Чтение онлайн

Первой опомнилась девушка и, едва дочитав последние строки, тут же метнулась к ящику для сиденья, внутри которого хранились Николкины документы, деньги и личные вещи.

— Быстрей! Быстрей! Что ты стоишь как столб? Каждая минута дорога! — торопила она Николку.

Наконец и он вышел из оцепенения и стал лихорадочно одеваться. Не разбирая, сгреб все свои вещи в котомку. Когда все уже было готово, и вся троица спустилась вниз, Фролка вдруг вспомнил:

— Я же с кухни вам чеснок захватил, надо подошвы натереть, чтобы собака след не взяла.

— Молодец! — похвалил Николка и доверительно положил ему руку на плечо и пристально взглянул парню в глаза. — А теперь запомни и передай инженеру, что я его буду ждать в отцовском карьере в полночь. Наталка знает, где это.

— Да и я знаю. — пробормотал Фролка, у которого все млело внутри: в первый раз в жизни с ним так тепло и доверительно говорили. И мальчик решил перенести любую муку, но не предать своих друзей.

— Вот и ладно! — продолжил Николка, которому некогда было наблюдать за движениями Фролкиной души. — Наталка домой идет одна, а ты уничтожь все следы моего пребывания здесь. Шалаш теперь твой и сделай так, чтобы нашли в нем именно тебя.

— Хорошо. — сказал Фролка и отвернулся, чтобы не видеть прощальные поцелуи влюбленных.

После прощания Николай быстро натер чесноком подошвы сапог и направился в сторону лесной чащи.

— Мы встретимся! — крикнула ему вдогонку Наталка.

— Встретимся! Обязательно встретимся! — прозвучало в ответ.

Почти сутки проспал Сенька после плена. Хоть и не было над ним никаких особых издевательств и избиений, однако сказалось четырехдневное сидение на привязи. Проспавшись, потребовалось утолить сильнейший голод. Сенька посетил располагавшуюся неподалеку ресторацию, заказал себе обильный обед и стал размышлять о мести.

Вернуться в Васильевку и пустить слух о непотребном поведении своих бывших друзей? Мелко! И ненадежно. Слух-то — вещь обоюдоострая, и еще неизвестно как все может обернуться. Вдруг односельчане его самого на смех поднимут? Тем более он подозревал, что его приятелям глубоко начихать на мнение сельчан, после всего, что они проделали, путь домой им пока все равно заказан.

В полицию однозначно заявлять глупо. Если они не смогли отыскать Николку у себя под носом, то с чего бы проявят рвение, когда он далеко. А в том, что его обидчиков уже и след простыл, он был уверен. Да и где теперь их найти? Необъятна Россия, много по ее просторам разного люда шатается: коммерсанты да нищие, революционеры да аферисты всех мастей. Попробуй сыскать нужного человека! Они могли двинуться по железке, могли уплыть по воде, да и пешком далеко уйти можно. Нет! В полицию обращаться дело безнадежное! Тем более, что у самого рыльце в пушку, вдруг проявят служебную расторопность и начнут копать в мутной истории с дракой.

Остается одно — искать лихих людей. Те, что сами не в ладах с законом. Тех, что если им потребно, иголку в стогу сена найдут, а уж человека в России отыскать им раз плюнуть.

Дожевывая десерт, Арсений, наконец, допетрил — вот оно, решение — найдено!

Но тут же обнаружились два, если не препятствия, то обстоятельства, осложняющих дело. Где их искать, нужных людей? Тать [41] объявление с перечнем услуг в газете не размещает, и на базаре с плакатом не стоит. Все, кого Сенька знал — так, хулиганье, мелюзга, горчичники, как и он. Конечно, в их среде иные особи кичились реальными связями с представителями городского дна, дельцами преступного мира. Однако он сильно подозревал, что это все — пустое бахвальство, не более, чем стремление повысить свой авторитет. Хотя, конечно, следовало проверить и не отметать этот способ выйти на нужных людей. А еще, Яценюк сильно подозревал, что бандитский мир — не благотворительная организация, и задаром пальцем не пошевелят, не то, что гоняться за беглецами по всей России. Значит, их нужно заинтересовать, и лучше всего — денежными знаками и звонкой монетой. А вот как это сделать при отсутствии вышеназванного, Сенька решительно никак не мог придумать.

