Чтение онлайн

6.

Мы уже разобрались, с точки зрения наивного реализма, как и с критической точки зрения идеализма, что феномен «божественного», есть всего на всего «вещь в себе», в классической интерпретации её восприятия, существующая в собственном парадоксе, вне нашего сознания (как учит нас религия и критический идеализм Канта) и только в нем, как созданный человеческим разумом концепт, непознаваемый и недосягаемый «создатель».

Теперь стоит посмотреть на проблематику религии, с точки зрения независимой от вечной борьбы идеала с материей философии, философии жизни. Основоположником подобного рода учений стал Артур Шопенгауэр, и его последователь, Фридрих Ницше. И именно глазами ницшеанства мы обратимся к картине теологии. Ницше, одним из первых стал говорить об естественном перерождении человеческого сознания, он стал требовать, чтобы человек превзошел самого себя, перепрыгнул через природу своего сознания, он стал говорить о зарождении независимых, так названных «свободных» умов. Они были свободны от всякого почитательства, от морали, по мнению Ницше, навязанной нам христианством, и признавали высшими только «нигилистические ценности»- одиночество, отречение, волю к власти, силу духа. Образцовым, ставшим примером становления «сверхчеловека» был Заратустра. Он не был принят обществом, как не был им принят и сам Ницше, он смеялся над всяким проявлением человеческой моральности. Всяким желанием человека создать себе богов. Заратустра и сообщил всем о том, что «Бог умер!», объявив его убийцей человечество.

Ницше всегда критически относился к религии, в особенности- к христианству. Он считал её пережитком темных людей, набожных дурачков, слабых и безвольных, считал величайшей ложью, направленной против человечества. Ложь о спасении, о суде, о грехе. Более того, в «Антихристе», Ницше дает понять, что для свободного ума не может существовать вещи абсурднее, противоречивее и забавнее, чем божество христиан: «-Не то отличает нас от других, что мы не находим Бога ни в истории, ни в природе, ни за природой, но то, что мы почитаемое за Бога чувствуем не как «божественное», но как жалкое, никчемное, вредное- не как заблуждение только, но как преступление перед жизнью мы отрицаем Бога как Бога… Если бы нам доказали этого Бога христиан, мы еще менее сумели бы поверить в него.»

Далее он приводит чисто материалистический довод против христианства: «Религия, которая, подобно христианству, не соприкасается с действительностью ни в одном пункте, которая падает тотчас, стоит только действительности предъявить свои права хоть в одном пункте, по справедливости должна быть смертельно враждебна мудрости мира, другими словами, науке… »- этим Ницше в очередной раз обращает наше внимание на непримиримость идеализма с объективным миром, таким каким его воспринимает наука, а значит, и материализм.

ГЛАВА 2.

ФЕЙЕРБАХ, КАК ГЕНИЙ АТЕИСТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

1.

Вклад Фейербаха в формирование современной материалистической тенденции нельзя охватить в одной книге и уж тем более, в объеме одной главы. Именно под его воздействием формировалось мировоззрение Карла Маркса и Фридриха Энгельса, именно благодаря ему, коммунистическая теория обзавелась прочнейшим идейным фундаментом, остовом которого послужили работы этого выдающегося философа. Среди его массивного литературного наследия, трудно обнаружить и пары строк, преисполненных раздражения, гнева или избытка праведной ярости, которыми так полна ницшеанская философия воинствующего атеизма. Фейербах выступает в роли учителя, вежливо разъясняющего материал непонимающим ученикам: он готов повторится, упрекнуть в наивности, стать на позицию оппонента чтобы затем, опровергнуть его точку зрения. Нельзя так же сказать что весь Фейербах таковой, среди его работ можно встретить и прямо таки провокационные тексты, обращенные к «ничего непонимающим дурачкам», но таковых столько, сколько должно быть.

Его атеизм обращен более к неверующим, нежели как к приверженцам той или иной религии, только к тем, кто действительно в состоянии понять и поучаствовать в анализе каждого теологического феномена, к независимым мыслителям и ученым.

