Чтение онлайн

Киопори заколебалась:

— Вы же не имеете в виду Маркуса Силивази? — спросила она, словно знала больше чем одного вампира по имени Маркус.

Наполеан кивнул, его лицо стало чистым как небо.

— Да, Древний Мастер Воин, Маркус Силивази.

Киопори ухватилась за перила, ноги ее не держали. Она замерла, ошеломленно повернувшись к Наполеану. Он повторил имя дважды, но ей все равно было сложно поверить в то, что услышанное — правда.

— Вы имеете в виду мужчину, который был здесь сегодня, брата Накари, этого Маркуса Силивази?

Спокойствие Наполеана казалось безграничным.

— Да, это его созвездие.

Киопори приложила руку ко рту, чтобы не переспросить в третий раз. На это ушло все самообладание, она стояла на веранде и смотрела на Короля так, словно целый мир просто рухнул в одночасье.

— Если Вы будете любезны, мне бы хотелось побыть сейчас одной, — ее голос был пустым и далеким, словно слова произнес кто-то другой.

Наполеан слегка поклонился, его лица не выражало ничего.

— Конечно.

Киопори подняла руку:

— Мне бы хотелось, поговорить с Мастером Накари, если Вы не против. Пожалуйста, пришлите его поскорее. — Она сглотнула комок в горле и попыталась умерить дрожь, охватившую тело.

Наполеан утешающе положил руку на ее плечо, но не произнес ни слова. Киопори и так понимала: Суверен дома Джейдона уже знал, и не собирался задавать никаких дальнейших вопросов, потому что провидение все сделало по-своему — хорошо ли, плохо ли — неизвестно. Безучастный Король абсолютно нейтрален, всего лишь наблюдатель.

— Я сейчас пришлю Накари, — сказал он успокаивающим голосом.

Киопори ждала, нетерпеливо меряя шагами веранду. Хотя прошло всего пять минут с тех пор, как она попросила позвать Накари, казалось, что минула целая вечность. Наконец, Маг появился, и гордой поступью направился в ее сторону.

— Вы хотели видеть меня? — обеспокоено спросил он.

Киопори попыталась поймать его взгляд, но глаза застилали слезы, и она отвернулась. Накари все знал — это читалось по его лицу, ну конечно, он все знал, ведь Маркус его брат и, кроме того, Маг видел их вместе. Киопори пыталась подобрать слова, но не смогла.

— Мне жаль, — наконец, шепнул он, — не только Вас, но и брата.

Киопори глубоко вдохнула и заставила себя посмотреть ему в лицо.

— Тогда Вы знаете, кто… эта женщина? — она словно выдавливала из себя слова.

Накари кивнул, мягкие линии его лица ожесточились.

— Да, когда я недавно пытался связаться с братом, то почувствовал ее энергию. Так что, она хорошая знакомая нашей семьи, я понял это сразу.

Киопори заплакала и, устыдившись, прикрыла лицо руками.

— Пожалуйста, не смущайтесь, — вздохнул Накари. — Что бы Вы не чувствовали, мой брат чувствует то же самое.

Киопори вытерла глаза.

— Накари, он, правда, испытывает что-то ко мне?

— Правда, Киопори.

Принцесса всхлипнула и попыталась вернуть себе самообладание.

— Но почему? Почему ничего нельзя изменить? Кто-нибудь пробовал? — девушка понимала, что вопрос прозвучал безнадежно, но уже не волновалась об этом. — Конечно, я не связана Проклятьем. Должны же быть какие-то исключения, тем более Наполеан из Дома Андромеды, он может походатайствовать перед Богами, если кто-то и может, то только он.

Накари посмотрел в сторону леса, тщательно подбирая слова:

— Честно говоря, Киопори, я бы хотел, чтобы так и было. — Он покачал головой и взъерошил рукой темные шелковистые волосы. — В данной ситуации слишком много неизвестных, но, Принцесса, Проклятье Крови — не одно из них. Так же как и жертва, которую брат обязан принести до конца Кровавой Луны. — Он замер и глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. — Кристина Райли — суженая, избранная Богами, единственная женщина, которая сможет дать ему то, что нужно.

Его слова причиняли боль, вонзаясь в нее, словно ножи. Киопори понимала, что он не хотел никого обидеть, но слова еще никогда не ранили так глубоко. Не желая сдаваться, она набралась смелости и, демонстративно расправив плечи, повернулась к статному Магу.

— Простите мне мою настойчивость, Накари, но Вы просто не знаете всего. Маркус мне рассказывал, что есть только одна женщина, которая сможет выносить детей без страданий и ужасной судьбы, и это — суженая. Но есть кое-что неизвестное Вам, причины, по которым мы с Маркусом верили, что сможем быть вместе.

Ее голос затих. Нет смысла пытаться убедить Накари в правильности их союза. Она должна опираться на факты, на логичные аргументы.

— Ведь правда, что в венах женщины, носящей отпечаток созвездия мужчины на запястье, течет некоторая часть небесной крови? И именно эта кровь делает их совместимыми для рождения детей?

— Да, это часть Проклятья, — уступил Накари, — но…

— Тогда разве во мне не больше небесной крови, чем в любой из тех, кого выберут Боги его суженой?

Накари склонил голову. Сострадание в его глазах было настолько сильным, что сводило с ума, причиняя боль.

— В Вас уйма небесной крови, Киопори. Но ваша кровь дана богиней Сигнас, не так ли? Суженая Маркуса рождена под созвездием Дракона, и кровь Дракона течет в ее венах, символизируя их супружество. Только кровь Дракона совместима с кровью Маркуса.

Киопори долго смотрела на деревянные доски веранды, набираясь смелости. Потом подняла голову и попробовала снова.

— И все-таки, Мастер Маг, со всем возможным уважением, Вы просто не знаете, возможно ли это, поскольку у ваших мужчин не было других вариантов. До сих пор здесь не было ни одной другой женщины с небесной кровью. — Девушка вздохнула и подняла руку. — Предположим, что то, что Вы говорите, правда, и я не смогу подарить Маркусу… детей. Но по окончанию Кровавой Луны, когда Проклятье заявит на него права, я могу оспорить их. — Ее голос начал колебаться. — Накари, безусловно, те, кто наложил проклятье, не станут причинять мне вред. Я одна из них. Одна из Первородных Женщин — первичная причина проклятья. Даже Боги должны признать это.

Накари посмотрел на небо.

— Киопори, будучи той, кто Вы есть, Вы должны быть женщиной крепкой веры, не так ли?

— Конечно, да. Это только мой взгляд…

— Вы верите, что Боги знают и видят все?

— Конечно, верю. Все в их ведении.

Накари посмотрел в ее глаза.

— Тогда они знают о том, что Вы здесь, или не нет? И что Маркус любит Вас, а Вы любите его. Они точно знают, кто Вы и откуда, но все равно сделали это. — Он жестом указал на небеса. — Простите меня за прямоту, но после того как они заставили его ждать пятнадцать веков, почему боги выбрали именно этот момент для Знамения? Как будто спешили, чтобы не позволить вам двоим соединиться. Если Вы верите в божественное, тогда тут нет совпадения.