Чтение онлайн

— А разве к нам не относится то же самое?.

— Все заинтересованные стороны знали, когда включали нас в свой состав, что внешняя политика Канады строится на модели Human Security163. Все знают, что мы не будем делать никаких различий между природным и рукотворным гуманитарным кризисом.

Тут она мрачно улыбнулась. Но не все здесь, возможно, действительно в это поверили.

— Почему было не напасть на нас, пока мы распространяли семена? Потому что, очевидно, кто-то в Урлии думает точно так же, как и мы. Противодействие раздаче семян означало бы попытку справиться с симптомом их проблемы — а именно нашим присутствием здесь. Что, в конечном счете, усилило бы нашу миссию. Нет, они явно знали, что у них есть способ, который может полностью вытеснить нас из страны — это обвинить иностранную коалицию. По городу ходят слухи, что во вспышке виноваты мы. Я уверена, что эти слухи возникли не сами по себе.

Соколоу кивнул:

— Свяжи вспышку с ГМ-продуктами, и сможешь дискредитировать вообще все усилия иностранцев. Какие бы местные интересы ни стояли за этим, они не просто хотели сорвать куш; они ищут долгосрочной власти.

— Добавьте к этому, что местные жители нам не доверяют, — продолжила Десаи. — Потом добавьте национальную и международную политическую ситуацию. Канада взяла на себя обязательство справиться с работой, и мы не можем позволить себе провалиться, но есть множество кровно заинтересованных именно в этом, и они только что в очередь еще не выстроились. Даже если мы выясним, кто вызвал вспышку, люди скажут, что мы лжем. У любителей теории заговора просто праздник начнется.

— Он уже начался.

Все повернулись. В дверях конференц-комнаты стоял запыхавшийся дежурный офицер. В руках у него был планшет, на экране которого Соколоу разглядел баннер популярного агрегатора новостей.

Впрочем, заголовок под баннером читался без труда:

ВО ВСПЫШКЕ В УРЛИИ ЗАМЕШАНА КАНАДА

В этой главе представлены перспективы появления в будущем хирургически имплантированных технологических средств, повышающих эффективность деятельности. Возможно ли будет в этом контексте снизить порог физических и мыслительных требований к новобранцам? Рассмотрите риски и возможности, к которым это может привести. Как такие встраиваемые технологии могут улучшить или ухудшить свое качество в результате тренировок или обучения? В какой степени технологический прогресс может разрешить усложнение мира будущего? Как и в какой степени он может его повысить?

По всей видимости, брифинг, описанный в этой главе, рисует первую встречу руководящего состава CHERT лицом к лицу. На встрече также присутствуют участники, не принадлежащие собственно к военному формированию, в том числе представители НПО. Рассмотрите риски, преимущества и возможности такого многостороннего участия. Например, может ли это способствовать или повредить развитию доверия между собравшимися различными заинтересованными сторонами?

Эта глава вводит нас в виртуальный мир Аэфории. Он описывается как место для облегчения сотрудничества по части гуманитарной деятельности в реальном мире — не лишенное сходства с многими из доступных на сегодня онлайн-инструментов для совместной работы. Как может мир виртуальных и невиртуальных государств и организаций повлиять на лояльность граждан? Как могут нации в обычном понимании, или традиционные (т. е. невиртуальные), взаимодействовать с нациями виртуальными? Может ли влияние виртуальных государств в конечном итоге затмить влияние традиционных физических национальных государств? Каковы последствия таких технологий для понятий суверенитета и идеи национального государства?

Возможно ли распространение виртуальных государств в мире 2040 года, учитывая современные темпы развития сетей и онлайн-сообществ? Как такие виртуальные нации могут взаимодействовать друг с другом? Могут ли конфликты в виртуальном мире зеркально отразиться в реальном мире? Как невиртуальные страны могут защитить себя от недружественных или злонамеренных виртуальных субъектов?

Как применение комплексного подхода к операциям может повлиять на поведение населения и его восприятие легитимности международного вмешательства?

