Чтение онлайн

— Кейз и Бокстер? — спросила она Татса.

— Летят. Алум — нет. Ты же знаешь, как Арбук любит повыпендириваться в полете. Он не хотел волноваться о том, что может скинуть Алума, когда будет делать сальто назад, — он вздохнул и покачал головой. — Странно остаться вот таким малым составом в городе. Особено, когда Смоляной с большей частью пленников отплыл.

Она прикоснулась к его руке: — По крайней мере мы будем вместе, — напомнила она ему.

Он не посмотрел на нее. Его глаза следили за Фенте. Драконица выбрала ярко-желтую амуницию и, как только Татс подогнал ее, отправила его восвояси. — Я бы хотел, чтобы мы оба отправились с ними.

К ним подошла Малта. Они молча наблюдали, как Рапскаль взобрался по ремням, свисавшим с упряжи Хеби, и занял свое место в седле с высокой спинкой, укрепленном между ее крыльев. Усевшись, он поднес к губам горн и протрубил несколько нот. — Теллатор, — проворчала Тимара себе под нос и отвела взгляд от Элдерлинга, похитившего мальчика, которого она знала. Хеби под ним подобралась и вместо того, чтобы как обычно тяжело взлететь, легко взмыла в воздух, унося его с собой.

В следующее мгновение Тимару и Татса обдало ветром, который подняли другие взлетавшие драконы. Она была оглушена звуком хлопающих крыльев, ее волосы разметались по лицу, запах драконьего мускуса ударил в нос. И так же внезапно они оказались стоящими посреди площади в тишине, глядя вслед уменьшающимся в небе драконам. Она сморгнула пыль, попавшую в глаза.

В тишине заговорила Малта. — Тинталья улетела и Рейн вместе с ней. — Малыш, которого она держала на руках захныкал и она безучастно погладила его. — Я никогда не представляла, как сложно будет смотреть, на то как они оба нас покидают. — Она крепче прижала к себе ребенка.

Тимара поняла ее невысказанную мысль. Сколько из них вернется и когда?

— Ох Фенте, будь осторожна, — прошептал Татс, глядя на свою удалявшуюся королеву. Он повернулся к Малте. — Я даже не знаю, как далеко отсюда находится Калсида и как долго они будут туда добираться.

Малта покачала головой. — Никто не знает, как долго дракон будет добираться куда бы то ни было. У них есть чистая вода, по крайней мере для начала путешествия. Драконы каждый день будут проводить какое-то время за охотой и спать каждую ночь, когда будет темно. Но в то же время, они будут двигаться напрямую, а не вдоль реки. Так что я и понятия не имею. — Она вздохнула. — Смоляной ушел сегодня утром, полный пассажиров и Тилламон вместе с ними.

— А почему Вы не поехали? — С любопытством спросил ее Татс.

Малта выглядела удивленной. — Теперь здесь мой дом. — Сказала она. — Кельсингра город Элдерлингов. Когда нибудь я съезжу в Трехог или в Удачный. Или может моя семья приедет сюда. Но Фрон вырастет здесь, среди таких же как он. Он никогда не будет носить вуаль. Наше место в Кельсингре. Теперь наш дом здесь.

— Мой тоже. — Согласился Татс, а Тимара кивнула.

Весеннее солнце сверкало вдалеке на шкуре драконов. Алум подбежал к ним. Они стояли на площади небольшой печальной компанией и смотрели как улетают драконы. Карсон прочистил горло. — Что ж, у нас есть работа. Судя по тому, что сказала Тимара, этот колодец может стать угрозой, если мы не придумаем как закрывать его, когда Серебро будет поднимется. И причал сам себя не построит. И корабли не вычистятся. — Он посмотрел в небо. — Нет смысла стоять тут, растрачивая светлое время суток. Чем быстрее мы начнем, тем быстрее закончим. А работа занимает ум.

