Оставив Исаака Комнина в крепости, Ричард отправился под парусами далее на юг. В море галеры Ричарда встретили большой корабль под флагом короля Франции, стоявший из-за безветрия. Корабль оказался сарацинским, идущим из Бейрута в Акру с грузом продовольствия, оружия и с пополнением из 800 отборных солдат. Высота громадного корабля не позволяла галерам взять корабль на абордаж.

Большая галера, пытавшаяся это сделать и ставшая с кораблем бок о бок, была, согласно сообщению мусульманского хрониста Баха ад-Дина, сожжена «греческим огнем». Английская хроника «Описание паломничества и деяний короля Ричарда» рассказывает: «…он [король] отдал приказ, чтобы все галеры таранили корабль своей шпорой, так назывался таран, обшитый железом на носу [продолжение киля под форштевнем]. Галеры на веслах отошли назад и затем, сильно ударяя веслами, устремились вперед, чтобы вонзиться [таранами] в борта корабля. Корабль был пробит, и вскоре через отверстие хлынула вода, и корабль начал тонуть. Чтобы избежать смерти на корабле, турки [мусульмане] прыгали в море. Несмотря на это, они погибли, так как наши люди набросились на них с веслами, одних убили, а других утопили. Король приказал, однако, тридцать пять оставить в живых, эмиров и тех, кто разбирался в строительстве осадных машин. Все остальные погибли, и их оружие пропало; змеи попали в воду и были унесены волнами» (вместе с кораблем погибли 200 ядовитых змей, которых собирались тайно выпустить в христианский лагерь). 7 июня король прибыл к Тиру. В город Конрад его не пустил, и заночевать пришлось в палатках у берега моря.

Наконец, 8 июня 1191 г., на 25 кораблях (Филипп — на 6) Ричард прибыл под Акру и был встречен крестоносцами с великим подъемом чувств. Часть флота уже ждала его у Акры, а часть еще должна была подойти. Пир продолжался далеко за полночь. Паломники жарили на кострах мясо и пили вино, привезенные Ричардом, ходили по лагерю факельными шествиями и пели гимны и песни. Угрюмо и с тайной неуверенностью смотрели на все это мусульмане со стен Акры и с холмов, окружавших лагерь.

С прибытием Филиппа, а затем Ричарда оживилась боевая деятельность христиан под Акрой. В то же время войска Салах ад-Дина, уставшие от непрерывной четырехлетней войны, роптали и бунтовали. Проблема непрерывной войны и содержания постоянной армии до сих пор вообще была незнакома исламским правителям. Кроме того, Салах ад-Дину не хватало денежных средств. Имад ад-Дин приводит слова Салах ад-Дина из одного его письма: «Где люди, желающие выполнить долг священной войны? Где люди, руководимые правдой? Где мусульмане? Жестокая ошибка, нет больше истинных мусульман…». Узнав о предстоящем прибытии французского и английского королей, Салах ад-Дин провел большую мобилизацию. Во всех мечетях имамы и муллы призывали народ к священной войне: «Походы ваши против неверных, опасности, раны и даже просто переход через поток — все будет записано в книге у Аллаха».

Филипп и герцог Бургундский привезли с собой осадные метательные машины, катапульты и баллисты. Самая большая катапульта носила имя «Злая соседка», передвижная лестница с захватом наверху — «Кошка». На средства тамплиеров и госпитальеров, а также на общие средства крестоносцев были построены еще несколько машин. Одна из них называлась «Божья катапульта». Было построено также несколько таранов. Ричард присоединил свои осадные машины к этим машинам. Из привезенного дерева была собрана многоэтажная башня, получившая вновь свое сицилийское имя «Матегрифон». Умерший в лагере за неделю до прибытия Ричарда Филипп, граф Фландрский, завещал английскому королю свои осадные машины. Усилились также и подрывные работы минеров. Флот Ричарда надежно блокировал Акру с моря.

Хронисты, державшие сторону Филиппа, впоследствии утверждали, что только учтивость не позволила французскому королю овладеть Акрой до прибытия Ричарда. Он якобы специально его ждал, чтобы разделить триумф. На самом деле это было не так. Филиппу просто не хватало сил. Как только Филипп пытался штурмовать Акру, Салах ад-Дин атаковал лагерь, срывая таким образом штурм. С прибытием Ричарда сил стало достаточно. Однако сразу началось соперничество между королями. Филипп не хотел расставаться с ролью командующего, к которой привык за два месяца. Ричарда же не устраивала отведенная ему Филиппом роль вассала, помощника и плательщика. Боевые опыт и слава и имеющиеся в наличии люди и средства явно ставили его на первое место.

С прибытием Ричарда Филипп назначил общий штурм. Ричард отказался в нем участвовать, утверждая, что не получил еще всего снаряжения. Штурм был отбит, а при отражении нападения Салах ад-Дина на лагерь отличился Жофруа де Лузиньян. Короли договорились на будущее: если один штурмует город, другой остается отбивать нападение Салах ад-Дина. Лагерь разделился на сторонников Филиппа и на сторонников Ричарда. К числу первых относились немцы, Конрад Монферратский и генуэзцы, к числу вторых — пизанцы. Хотя оба рыцарских ордена, тамплиеры и госпитальеры, соблюдали нейтралитет, с гораздо большей симпатией они относились к Ричарду.

После прибытия Ричарда Конрад посчитал для себя опасным оставаться в лагере. Филиппу с трудом удалось переубедить его. Ричард немедленно предложил каждому рыцарю, желающему служить у него, месячное жалованье в четыре безанта, узнав, что Филипп предложил три. Когда ночью осажденные сожгли оставленные без охраны осадные машины Филиппа, тот обвинил в этом Ричарда, который якобы переманил у него людей. После того как оставшийся без средств Генрих Шампанский обратился за помощью к Филиппу и получил отказ, он перешел на сторону короля Англии, щедро наделившего племянника всем необходимым. При этом Ричард внимательно следил, чтобы люди, получавшие у него жалованье, не выполняли приказов Филиппа. Испытывавший во всем нужду Филипп потребовал, согласно договору в Везле, половину кипрской добычи. Ричард отвечал, что, по его представлениям, договор касался добычи, отнятой у мусульман, но что он не против, если в свою очередь Филипп отдаст ему половину наследства умершего графа Фландрского. После смерти графа графство Артуа должно было перейти к королю Филиппу как наследство принцу Людовику от матери, племянницы графа Филиппа.

Узнав про переговоры Филиппа с Салах ад-Дином, Ричард сам неоднократно пытался начать с ним диалог. Получив отказ, Ричард начал переговоры с братом Салах ад-Дина, Саиф ад-Дином аль-Адилом. Постепенно между ними возникло что-то напоминавшее дружбу. Аль-Адил даже стал посредником при переговорах Ричарда с Салах ад-Дином. Взаимный обмен делегациями и подарками открывал дорогу будущим мирным переговорам, а также способствовал шпионажу. Все это, общепринятое на Востоке, вызывало неприятие и подозрение в измене в среде ревностных христиан-европейцев.

Вскоре после прибытия Ричарда оба короля тяжело заболели «арнольдией», сначала Ричард, а затем и Филипп. Немного поправившись, Ричард приказал выносить себя на носилках на передовую линию. Там он руководил стрельбой метательных машин. Положение Акры становилось все хуже. Работа таранов и подрывников-копальщиков приносила плоды. Обрушивались целые участки стен. С неутомимой энергией осажденные восстанавливали укрепления и отбивали атаки, но обеими сторонами уже ощущалась неизбежность падения города. Начались переговоры о сдаче города.