Чтение онлайн

На крейсерскую войну сделало ставку в начале XIX столетия и самое молодое государство просвещенного мира – Соединенные Северо-Американские штаты (именно так писалось название этой страны в те годы). Когда Европа увязла в войнах с наполеоновской Францией, Америка воспользовалась тем, что британский флот надолго провалился в противостояние с французами, и выпустила на просторы Атлантики своих рейдеров. И житья от них не стало в море – на какое-то время. Но как только британскому флоту развязало руки падение Наполеона, англичане предприняли против САСШ великий поход главными силами флота, и даже сожгли город Вашингтон.

Однако в ходе войны Гражданской войны Севера и Юга по поводу отмены рабства чернокожих концепция крейсерской войны пережила второе рождение. Южане-конфедераты, не имея серьезных линейных сил, выпустили на коммуникации Северян свои парусно-паровые фрегаты и корветы. И загремели по миру имена «Алабамы», «Флориды», «Самтера»… Южные рейдеры захватили и утопили более 200 торговых судов и военных транспортов северян, о каждой успешной операции писали газеты. Но 200 кораблей – это всего-то около 5 % численности коммерческого и транспортного флота Северных штатов. Для того чтобы снабжение войск и гражданская торговля не слишком пострадали, оставшегося на плаву состава вполне хватило. А самую результативную из южан – «Алабаму» – в конце концов, поймал корабль регулярного флота «Кирсардж». Так что громкую славу рейдеры-южане снискали, а вот практическим результатом похвастаться не могли бы… Как говорил выдающийся теоретик морской войны А. Т. Мэхен, «…даже успешный рейдер перед лицом мощного линейного флота больше прячется, чем охотится, и, нанося ущерб, без сопровождения других факторов негативного воздействия, больше злит и раздражает, нежели ослабляет противника».

События Гражданской войны в Америке сыграли определенную роль и в формировании российской военно-морской концепции, постепенно склонявшейся к развитию рейдерских сил. В 1863 году англичане поддержали польское вооруженное восстание – любое ослабление России Англию вполне устраивало. В качестве ответной меры управляющий Морским министерством России адмирал Н. К. Краббе предложил учинить «Американскую экспедицию» – направить в Америку две эскадры парусно-паровых фрегатов и корветов. Мол, корабли окажут моральную поддержку сражающемуся Северу, как легитимной власти САСШ, а в случае открытого вооруженного конфликта России и Великобритании тут же рассредоточатся по английским коммуникациям и начнут истреблять британский торговый и транспортный флот…

Несмотря на всю британскую военно-морскую мощь, на лордов Адмиралейства и купцов Сити явление в Нью-Йорке и Сан-Франциско двух хорошо организованных русских рейдерских эскадр должное впечатление произвело – война России с Англией так и не состоялась. Тщательно сколачиваемая Великобританией антирусская коалиция развалилась, а сами англичане стали вести себя по отношению к нашей стране значительно более спокойно.

Результатом североамериканской экспедиции стала сложившаяся в России весьма своеобразная тенденция развития военного флота. На Балтике и в Черном море господствовала линейная стратегия, обеспечивающая более или менее надежную оборону этих локальных театров, но не дававшая ни шанса на равную конкуренцию с теми же англичанами. А на Дальнем Востоке образовалась «экологическая ниша» для регулярно сменяющих друг друга броненосных фрегатов и корветов, которые, в случае чего, начнут тревожить колониальные коммуникации противника…

Такая ситуация существовала со второй половины 1860 годов – и вплоть до принятия российской кораблестроительной программы 1881 года. До того момента, когда было решено развивать полноценную боевую эскадру с линейной колонной и на Дальнем Востоке, не упуская при этом возможностей борьбы на коммуникациях.

Задачи линейного корабля (он же эскадренный броненосец) довольно просты и понятны. Хороший представитель главных сил флота должен иметь возможность уничтожить себе подобные корабли неприятельского флота, действуя в составе многочисленной эскадры. Поэтому и ценится в них мощь орудийного залпа, способность маневрировать слаженно с соседями по строю, боевая устойчивость и живучесть. Первое обеспечивается наличием крупнокалиберной артиллерии и умением ею правильно пользоваться. Второе – надежными и выносливыми паровыми ходовыми системами. Третье – толстой броней и рациональным делением корпуса на водонепроницаемые отсеки.

А вот каким должен быть хороший крейсер?.. Это напрямую зависит от того, чем он конкретно будет в море заниматься.