Для Фейербаха, как и для всякого материалиста, природа первична, сознание же, есть продукт этой самой природы, продукт бытия. Через положение «природа- дух», он и дает прекрасную критику всякой религии, используя обобщенные знания не только философии, но также психологии, естествознания и истории. Во всех его теоретико-критических сочинениях в адрес теологии выступает четкое осознание причинности любого учения о божественном: во всем он предусматривает влияние самого человека на своих богов, с трансформацией самого человека, изменялись и его боги. «Если человек, наделенный волей и умом, возвышается над природой, становится супранатуралистом, то и бог становится сверхъестественным существом. Если человек становится властителем «рыб в море, птиц в поднебесье, скота и всей земли и всех пресмыкающихся на земле», то для него власть над природой оказывается высшим представлением, человек становится высшим существом; объектом его почитания, следовательно его религией, будет человек как творец природы, ибо неизбежным следствием или, скорее, предпосылкой владычества является творение…»- подчиняя природу своему гению, человек все же не становится её творцом, он, зная причины возникновения солнечного затмения, не может вызывать его самостоятельно в любое желаемое для себя время. Из подобного объективного силлогизма и вытекает логически верный вывод- «Бог есть таковой до того времени, покуда сам бог не исчерпывает самое себя»- покуда в этом боге нуждаются.

Исходя из этого, в очередной раз понятной становится извечная борьба церкви с научным прогрессом: когда человек превзойдет себя, когда он станет выше всяких богов, обнаружит в себе потенциал действительной власти над природой, ему неизбежно придется отказаться от бога-творца, ведь и ему отныне станут известны истинные причины сотворения мира, отныне бессмысленным будет кланяться богу, возможности которого ничем не отличны возможностям человека. В этом сокрыт великий страх лидеров передовых религиозных школ, так названных, теологических институтов- отказ от их богов, станет также прямым отказом и от их представителей на Земле, а значит, и отказом от их власти, от их влияния над общественностью. Свобода человека абсолютно невыгодна религии.

2.

Один священнослужитель сравнивал стремления атеистов конструктивно критиковать религию, со стремлением изучать фотографический снимок по его негативу- «Как можно объяснить отсутствие бога тем людям, которые ежедневно соприкасаются с ним на богослужениях, тем кто находит в нем утешение и поддержку? Вера в сверхъестественное необходима человеку, человеку свойственна определенная доля мистицизма»- на последнее утверждение стоит только молча развести руками, и сказать: «В этом и состоит ваша вера, господа, в стремлении убежать от реальности, скрыться в божественном, растворится в нем». Что касается критики людской веры

в богов, стоит отметить, что коли бы от этой веры была действительная польза для человечества о предметах к которым она обращена спорили бы лишь интеллектуалы от чисто полемической скуки; нам не обязательно подвергать действию наркотического препарата человека, чтобы вызвав у него зависимость от наркотика постановить его разрушающее действие. История не однократна говорила нам- «С вас достаточно этого наркотика!»- что точно можно сказать о религии, так это то, что объективный вред причиненный ею живущим, гораздо превышает ту пользу что она приносит после жизни: смерть, война, ложь, все это, приправленное долей «необходимого каждому человеку» мистицизма, есть суть ваша вера.

Если религиозные фанатики ссылаются на то, что атеисты не могут защищать свою точку зрения, и тем более делится ею, «проповедовать безбожие», по той простой причине, что они никогда не общались с богом, никогда не чувствовали его, не познали его, тогда почему мы не можем сославшись на прямое невежество религии, отрицающей естественное происхождение всего живого, запретить им наконец защищать и распространять себя?

