Чтение онлайн

— Вы можете остаться здесь и прятаться от них. Но чем дольше вы станете ждать, прежде чем поставите их на место, тем больше сопротивления они окажут вам, когда вы все-таки решите, что пора постоять за себя. Они узнают о местах которые важны для нас: пляже гнездования и грязевых отмелях, которые мы должны использовать для того, чтобы строить коконы, необходимые для превращения змеи в дракона. Они найдут их и укрепят против нас. Вы хотите подождать пока вам придется сражаться за них? Подождать пока они придут и уничтожат наши гнезда и невылупившийся молодняк? — Ее цвета стали ярче и Синтара могла видеть, что заработали ее ядовитые железы.

— Наши хранители. Наши Элдерлинги. Если мы возьмем их в битву, другие люди попытаются убить и их тоже? — спокойно задал свой вопрос Меркор.

Казалось, Тинталью поразила глупость вопроса Меркора. — Конечно они попытаются! И скорее всего, в первую очередь, они станут стрелять по ним. Ваши Элдерлинги будут более уязвимы для их оружия, как и для нашего собственного яда. Наше нападение должно быть согласовано. Дракон одиночка нападающий на город, может делать это как ему вздумается. Но когда мы летим на войну вместе, мы должны учитывать ветер, и то, какие цели мы хотим разрушить, и то, как не позволить яду попасть на других драконов или их Элдерлингов. Так что если вы хотите взять в бой своих хранителей, вы должны заботиться о них, если хотите чтобы они выжили. — Она смолкла, как-будто задумавшись.

— Но они будут полезны в битве. Если вас застигнут на земле, они будут сражаться вместе с вами. Когда ваш взгляд сосредоточен на враге, они смогут следить за теми, кто находится сзади, и предостерегать вас. Они могут убивать только по одному за раз, но они полезны. — Она замолчала, а потом добавила: — Иногда милосерднее брать их с собой, чем оставлять в одиночестве. Если вы не вернетесь, они будут горевать, а потом все равно умрут. — Она подошла к колодцу с Серебром. Наклоняя голову чтобы попить, она сказала: — Это решение, которое должен принять каждый дракон.

— Они вылетают на рассвете, — сказал ей Лефтрин. Они с Элис опирались на перила Смоляного, пили чай и глядели на беспокойную воду. — И я думаю, нам тоже стоит отправиться завтра.

Она с удивлением посмотрела на него. — Завтра?

Он кивнул. — Дорогая, Рейн послал свою последнюю птицу, но такие новости нельзя доверять ее маленьким крыльям. И я не думаю, что она хорошо обучена: когда он выпустил ее, казалось что она полетела наугад. Нет. Когда драконы улетят, Смоляной тоже должен уйти. Драконы все повторяют, что это их дело, но Калсида вполне может воспринять это как нападение со стороны Удачного и Дождевых Чащоб. Мы должны отправиться в Кассарик и предупредить их, чтобы они могли передать эту новость дальше. Торговцы должны быть готовы ко всему, что может произойти.

Солнце садилось, завершая день, полностью изменивший привычный мир Элис. Вчера ее жизнь шла как обычно. По ночам Лефтрин снова был в ее объятиях, прекрасный город для изучения вокруг и целая жизнь заполненная важными делами впереди. А потом появился дракон Айсфир, такой какими драконы были когда-то. Он обвинил людей в вероломстве и его призывы к мести упали в плодородную почву. Она признавала, что что-то необходимо было предпринять, но пришла в ужас от того, как быстро драконы пришли к решению разрушить Калсиду. А ведь именно это они и собирались сделать. Они оба, и Элис, и Лефтрин полагали, что Тинталья уже внушила драконам, что война неизбежна, тогда как Рапскаль пытался взбаламутить хранителей.

А хранители! С каким жаром эти юнцы ухватились за возможность отправиться на войну. Они наперегонки побежали в арсенал, выбирать доспехи и боевые цвета и усердно трудились, восстанавливая древнее оружие. Сильве пришла к ней и стала упрашивать, прийти и помочь разобраться в драконьих доспехах и вооружении. Так она и сделала, вооружилась своими набросками древних фресок и использовала свои рисунки в качестве примера того, как в старину драконы экипировались для битв. Элис разрывалась между восторгом от того, что ее эскизы воплощались в жизнь, и отчаянием от того, что помогает юным Элдерлингам собраться в этот рискованный поход.