Если крейсер служит при линейной эскадре, на него, как правило, возлагаются функции разведки, в том числе – боем, и различные операции авангардного и арьергардного характера. Например, связывание боем кораблей неприятеля до подхода главных сил, преследование тех, кто пытается уклониться от баталии, фланговые охваты, прикрытие артогнем легких сил в атаке или главных сил при отступлении.

А если крейсер рассматривается, прежде всего, как самостоятельная боевая единица, занятая пресечением дальних морских коммуникаций противника, значит, он будет преследовать неприятельские транспортные суда, останавливать их и при необходимости – топить, бороться с охраной конвоев, нейтрализовывать береговую охрану при набеговых операциях. И при всем этом избегать контактов с главными силами, с которыми он не может конкурировать по составу вооружения и мощности защиты.

Такое разнообразие функций диктует весьма противоречивые технические качества. Например, разведчику стоило бы уметь быстро бегать, резко маневрировать и маскироваться на фоне морского горизонта. Значит, ни крупными по водоизмещению, ни высокобортными строить разведчиков нельзя, да и много брони у них тоже быть не должно, чтобы не было тяжело двигаться. А фланговый охват строя главных сил или удержание чужой линейной колонны в боевом взаимодействии до подхода своих броненосцев диктует необходимость оснащения крейсеров крупнокалиберной артиллерией. И броней, и достаточно мощной, чтобы хотя бы некоторое время оставаться живыми в присутствии на поле боя вражеских броненосцев. Вот вам первая проблема: у эскадренного крейсера должны быть одновременно высокая скорость, компактные размеры, мощная скорострельная артиллерия и крепкая броня. А так, увы, не бывает, особенно, при ограниченном водоизмещении: законы физики пока ни одному императору отменить не удавалось…

Рейдер должен уметь догнать любой транспортный пароход, даже если ему попадется в качестве жертвы призер «Голубой ленты Атлантики», и сбежать от любого представителя конвойной охраны, если он окажется сильнее. Топить жертву надо быстро – значит, оружие должно быть скорострельным и достаточно мощным, чтобы не тратить лишнего времени на расправу с крупной мишенью. И торпеды придется носить. И постановочные мины – для диверсионной деятельности. А еще рейдер должен легко переносить длительные экспедиции в отрыве от привычных мест базирования, уверенно выдерживать океанские шторма, стрелять на качке, в качестве топлива потреблять какой попало уголь (где вы кардиф найдете, скажем, на отдаленных колониальных островах?..) и неочищенную котельную воду.

Высокие мореходные качества, длительность автономного плавания и ходовая выносливость предусматривают высокобортность, полноту обводов в оконечностях, объемные бункера для топлива и прочих расходных запасов. А это рост водоизмещения и увеличение заметности корабля в море. С небронированным рейдером легко справится конвойная охрана – значит, защиту тоже придется ставить. И она не должна быть тяжелой, а то сведутся на нет ходовые и маневренные характеристики, пострадает выносливость и мореходность. Снова сплошные противоречия!

Идеальный крейсер должен быть полифункционален. Пригоден и в эскадренной разведке служить, и свободной охотой на коммуникациях заниматься. Но таких не бывает… Поэтому адмиралы и конструкторы конца XIX века искали хоть какой-то компромисс, а в крейсерском ранге боевых кораблей складывалась сложноразветвленная внутренняя классификация по техническим и функциональным признакам. Из-за этого крейсера получались очень и очень разные – и по водоизмещению, и по составу вооружения, и по форме защиты, и по ходово-маневренным характеристикам.

К концу 1890-х годов в России сложились представления о трех основных функционально-конструктивных видах крейсеров.

Первый – дальние океанские броненосные крейсера-рейдеры. Крупные – водоизмещением 10–12 тысяч тонн, высокобортные, выносливые, вооруженные 203-миллиметровой главной артиллерией, расположенной в палубных установках и казематах – так, чтобы вести огонь равномерно по горизонту. К этому типу относились «Рюрик», «Россия» и «Громобой».

Второй – эскадренные броненосные крейсера с артиллерией в бронированных башнях. Не слишком скоростные, но хорошо защищенные. Первым и до поры единственным таким кораблем был «Адмирал Нахимов». Позже был разработан и заказан на французской верфи броненосный крейсер «Баян» водоизмещением 7800 тонн и с двумя башенными 203-миллиметровыми орудиями главного калибра. Главными недостатками «Баяна» можно считать недовооруженность (при таком водоизмещении можно и побольше восьмидюймовых пушек нести) и то, что до начала русско-японской войны был построен только один такой корабль. А эскадренные крейсера – на то и эскадренные, чтобы работать не в одиночку…