Фейербах уже поднимал подобную тему в своих сочинениях, давая тонкую и в основе верную ратификацию: «Возникновение жизни необъяснимо и непонятно»; пусть будет так; но эта непонятность не дает тебе права для тех суеверных выводов, которые теология извлекает из пробелов человеческого знания; она не оправдывает твоих попыток выйти за пределы естественных причин, ибо ты можешь только сказать: я не могу объяснить жизнь из этих мне известных естественных явлений и причин или из них, каковыми я их знал доныне; но ты не имеешь права сказать: жизнь принципиально вообще необъяснима из природы – ведь ты не имеешь основания считать, что ты исчерпал океан природы до последней капли; ты не имеешь права допущением воображаемых существ объяснять необъяснимое; ты не имеешь права объяснением, не дающим никакого объяснения, обманывать и вводить в заблуждение себя и других; ты не имеешь права свое незнание естественных материальных причин превращать в небытие таких причин; ты не имеешь права обожествлять, персонифицировать, объективировать свое невежество в такое существо, которое должно преодолеть это невежество, но которое на самом деле только выражает сущность твоего невежества, отсутствие положительных, материальных основ для объяснения.»- действительно, мало того что церковь творила ложные «концепты нашего телесного и внетелесного бытия», убедив в верности этой лжи большую часть общества, страждущую часть, ибо таковых всегда преобладающее число, оно позволило распространить и породить ворох никчемных, пустых, порою даже смешных идей и теорий, которые, существуй они в другой обстановке, могли быть разве что, речами сумасшедшего.

Как следует из основного диалектического закона: жизнь, есть совокупность единства и борьбы противоположностей. Наряду с научным прогрессом, развитием мыслительных и чувственных функций человека, его эволюции, неизбежным стоит признать факт вечно идущего с ним в ногу «тормозом» этого прогресса, того, что карало его за этот прогресс, того, что проповедовало регресс и декадентство человечества- религию(и). Некоторым людям выгодно веровать в чудеса творения, божков и жизнь после жизни, причиной всему этому есть лишь страх, некомпетентность, нищета, одним словом- собственная никчемность. Подкрепляется это также слабостью человеческого духа, его нерешительностью, человек идет тем путем, который подразумевает меньше всего препятствий- в церковь.

3.

На что же дальше Фейербах обращает наше внимание?

«Взгляд, будто сама природа, мир вообще, вселенная имеет действительное начало, что, следовательно, некогда не было ни природы, ни мира, ни вселенной, есть убогий взгляд, который только тогда убеждает человека, когда его представление мира убого, ограниченно; это представление есть фантазия, бессмысленная и беспочвенная фантазия, будто некогда не было ничего действительного, ибо совокупность всей реальности, действительности и есть мир или природа. Все свойства или определения бога, превращающие его в предметное, действительное существо, представляют собой лишь отвлеченные от природы, природу предполагающие, природу выражающие свойства – такие свойства, которые исчезают, как только кончается природа. Правда, у тебя остается сущность, совокупность таких свойств, как бесконечность, сила, единство, необходимость, вечность, даже тогда, когда ты отвлекаешься от природы, когда ты отвергаешь ее существование в мыслях или воображении, то есть когда ты закрываешь свои глаза, изгоняешь из себя все определенные чувственные образы естественных предметов, следовательно, представляешь себе природу не чувственной (не конкретной, по выражению философов). Но эта сущность, остающаяся за вычетом всех чувственных свойств и явлений, есть не что иное, как отвлеченная сущность природы, или природа в абстракции, природа в мыслях. И в этом отношении твое выведение природы или мира из бога…»- все это понятно, воображаемые боги в угоду невежеству и неприязни церкви к естествознанию. Все это понятно, для материалиста: для него это действительный факт, факт существования планеты до появления на ней всего живого, факт существования вселенной до существования этой планеты и так далее; выступает такой же истиной, как для верующего фактическое существование его бога. Как известно, не так давно «нерушимой» истиной служило суждение о том, что Земля есть неподвижная планета, стоящая в центре вселенной и что вокруг нее двигаются все остальные космические тела. Таким образом, теологи «доказали» вмешательство бога в сотворение мира, по всем библейским канонам. В конце концов, под давлением научного прогресса от этого средневекового геоцентризма отказались, уж слишком губительно было для церкви такая необразованность. Тогда, почему же все упорно продолжают настаивать на участии бога в процесс генерации жизни на Земле? Не достаточно ли фактов, для доказательства того, что материя существовала всегда- она никогда не отсутствовала, а значит и не была сотворена.