Он-то думал, что это внутри ночного рынка невыносимая жара, но снаружи Соколоу ожидал шок. Свет ослеплял, а зной! зной! Спасибо, конечно, кондиционерам в военных машинах, но с ними он и близко не почувствовал, что за зной царит в городе. Осторожно пробираясь к черному асфальту парковки, он старался дышать неглубоко и все время щурился. Странное дело, но в памяти всплыла зима, проведенная в Эдмонтоне, и дурацкая прогулка в магазин на углу, куда он отправился вместе с друзьями. Было минус 40, и воздух, когда он вдыхал его мелкими глотками, обжигал. Когда он вернулся в дом и снял мгновенно запотевшие очки, с ними ушла полоска кожи над ухом: примерзла к дужке очков. Точно так же ощущался местный воздух — пусть по совершенно обратной причине.

К его планам посетить мирный совет Десаи отнеслась с энтузиазмом, но и деловито, поэтому, когда он преодолел жаровню парковочной площадки, его без вопросов пропустили через взрывозащитные заслоны и вокруг барьеров безопасности. На секунду вокруг него зависла настоящая тучка мини-БПЛА, обнюхивая и проверяя его биометрические данные, но затем все они ретировались.

«Мистер Соколоу!» Голос прозвучал безлико — сгенерирован компьютером.

Он вгляделся сквозь жаркое марево и увидел с другой стороны улицы потрепанный на вид грузовик. Одна из его фар была разбита, а длинная грузовая платформа забита ящиками. Водитель выставил свой телефон из окна, целя им в Брайана. Поскольку оба боковых окна были открыты, Соколоу пришлось заключить, что в грузовике нет кондиционера. «Просто замечательно». Чувствуя, как его рюкзачок все тяжелеет, он отправился к машине, которую обволакивали одуряющие миазмы дизельного выхлопа.

Водитель сказал что-то на пушту, и его смартфон мгновенно перевел164 слова на английский: «Добрый день. Я ваш водитель, меня прислал Азад».

Он мог быть абсолютно кем угодно, от напористого независимого таксиста до похитителя — если бы не вращающиеся зеленые метки, парящие в AR над его головой, которые идентифицировали его как гражданина Аэфории и подтверждали его контракт с Брайаном. На каждом углу стояли камеры муниципальной полиции, а высоко над головой каждое движение Соколоу отслеживали БПЛА коалиции, не говоря уже о том, что в его персональную нательную сеть был встроен сервис геолокации165.

Тем не менее он рефлекторно ознакомился с меткой водителя. Того звали Салим Намвар.

Соколоу забрался в машину и постарался не ляпнуть чего-нибудь наивного и претенциозного насчет того, что он уже уйму лет как не ездил в автомобиле, работающем на ископаемом топливе166. В машине было ужасающе шумно; подумав о тысячах крошечных взрывов, происходящих внутри металлической коробки перед ним, он не удержался и отодвинул ноги подальше от моторного отсека. Хотя на Западе уже несколько десятилетий как понемногу отвыкают от ископаемого топлива, здесь ему лучше к нему привыкнуть; здесь ископаемое топливо все еще широко использовалось — как и на большей части континента.

— Как вам этот прекрасный день? — спросил Намвар, когда грузовик отвалил от обочины и пустился в бетонные ущелья города. Ночной рынок, где расположилась CHERT, находился в складском районе, совсем новом — как и весь город, — но уже обросшем лачугами и хибарами. На улице плескалось людское море, в основном пешеходов, одевшихся в просторные белые одежды против палящего солнца. Сквозь этот людской прибой медленно проплывали скутеры, дешевые маршрутки, велосипеды, автомобили и роботы.

Он мельком взглянул на Намвара, потом пригляделся получше.

— Вы действительно ведете машину? 167

Намвар усмехнулся.

— Грузовик старый, — сказал он. — У него нет собственных мозгов. — Он опустил руку, чтобы вручную переключить передачу, а Соколоу зачарованно наблюдал за ним. У Брайана уже три года как была новая машина, с тех пор как он получил свою нынешнее назначение в дипломатический корпус в качестве эксперта по вопросам религиозных лидеров, но он ни разу реально не управлял ею — хотя у него и была такая возможность.