Чтение онлайн

При первом ногти выпали. Точнее, выпали, чтобы на их месте появились новые, острые и прочные.

— Как видишь, сделать это мне теперь под силу.

— Я понял! — Андрей делает шаг назад, едва не падая со ступенек.

— Но как твой друг, — я опускаю руки. — Я, наверное, должен сказать тебе: дерзай. Вы явно близки, а Слава… она кого попало к себе не подпускает. Значит, ты дорожишь ею.

— Да вроде…

— Вроде?

— В смысле дорожу, дорожу! — поправляет себя Андрей, стоит мне только снова намекнуть на свои возможности лёгким взмахом руки.

Может и опрометчиво, но я решаю поверить Андрею. На крайний случай, у меня всегда будет возможность оторвать ему голову.

Прощаясь, мы с Андреем расходимся: он идёт в столовую, как и планировал до того, как его перехватил Дмитрий, а я возвращаюсь в лабораторию. Лена не выдаёт своего любопытства, но только я подхожу к столу и встаю рядом, как чувствую на себе её коронный «Я ведь выведаю правду, хочешь ты того или нет» взгляд.

— Командирские часы, — констатирует Лена невзначай. — Те самые?

— Ага.

Голос уже не дрожит.

— Я буду скучать по твоему папе. Он всегда угощал меня лакричными конфетками.

— Потому что кроме вас, извращенцев, эту гадость больше никто не ел, — ухмыляясь, подмечаю я.

Лена в шутку дует губы. Теперь мы смеёмся оба. Но внутри всё равно больно.

— Я тоже буду по нему скучать, — произношу я.

И почему я так редко говорил ему, что горжусь тем, что могу называть его своим папой?

— Ты знаешь, я не верю в Бога, — полувопросительно говорю я Лене. Она кивает. — Но сейчас я бы очень хотел, чтобы вся эта штука с жизнью после смерти была реальной, и папа услышал, что я очень сильно люблю его.

— Я думаю, он и так это знал, — произносит Лена. — Без всяких там высших сил.

В её голосе появляются нотки мелодии, напоминающие колыбельную. Лена всегда начинает разговаривать немного нараспев, когда хочет успокоить меня.

— Мне остаётся только на это надеяться, — выдыхаю я.

Лена кладёт ладонь мне на плечо. Проводит вверх, добирается до шеи. Принимается разминать позвонки. Как и колыбельный тон, это всегда отлично работает против моих секундных вспышек.

— Вернёмся к пороху? — предлагает Лена.

— Да, — киваю я.

Лена помогает забыть о боли. Работа помогает забыть о боли. Друзья помогают забыть о боли.

Вот только подавить эмоции и избавиться от них — две слишком разные вещи.

— Тайный Санта! — восклицает Виола.

Спокойный вечер Рождества прерывается её появлением в гостиной и слишком радостными воплями. В руках Виолы красная шапка с белым помпоном. Внутри — имена всех в штабе.

Каждый год она делает это. Независимо от того, какие события предшествовали и какие только должны будут состояться. Не знаю, зачем, и не знаю, нравится ли это всем настолько, насколько нравится самой Виоле, но я от этой идеи всегда был, есть и буду далеко не в восторге.

Я высверливаю взглядом дыру в шапке, надеясь, что осведомлён не обо всех способностях оборотней, и в них входит ещё и лазерное зрение.

— Я первый! — восклицает Марсель.

Ещё секунду назад малец сидел со Славой на ковре у камина, а сейчас уже оказывается рядом с Виолой и лезет рукой в шапку чуть ли не по самый локоть.

Вытаскивает скомканную бумажку. Разворачивает, читает имя. И тут же совершает главную свою ошибку — поднимает глаза и находит взглядом Марка. Ясно, кто ему выпал. Хорошо, что сам Марк слишком увлечён разговором с Андреем, чтобы это заметить.

— Кто следующий? — спрашивает Виола.

Энтузиазм заканчивается на том, на ком и начался. Кроме Марселя никто из присутствующих в гостиной не желает тянуть новогодний жребий.

— Ну же, ребят!

Бедная Виола. Девчонка из кожи вон лезет весь день. Первой потащилась в кладовку за игрушками, первой надела дурацкий свитер с оленями, первой встала с утра и принесла на завтрак двадцать стаканчиков с горячим шоколадом.

Мне её, конечно, жалко, но не настолько, чтобы втягивать себя в эту авантюру.

— Давай мне, — сдаётся Слава.

Виола расцветает. Подносит Славе шапку. Та, в отличие от Марселя, особо долго не копошится и вытаскивает явно самое верхнее имя. Разворачивает. Марсель в шутку норовит заглянуть в записку, но она толкает его в плечо.

По лицу не ясно, кто ей достался. Прочитав, Слава сразу кидает записку в камин, где она тут же сгорает.

После Славы Виоле удаётся уговорить ещё троих, включая Лену. Непреклонными остаются лишь я, Шиго и Кали.

— Твоё имя я тоже записала, — сообщает Виола, подходя к Шиго. Трясёт шапкой. — Так что можешь поучаствовать.

— Это обязательно? — уточняет феникс.

— Нет, но это весело!

— Плюс, я смогу убедиться в том, что ты не скряга, — подмечает Нина. Она своё имя вытащила после Андрея, правда сразу сообщила, что это Анита, тем самым разрушая всю суть «Тайного Санты». — Моя будущая жена должна быть готова преподносить мне дорогие подарки на наши годовщины.

— Но мы-то не женимся, — отмечает Шиго.

— Погоди, вот дойдёт дело до предложения — и ты попросту не сможешь мне отказать. Я слишком хороша в организации сюрпризов!

Шиго качает головой — шутку она явно не оценила. И всё же во всеобщем веселье (без веселья как такового) участвует. Читает выпавшее имя, показывает его Нине. Та в ответ что-то шепчет ей на ухо.

— Ко мне можешь даже не подходить, — сообщает Кали.

— После того, как в том году ты подарил мне напольные весы, я больше твоё имя не вписываю, — говорит Виола тихо и на Кали не глядя.

Чтобы восстановить справедливость и поставить Кали на место, я произношу:

— Мудак.

Плюсы того, чтобы потерять близкого человека — даже такие конченые личности, как Кали, не будут тебя трогать. Поэтому он лишь выпячивает челюсть и скалится, но не отвечает.

— Виол, давай мне, — я сдаюсь и щёлкаю пальцами, подзывая Виолу.

Моё согласие возвращает праздничный дух, который из неё выбить едва удалось Кали.

В шапке ещё полно бумажек. Я для виду вожу рукой, перебирая их, вытаскиваю один. Разворачиваю. Читаю имя и ухмыляюсь.

Надо же. Из всех возможных участников именно она.

«Слава Р.».

— Ну и кто там у тебя? — спрашивает Кали с издёвкой.

— Мамка твоя, — отвечает Андрей за меня.

Кали вскакивает.

— Обалдел?