Чтение онлайн

Эрмес Кахекуа, жирный и некрасивый человек, в обществе двух женщин удобно устроился на диване, обитом потертым красным бархатом. Они смотрели телевизор. На столике стояли большие пустые бутылки местного пива.

— Добрый день, господа, садитесь. Чем обязан?

Натан и Юма устроились в разномастных креслах. Юма объяснил причину визита.

— Откуда вы приехали, господин…?

— Натан. Я француз.

— А, Франция. Я знаю Францию, я получал там военное образование, в 1996 году. В Пуатье. Я ездил в Футуроскоп, привез оттуда великолепную майку; вы там были?

— Не имел такого счастья. Простите меня, капитан, но мы спешим.

Эрмес изобразил подобие улыбки.

— Итак, вы желаете получить разрешение… Регион опасный, вы знаете… В данный момент там промышляют май-май…

— Мы это осознаем, капитан, и сумеем доказать вам свою признательность, — снова вмешался Юма.

— Хорошо, желаете что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо, — отказался Натан.

— Тогда ваше здоровье!

Эрмес Кахекуа поразительно уродлив. В правой глазнице виднелось желтое, вызывающее отвращение глазное яблоко, а от огромного носа осталась бесформенная шершавая масса.

— Капитан, — снова заговорил Натан. — Вы были военным…

— Точно, офицер армии покойного Мобуту Сесе Секо.

— Вы и ваши люди были расквартированы на границе Руанды в июле 1994 года, не правда ли?

Кахекуа щелкнул языком и срыгнул.

— Вы хорошо информированы.

— Вы знаете лес и окрестности Катале.

— Это там я потерял глаз, паразит… онхоцеркоз. Маленькие мушки, которые вас кусают и…

— Могу я задать вам несколько вопросов о неожиданно возникших фактах из того времени? — прервал его Натан, выкладывая на стол купюру в двадцать долларов.

— Эй, эй, эй… — рассмеялся Кахекуа.

— Вы помните что-нибудь об исчезновениях, которые случались в окрестностях или внутри лагеря и, вероятно, не были связаны непосредственно с геноцидом? Что-либо странное, что имело бы отношение к местным поверьям?

Человек развязно улыбнулся и спросил вполголоса:

— Истории о духах?

— Да.

— Позвольте вас спросить… Правда ли, господин Натан, именно этот вопрос я уже давно себе задаю… что актеры порнографических фильмов французы?

— Сколько? — обрезал его Натан.

— Еще двадцать долларов.

Натан протянул ему еще одну купюру, и Кахекуа заговорил:

— В то время по району ходил слух. Говорили, что этот лагерь был проклят. Вулканы, которые окружают Гому, считаются нашим народом священными. Именно там живут наши божества. Говорят, что, устроившись на склонах вулкана Катале во время переселения, хутус якобы осквернили святыню. Чтобы наказать этот убогий народ, боги в гневе послали армию духов, чтобы отомстить…

— Натан, — шепнул ему Юма. — Этот человек пьян… Он тебе расскажет черт знает что…

Натан жестом остановил Юму.

— Расскажите мне об этих духах, каким образом они мстили?

Кахекуа снова срыгнул и продолжил рассказ, подкрепляя его выразительным жестикулированием.

— Говорят, что они жили под землей днем, а ночью выходили наружу и забирали хутус. Говорят, что они их расчленяли и пили их кровь.

Натан вздрогнул, услышав это откровение.

— А тела были найдены?

— Нет, не думаю, их сожрали дикие звери.

— И кто-нибудь их… видел?

— О нет… Нельзя увидеть духов… только если ты умер. Но некоторым случалось их слышать…

— Как это?

Кахекуа молчал.

Натан вытащил еще одну купюру и сунул ее Кахекуа.

