Чтение онлайн

– Зря вы ухмыляетесь, товарищ майор, – покачал головой Ярышев. – Все очень серьезно. Жена Никиткина изменяла с Нефелиным. Никиткин об этом узнал и убил Нефелина. Все очень просто. И вы это знаете. Знаете, но покрываете Никиткина. Сегодня против нас было совершено преступление, но уголовного дела не будет, так я понимаю?

– А это решать не мне.

– Ну да, конечно, – едко усмехнулся Стас.

– Давайте договоримся, майор, – деловито заговорила Лукашова. – Вы оставляете в покое нас, а мы никому не жалуемся.

Максим поднялся со своего места и направился к выходу. Под аркой он обернулся и насмешливо посмотрел на Марину:

– Жалуйтесь. Я не против.

Оставив Кустарева следить за домом, Одинцов отправился в управление. Там он скоротал ночь, а утром отправился в прокуратуру, а оттуда – на улицу Садовую. С обыском. Он очень надеялся найти в доме оружие, которым Ярышев собирался защититься от возможного нападения, но не нашел там ничего, кроме сигнальных ракет и светошумовых ловушек, которые, увы, не попадали под действие двести двадцать второй статьи. А жаль. Было бы неплохо отправить Лукашову и Ярышева за решетку. Ради их же безопасности…

И еще Максим искал место, где эта «сладкая парочка» могла спрятаться от ряженых спецназовцев. Потайной отсек обнаружился на мансардном этаже. А в подвале он ничего не нашел, кроме системы для распыления усыпляющего и прочих газов. С пустой емкостью… Не было ни оружия, ни газа. Зато вдруг возникло ощущение собственного бессилия. И сам Ярышев стал казаться непробиваемой стеной… Впрочем, ощущение это длилось недолго, объяснение нашлось быстро. Очень устал Максим за последнее время. Так устал, что хоть отпуск бери.

Но нельзя ему в отпуск, пока Ярышев на свободе. Желание посадить этого типа и довести дело до суда уже оформилось в идею фикс.

Марсельский рыбный суп сегодня был на удивление хорош. И новенькая официантка выше всяких похвал. Красивая девчонка, и, главное, она внешне чем-то напоминала Кристину в молодости…

– Я понимаю, мощностей у тебя не хватает, но и заказ мы отменить не можем, – вяло проговорил Никиткин, посматривая на девчонку, а она, уловив его внимание, кокетливо улыбнулась.

– Ну, мощности можно и нарастить, – сказал Карпов.

– Что ты сказал? – не расслышав его, переспросил Леонид.

– Ну, мощности и нарастить можно. Технику докупим, людей наймем…

Леонид выбил заказ на проведение дорожно-строительных работ в Северо-Западном округе Москвы, а Жора Карпов был директором подконтрольной ему фирмы. Нужно было вдохновить его на это благое и прибыльное дело… Но как-то не очень хотелось сейчас думать о работе.

Операция по захвату Лукашовой и Ярышева сорвалась, Саньков звонил, выговаривал. И еще Кристина как неживая. Ходит по дому как бестелесное привидение, бледная, холодная. Как бы руки на себя не наложила. И еще его терзало чувство вины перед ней. Зря он так жестоко ее избил…

– Эй, ты куда?

Грозный и в то же время удивленный окрик телохранителя выдернул Никиткина из прострации. Он увидел, как за стол усаживается майор Одинцов. Неторопливо усаживается, без суеты, лицо каменное, взгляд ледяной.

«Зевнул» телохранитель, поздно спохватился, сейчас он пытался исправить свою ошибку. Громила Гуляев подскочил к Одинцову, протянул руку, чтобы схватить его за плечо. Майор даже не дернулся, а Эдик вдруг оказался на полу с заломленной за спину рукой. Над ним склонялся худощавый, но жилистый опер из свиты Одинцова. Вид у него суровый, и мощного Гуляева он удерживал с потрясающей легкостью. И сам Одинцов, говорят, мог заломать любого…

– Так, спокойно! – Леонид инстинктивно оторвал руки от стола и показал растопыренные ладони.

Некрасивая эта ситуация, когда в беседу серьезных цивилизованных людей врывается какой-то дикарь. Но это же глупо – взвывать к благоразумию варвара. Сначала надо сдаться, погасив этим его агрессию, а потом уже можно и договориться.

– Юра, оставь, – едва глянув на своего подчиненного, негромко проговорил Одинцов.

Оперативник резко поднялся, отошел в сторонку. И Леонид махнул рукой, отсылая своего разиню-телохранителя. И начальника охраны, который спешил к нему, отослал.

– Майор, я вас, кажется, не приглашал на обед.

Одинцов лишь усмехнулся в ответ и взглядом показал на Карпова, который, как он считал, был здесь лишним.

– Вообще-то у меня деловой разговор.

Леонид краем глаза увидел, как опер снимает с пояса наручники, и воскликнул:

– Майор, ты не забываешься?

Одинцов даже ухом не повел. Но снова посмотрел на Карпова.

– Георгий Александрович, тут у нас недоразумение возникло. Я тебе вечером позвоню, – процедил сквозь зубы Никиткин. Жора все понял и поспешил откланяться. – Беспредельничаешь, майор! – перевел на Максима злой взгляд Леонид.

– Беспредел на беспредел, так уж в этом мире заведено.

– В каком это мире?

– А какой беспредел? Что ты там, Леонид Афанасьевич, натворил?

– Я натворил? – вскипел Никиткин.

Одинцов резко дернулся, и Леонид испуганно вздрогнул. Он решил вдруг, что сейчас последует удар в челюсть, майор на такое способен… Но тот всего лишь взял со стола чашу с водой и поставил ее перед ним.

– Попей водички, Леонид Афанасьевич, и успокойся.

– Это не для питья вода, а для рук, – обалдевая от такой наглости, проговорил Никиткин.

Даже Лукомор не позволял себе таких вольностей, как этот отмороженный опер. И близко не позволял, потому что боялся, а майор совсем без башни…

Одинцов сунул руку в чашу, поводил в ней пальцами и с ухмылкой произнес:

– Не пей, барин, из лужи, козленочком станешь. Или баранчиком…

– Майор! – Леонид в бешенстве вскочил со своего места.

– Нашел я твоего, гм, капитана Баранова…

– Что? – сошел с лица Никиткин.

Марк божился перед ним, что сработал чисто. И документы у него были фальшивые, и номера на машине – чистая «липа». В масках они работали, в перчатках…

– Слухами земля полнится, – с кривой усмешкой сказал Одинцов. – Главное, ухо правильно приложить… Марк его зовут, фамилия Удалов. У тебя в охранной фирме числится, правильно?

– И доказательства есть?

– Пока только оперативная информация. И я пока только думаю, привлекать его или не привлекать.

– Ты ничего не докажешь!

– Докажу, не докажу – это дело десятое. Главное, я знаю, кто на Лукашову и Ярышева наехал. И наехал по беспределу…

– Короче! – скривился Никиткин.