Крик воспоминаний
Шрифт:
— Идиотка! — не выдержал Алик. Эта девчонка не умела вести себя, чтобы не привлечь внимания. Ему тут же вспоминалось ее представление в столовой. Тогда она показала хорошую силу, но и слабый ум.
— Все вы, желтые, чокнутые, — буркнул парень.
Девчонка опять что-то ему ответила, но он не обратил внимания. Правду Мариан говорил о ней, пусть она и была красива собой.
Алик потряс головой и собирался пойти наверх, как заметил в проеме морду коня. Он смотрел в сторону парня, но точно его не замечал. Заинтересованный Алик подался к коню. Наверное, животное принадлежало той странной девчонке.
— Не думал, что такая взбалмошная сможет усмирить коня, — хмыкнул Алик и подошел ближе.
Лошадь была андалузской породы с длинной гривой. Конь стоял гордо, хоть и был в плохом состоянии.
— Вельможная порода, — подметил Алик и попытался погладить коня, но тот резко дернулся. — Где тебя только эта сумасшедшая отыскала?
Конь заржал и ткнул мордой в живот мальчишки. Алик отошел немного и начал наблюдать. Конь повернулся и посмотрел в окно. Мальчишка заметил на его гриве красную прядь. В голове тут же появилось предупреждение. Парень нервозно разглядывал коня.
— Кто ты? — перепугано спросил Алик, пытаясь подойти ближе к лошади. Руки начали дрожать, а мысли одни за другими кричать. — Ты… ты… проклят…
Мальчишка напугано вышел из стойла и быстро побежал к лестнице. Надо было разузнать у девчонки, где она этого коня нашла. Не сказать, что тот опасен, но это было очень странно. Последний раз проклинали десять лет назад, а этот выглядел молодым, или это просто показалось…
Алик поднялся на второй этаж и прошелся по коридору. Ро, к счастью, уже прилетел и сидел в углу с парой пузырями. Парень шустро к нему подбежал и осмотрел присланное.
— Почему так мало? — во второй раз пересчитал пузыри Алик, но все равно их было с гулькин нос.
Ворон по-людски развел крыльями. Мальчишка резко согнулся пополам. Перед глазами все начало кружиться, а живот скрутило так, что парню даже было тяжело сделать вдох.
— Ро, подай пузырь, — хрипло сказал Алик и постарался вытянуть руку.
Ворон взял в клюв первый, который попался, пузырь и протянул хозяину. Алик мертвой хваткой вцепился в жидкость и одним движением убрал пробку. Он жадно выпил все до дна и сел на пол. Парень спокойно вздохнул и закрыл глаза.
Все восстанавливалось.
Все проходит.
Все будет хорошо.
2
Крики не прекращались.
Весь замок слышал, как в огромной зале заседали зазывные колдуны со всего королевства. Несмотря на массивность и ширину стен, голоса совета отскакивали от них, начиная блуждать по замку.
Сама зала подразумевала под собой круглое помещение, стены которого сужались вверху, создавая купол. Он был покрыт мозаикой, рассказывая о старейшей битве между колдунами и эльфами, которые давно покинули этот мир.
Стол находился прямо под куполом. Только король сидел чуть поодаль в своем кресле. Оно было с высокой спинкой, которая заканчивалась удлинением, представляющего собою наводящую ужас морду баргеста. Глаза были суженные, а клыки грозно торчали. Геральт находился поблизости от Его Величества, чтобы в случае чего успеть нашептать пару нужных слов.
— Считайте, у вас есть мои люди, — говорил господин Найтл. — К тому же я зазову ближайшие города. Я рассчитываю на пару из них.
— Большинство моих людей ушли в горы, — объяснялся господин из северо-востока. — Я не смогу ничем помочь, но знайте, Ваше Величество, что в случае чего я попытаюсь найти выход.
Похожие реплики слышались часто. Все зазывные колдуны поддержали короля в войне. Гномы не явились, тем самым дав понять, что на их поддержку рассчитывать не стоило. Всадники с Небесных гор тоже не прилетели, прислав унижающее письмо королю.
Его Величество радо сидел, терпеливо слушая колдунов. Он старался скрыть свое ликование, которое сейчас било через край. Он словно предугадывал каждый шаг, обрекая его на помощь королю.
Внезапно внимание Его Величества привлекло движение в противоположной от него стороне залы. Он присмотрелся, а после, поняв, кто прибыл, недовольно вздохнул, ожидая неприятный разговор.
— Весьма грубо не пригласить меня на совет, — громко заговорила женщина. Все тут же обернулись к ней. На госпоже было черное платье, поверх которого был надет дорожный плащ. Стало ясно, что она проделала дальний путь, лишь бы попасть на собрание.
— Госпожа Магик, никто не имел желания оскорбить вас, — ответил за всех Геральт.
— Почему же? Госпожа Магик, вы не владеет тем, что могло бы послужить нам, — говорил король, не скрывая своего негодования. Он не любил эту колдунью и не имел к ней ни капли уважение, несмотря на всех остальных колдунов.
— Поэтому не решились вас побеспокоить, — добавил Геральт.
— Тогда я стану нежданным гостем, наплевав на ущемленную гордость, — заявила Арлеина, проходя ближе к столу. — Вам объявили войну.
— Нам, — поправил господин Найтл.
— Я верно высказалась, — госпожа Магик одарила мужчину грозным взглядом. — Что же вы намерены делать? Собрать армию и атаковать?
— Вы полагаете, нам следует отказаться от этой затеи. Чего тогда мы должны желать? — интересовался король, но его голос был полон презрения.
— Мира, — спокойно сказала Арлеина, облокотившись об стол. Она сделала паузу, чтобы акцентировать важность ее слов. — Вам стоит задуматься о мире. Но не через кровопролитие своих же людей.
— Вспомните писания Плита: «Хочешь мира — готовься к войне», — изрек господин, владеющий территориями на юго-западе.
— Госпожа Магик, мы сильнее Нисфильда. В наших руках преимущество, — оправдывался Геральт.
— Довольно, — прервала его Арлеина. — Неужели здесь до сих пор сидят колдуны, которые не поняли причину нападения? Угроза, — женщина сделала акцент на этом слове, проследив за реакцией каждого. — Мы для них угроза. Вы верно высказались, Геральт. Мы сильнее. Именно в этом Нисфильд видит угрозу. В этом состоит противоречие: они бы не объявили нам войну, зная, что слабее. Я бы рекомендовала вам отправиться к ним на переговоры и найти крысу, которая посмела заговорить без нашего разрешения.
— Будто это что-то даст! — возразил Его Величество. Он тут же напомнил Арлеине ее учеников своим детской уверенности и желанием стоять на своем. — Наверняка Нисфильд оберегает своего колдуна как зеницу ока.
— К тому же, каким бы не был он могущественным, пускай даже самим Эдуардом, ему придется воевать с дюжиной наших воинов, — добавил Геральт.
Внезапно Арлеина выровнялась. До нее, наконец, дошла главная суть сего собрания: это был спектакль, искусно поставленный Его Величеством. Все присутствующие прекрасно понимали, что происходило. Они осознавали, куда собирались отправить тысячи колдунов.