— Там где Карсон, всегда найдется какая нибудь работа. — Пробормотал Татс и Тимара согласно улыбнулась.

Тимара ощущала странную робость, когда доставала их из чехла, в котором хранила. «Не очень-то они мне подходят. У меня слишком сильно когти торчат». При свете дня перчатки были зелеными. На них не осталось ни следа Серебра. «Они очень мягкие. И, думаю, могли быть сделаны специально для нее. Для Амаринды».

— Откуда они взяли шкуру дракона? — вслух задумался Харрикин.

Тимара молча покачала головой. Татс отважился предположить: — Это мог быть особый дар от умирающего дракона, может быть. Или, возможно, от дракона, на которого легла обязанность поглотить мертвого собрата.

— Не знаю. Может быть, однажды ответ будет найден в одном из камней памяти.
–

Тимару посетила более темная мысль. «Или ее могли содрать с павшего врага. С дракона, который пришел и попытался прорваться к колодцу, но был побежден».

— Ты искала ответ в колоннах Амаринды? — спросил ее Карсон.

Она поняла, что краснеет. — Нет. Из ее колонн я не узнала ничего о действии Серебра.

Те, кто остались, собрались вокруг колодца с Серебром, бывшие рабы так же, как и хранители. Рабы все еще держались своей группой, но начинали проявлять интерес к повседневным задачам хранителей. Карсон пытался до них донести, что если они хотят разделять с хранителями пищу, то должны разделять и работу. Тимара не была полностью уверена, что они поняли. Но все они стали выглядеть менее измученными и запуганными. Когда просили помочь, они помогали, но добровольно никто из них пока еще не вызывался. Они обсудили сохранение в тайне от рабов Серебра и рукавиц, но в конце концов решили не волноваться об этом. Кому они могли выдать тайны Кельсингры? — Знали бы мы, какие тайны на самом деле были, — кисло добавил Карсон.

Карсон в отсутствие драконов объявил, что им нужно придумать надежный люк для колодца с Серебром. Он и Харрикин прочесали холмы в поисках упавших деревьев, и им повезло найти крепкий дубовый ствол. Потрудились все — вырезали и обрабатывали деревянные плиты, которые и приспособили под крышку для колодца. Получился неровный прямоугольник, чуть шире колодца. В таком виде он мог уберечь от падения вниз, но не более того. Карсон уповал на то, что Тимаре удастся создать из него плотно пригнанный люк.

Перед ней на камнях мостовой ждало ведерко с поднятым из колодца Серебром. — Думаю, я просто надену перчатки, окуну руки в Серебро и тогда… — Она посмотрела на остальных. — Кто-нибудь хоть раз находил воспоминание о ком-то, работающим с Серебром? Видел их за работой?

— Я видел людей в Серебряных перчатках, которые еще сияли. Но я и вправду не видел, что они делали до этого. Они сидели на корточках у статуи, глядя на ее основание и переговариваясь, когда я проходил мимо. В воспоминании. — Добавил, будто в объяснение, Алум.

Тимара начала медленно опускать руку в перчатке.

— А что, если она протекает? — яростно спросил Татс. — Что, если Серебро просочится? Что, если в этом есть что-то, чего мы не поняли, что-то, что поранит или убьет ее?

Она терпеливо заговорила. — Я проверяла их. На воде. Ни капли не попало.

— Но в этом ведре не вода!

— Я знаю-. На ней сейчас были обе рукавицы. Она согнула руки и ощутила притяжение мягкой кожи на них. Только на мгновение, она посчитала, что на ее руках одета чужая кожа. Дракона, конечно, но он или она разве не думал и не говорил так же четко, как человек? Как бы она относилась к тому, что кто-то носил бы ее кожу как перчатки? Она уставилась на свои зеленые перчатки на мгновение, а затем покачала головой. — Я собираюсь попробовать-, сказала она, как будто кто-то из них сомневался.