— В конце геноцида, 4 июля, когда армия тутсис, Руандский патриотический фронт, обрел контроль над Кигали и Бутаре, началось массовое бегство хутус, которые опасались репрессий. Некоторые скрылись в потоке беженцев тутсис, которые направлялись на юго-запад страны через гуманитарную зону, установленную международными миротворческими силами, но больше всего сбежало к нам. Некоторые военачальники тутсис, которые не могли допустить, чтобы палачи сбежали и не ответили за свои преступления, сформировали боевые группы и отправили их вертолетом на запад, на заиро-руандскую границу, чтобы они перехватили беглецов и заставили их ответить за свои преступления. Там было только несколько тайных агентов, сотрудники французских специальных сил, и я, капитан Эрмес, со своими людьми. С 13 июля начинали прибывать первые группы беженцев. Они думали, что спасались, и расположились вдоль границы, надеясь быстрее проникнуть в Заир, но на дорогах и в лесу их поджидали настоящие эскадроны смерти. Были истреблены тысячи выбившихся из сил хутус. Никаких пыток, только быстрая казнь. Некоторые, главным образом богатые, тем не менее сумели оттуда выбраться.

— Богатые… Что вы хотите сказать?

— Ну, в лесу вы могли наткнуться либо на боевые группы Руандского патриотического фронта, либо на… проводников. Это стоило дорого. Разумеется, только самые состоятельные могли себе это позволить.

— Как действовали эти люди, кем они были?

— В начале 60-х годов XX века Руанда пережила общественную и политическую революцию, к концу которой хутус свергли монархию, взяли власть в свои руки и добились независимости для страны. Именно тогда начались первые массовые убийства. Больше двадцати тысяч «иньензи», тараканов, как в то время уже называли тутсис, погибли. Некоторые остались, другие бежали в соседние страны: Бурунди, Уганду и Заир. Точно так же Руандский патриотический фронт, военные ополчения хутус поджидали беженцев на границе. Тогда установилась система просачивания через границу, и тутсис, подобно вьетконговцам во вьетнамскую войну, которые делали это, чтобы скрыться в лесу, начали рыть подземные галереи для прохода в Заир. Жители Киву знали об этих туннелях, а в 1994 году самые хитрые поняли, что на этом можно нажиться, пропуская без лишнего беспокойства в страну тех, у кого на это были средства. Большая часть этих туннелей обрушилась, но еще остается три или четыре известных прохода. Вход в один из них вблизи лагеря Катале.

— Какое это имеет отношение к духам?

— Как я вам уже сказал, они жили в земле. Моим людям неоднократно приходилось спускаться в эту галерею, и там они слышали крики, ужасные вопли духов, пожирающих человеческую плоть.

Натан взъерошил свои короткие волосы и спросил:

— Скажите, капитан, я что ваши люди «неоднократно» делали в этих галереях?

— Хорошо… Они были в разведке…

— Они не спускались глубже, им не было любопытно, откуда доносятся крики?

— Нет, они боялись.

— Где эти галереи?

— Это конфиденциальные сведения. Их запрещено разглашать, — попытался увильнуть Кахекуа.

Натан в упор посмотрел на капитана. Тогда он понял: дом, внедорожник, спутниковая антенна, внушительный телевизор, стоявший на почетном месте в комнате. Он внезапно сменил тон:

— Скажи, капитан, как ты заработал деньги, которые позволили тебе все это купить? Наркотики? Золото? Драгоценные камни? Что-нибудь другое?

— Натан, — запротестовал Юма.

— Не вмешивайся.

Натан приблизился к Кахекуа и прошептал:

— Что-то другое?

Тот молча смотрел на Натана своим единственным глазом, другой, похожий на желток, казалось, втянулся внутрь от страха, словно моллюск в свою раковину. Натан схватил Кахекуа за дряблую кожу двойного подбородка и притянул к себе.

— Хочешь, я скажу тебе, капитан… проводниками были ТЫ… ТЫ и ТВОИ ЛЮДИ. Кто другой, кроме военных, стал бы подвергать себя опасности в этой зоне? Вы поджидали беженцев на границе, на руандской территории, и вымогали у них деньги. Если они отказывались платить, вы оставляли их на милость эскадронов Руандского патриотического фронта. Разве не так?