Поэтому в отвратительнейшем настроении юноша допил остывший кофей, бросил деньги на стол и уже собрался уходить, как вдруг его осенило. Ладно, Глаша и ее звероподобный дроля, да и Колян — отрезанные ломти, их ничего не держит, иное дело — Наталка. Она не порывала с семьей, в этом ей нет резона. Поэтому после всех выкрутасов в губернском городе С., она как невинная овечка, вполне могла спокойно отправиться под отчую крышу. За размышлениями парень не заметил, как вышел из ресторации и пошел по бульвару. Ноги машинально направили его в сторону Стурковского сада. Значит, продолжал он мерковать, прикинулась, сучка, паинькой и живет себе в Васильевке, в барской усадьбе. Как пить дать, ее кавалер где-нибудь поблизости ошивается. Значит, Наталку и Николку можно будет достать. Сам он, конечно, связываться с бывшим дружком побаивался, слишком памятны были тумаки его огромных лап. Но вот не боящимся ни черта, ни бога ребяткам из городских притонов сие по силам. Плохого настроения, как ни бывало, в мыслях Сенька уже видел Николку в кандалах, а его подружку — в своих объятиях. От предвкушения столь сладкой мести он аж руки потирал от удовольствия.

По мере того, как ноги его сами вели с парку, в голове стал складываться план. Прежде всего, надо найти контакты нужных людей. А уж они-то и выполнят всю грязную работу. Коляна, его злейшего врага, убивать не стоило, достаточно изувечить и выведать местонахождение этой шлюхи, Глаши. В том, что пыточных дел мастера среди воровского люда найдутся, Сенька не сомневался. Потом, гада можно будет сдать полиции. То-то они рады будут! Наташку он возьмет себе — это желание обладать недоступным сжигало всю его душу — но возьмет ненадолго. Надо дать и исполнителям полакомиться — отведать свежего молодого мяса. Нет большего унижения для молоденькой девицы, чем надругательство над ее телом, значит, нет и лучшего удовольствия для Сеньки, упивающегося жаждой мести. А там, дай бог, и Глашу достать можно. Само собой решался вопрос и оплатой, много в усадьбе Воиновых не возьмешь, но коллекция оружия цены, говорят, необыкновенной. О том, какая судьба ждет Наталкиных родителей и остальных домочадцев усадьбы, Сенька старался не думать, как карта ляжет.

По мере приближения к Струковскому саду, намерения Сеньки изменились. Было еще рановато и всегдашняя компания горчишников еще не собралась, поэтому негодяй подумал, что нелишне нанести визит Клавдии Игоревне Воиновой, дабы проверить свои догадки. Не доходя до своей первоначальной цели путешествия, он решительно свернул и направился в иную сторону. К дому Воиновой он подходил не без опаски, а вдруг Натали рассказала все старой мымре? Да, нет! Не может она поведать о столь интимных вещах, даже несмотря на близость внучки к бабушке.

К великой досаде Сеньки, Клавдия собиралась уходить и запирала дом.

— Здравствуйте, Клавдия Игоревна! — с величайшей любезностью издали окликнул он пожилую даму. — А я к Вам! Не уделите мне одну минутку?

Клавдия обернулась и близоруко посмотрела на подходящего к ней юношу. При этом Арсений сделал попытку припасть к руке дамы, но старая нигилистка с негодованием отдернула руку. «Старая Карга!» — с досадой подумал он.

— Давненько ты у нас не бывал. Что так? — из вежливости спросила Клавдия.

— Дела, дела: учеба, экзамены. — Сенька был сама любезность. — Ксения Игоревна, а не подскажете, где сейчас Наталка, давно ее не видел, соскучился.

— Как где? — удивилась дама. — В родительском доме, конечно, экзамены-то уже кончились. Вот и разъехались все по домам, один ты, шаромыжник, без дела по городу шлешься.

— Зачем сразу шаромыжник? — изобразил он попытку обидеться. Главного он уже достиг, и его догадка блестяще подтвердилась. — Занят был, а на днях тоже домой поеду, там с Наталкой и увидимся. Прощевайте, госпожа Воинова!