И убивать.

Она не понимала. Когда хранители стали способными на убийство? Они что, не понимали во что ввязываются? Ее собственные воспоминания о том как калсидийцы напали на Удачный всплывали в памяти. Она снова чувствовала вонь от сгоревших складов в те дни, которые последовали за разбойными нападениями и грабежами. Сестра ее матери и вся ее семья погибли во время первой атаки, их убили прямо в ночных рубашках, даже младшую девочку, ребенка трех лет от роду. Элис ездила вместе с матерью, чтобы забрать тела, отвезти на телеге к себе домой и обмыть их перед похоронами…

— Элис, ты согласна, что мы должны отправиться завтра? — Лефтрин взял ее за руку и нежно потянул, чтобы она посмотрела ему в глаза. Она задумалась и хранила молчание слишком долго. Он начинал волноваться, что она снова блуждает в воспоминаниях из камней. Она не станет говорить ему, что была в гораздо более мрачном месте.

— Драконы правы. Старая поговорка говорит правду: «рано или поздно, начнется война с Калсидой». Это все что они там умеют. И будет лучше, если мы нападем на них, чем если они снова придут к нам. Завтрашний отъезд это не проблема, дорогой. Мне почти нечего упаковывать. В последние дни я провожу на Смоляном столько времени, что почти все мои вещи уже в твоей каюте.

— В нашей каюте, — сказал он и ухмыльнулся. — Теперь это наш дом. Хотел бы я предложить тебе более приятное путешествие, чем то что нам предстоит. Команда организует укрытия на палубе. Половина рабов решила остаться и построить здесь новую жизнь, остальные же захотели чтобы их отвезли обратно в Трехог. Но пусть даже мы оставим кого-то здесь, корабль будет переполнен. Я рад, что стало теплее. Половина наших пассажиров собирается спать на палубе.

— Я уверена, что буду в порядке. Пока у меня есть возможность уйти в каюту и провести время с тобой наедине, я смогу справиться. И я предвкушаю новое путешествие со Смоляным. Он покажет морякам с этих непроницаемых лодок, как настоящий живой корабль идет по реке. — Она нежно провела рукой по перилам, как если бы погладила дракона. Лефтрин покачал головой, удивленный тем, что его корабль вздрогнул от удовольствия. Ее рука замерла и она добавила тихим голосом: — Но меня не радует, что я буду находиться поблизости от Геста. Я знаю, что мне придется встречаться с ним и тебе тоже. Пообещай мне, что не дашь ему спровоцировать себя на насилие.

— Меня? С моим мягким характером?

Она ухватилась за рукав его рубахи и легонько потрясла. — Я не шучу, Лефтрин. Самонадеянность этого человека не знает границ. Ему не важно, что люди говорят или делают, он видит только то, что ему интересно и то, чего он хочет. Ты не знаешь что он из себя представляет на самом деле. Любую ситуацию он может развернуть в свою пользу. Он найдет в ней какую-то выгоду. Какое-то преимущество для себя. Его всегда волновало только это.

— Ну… — Лефтрин сомневался и она почувствовала, что страх расцветает в ее душе. Он посмотрел ей в глаза, облизнул губы и продолжил: — Есть вероятность, что перевозка Геста вовсе не проблема.

— Хранители же не предложили ему остаться здесь, ведь нет? С кем он говорил? Его нужно предупредить! Этот человек может любую ложь сделать правдоподобной! Седрик знает, что Гест остается здесь? — Ей стало дурно от ужаса.

— Нет. Ничего в этом духе, дорогая. На самом деле, я думал, как сказать тебе об этом. В ту смену за пленниками следил Харрикин. У него на дверях все время стояли как минимум двое. Он позволял некоторым пленникам выйти на прогулку, под хорошей охраной, но калсидийских охотников и Торговца Кандрала держал на коротком поводке.