Чтение онлайн

Вслед за первым Женя сняла и второй чулок, а затем, грациозно повернувшись, бросила их ему. Алекс поймал чулки на лету и с восхищенной улыбкой стал наблюдать, как она расстегивает платье. Наконец оно скользнуло вдоль тела и упало к ногам Жени, обнажив её великолепную фигуру. На ней остались только узкие кружевные трусики и бюстгальтер, лишь поддерживающий, но не закрывающий потрясающую грудь обольстительной Афродиты.

––Ты великолепна, малышка! – выдохнул Клёнов, подойдя к ней и поцеловав чуть приоткрытые зовущие губы.

Женя улыбнулась, блеснув белоснежными ровными зубами, и тихо спросила:

––Так что же ты медлишь?

Несколько секунд – и Алекс увлек жену в бурлящую воду…

Они отдали любви все свои силы и теперь, вернувшись в спальню, лежали в блаженном расслаблении, всё ещё не выпуская друг друга из объятий. Голова Жени покоилась на плече Алекса, и она с чуть заметной улыбкой наблюдала, как бьется жилка на его шее. Прижавшись к ней губами, Женя словно заново пережила недавнее феерическое ощущение единения с любимым, когда казалось, что не только тела, но и души их слились вместе и нет на свете силы, способной разорвать невидимые путы, навеки связавшие их вместе. Она вновь и вновь мысленно благодарила судьбу, даровавшую им нежданную встречу и совершенно фантастическую любовь, о которой она не смела даже мечтать. Ей не в первый уже раз показалось, что всё происходящее с ней – лишь чудесный упоительный сон, который вот–вот может растаять, исчезнуть и никогда больше не повториться от одного неловкого движения, слова, мысли…

Это её пугало, и она теснее прижалась к своему единственному мужчине, своему любовнику, защитнику, мужу, чтобы убедиться в реальности его и своего существования. Алекс почувствовал это её движение, и его губы тронула счастливая улыбка.

Женя провела ладонью по его волосам и заметила, как они брызнули серебром в свете ночника. Это открытие поразило её. Раньше она почти совсем не замечала седины, слегка тронувшей инеем тёмные волосы мужа.

––Сашенька, – прошептала она с нежной грустью, – а ты седеешь…

––Да? – отозвался он и шутливо спросил: – Может, мне подкраситься?

––Нет, не надо… Тебя это нисколько не старит. Мне даже нравится…

––В самом деле? Ладно, не буду… Спи, малышка, завтра у нас насыщенная программа.

––Угу, – ответила она тихо и со счастливой улыбкой закрыла глаза.

Алекс осторожно протянул руку и выключил светильник. Вскоре он почувствовал ровное дыхание любимой, прижавшейся лицом к его щеке, и тоже стал проваливаться в сон.

* * *

Марьин хмуро взглянул в окно, затем на часы и, потянувшись в кресле, сказал Ирине, всё ещё стучавшей пальчиками по клавиатуре компьютера:

––Ну что, Ириша, может, на сегодня хватит? Поздно уже… Никто не придёт.

––Да, пожалуй… – отозвалась она, прервав работу и взглянув на мужа, раздражённо захлопнувшего папку–скоросшиватель. – Что–то засиделись мы, Максим, поедем–ка домой, поужинаем вместе, да и фильм сегодня хороший будет…

––И то дело, – согласился Марьин, вставая с кресла и собирая со стола ворох бумаг. – Раз нет дела, нечего здесь высиживать.

Он находился в дурном расположении духа, впрочем, как все последние дни, нервничая из–за того, что клиентов было катастрофически мало, а дела, которыми он занимался, не соответствовали его квалификации и опыту.

Не дела, а делишки, как презрительно именовал он их, но всё же брался за любую работу, будь то слежка за неверным супругом или розыск бесчестного делового партнера какого–нибудь коммерсанта, который сам при удобном случае обязательно "кинул" бы того. Душа Максима не лежала к подобным делам, да и сами клиенты порой вызывали в нём чувство презрения и отвращения, но привередничать не приходилось – нужно было зарабатывать "на прокорм" и содержание офиса, в который он превратил свою старую холостяцкую квартиру.

Три месяца работы "на вольных хлебах" не принесли ему должного удовлетворения, хотя пару довольно серьёзных дел он всё же успешно провёл, получив неплохие гонорары. Но эти деньги быстро съели всевозможные налоги и текущие расходы, которых оказалось очень много – ведь нужно было оснастить офис, сменить мебель, так как старая обстановка могла отпугнуть и без того немногочисленных клиентов. Спецтехника и оборудование тоже стоили немало. В общем, от тех гонораров остались лишь воспоминания. Денег не хватило даже на то, чтобы наконец–то сменить машину, и он по–прежнему вынужден был ездить на старенькой "первой" модели "Жигулей".

Марьин надеялся, что его безупречная репутация и те два успешных дела, положивших неплохое начало карьере частного детектива, помогут ему быстро встать на ноги, и клиенты валом попрут к нему. Но этого не случилось. Потенциальные клиенты, как это ни парадоксально, предпочитали обращаться со своими проблемами к тем, кто их же и создавал, – к криминальным авторитетам, платя им за эти услуги такие гонорары, которые и не снились бывшему майору РУБОПа. Пока не помогли и рекламные объявления, которые были размещены во всех основных городских и областных газетах, на что ушли последние финансовые ресурсы.

Вот уже две недели Максим и Ирина сидели в своем офисе без работы. Ни одного посетителя, ни одного делового звонка… Чтобы как–то убить время, они приводили в порядок документацию и составляли отчеты в многочисленные контролирующие и фискальные органы, коих было с десяток, не переставая думать над выходом из создавшегося положения. Максим особенно сильно переживал из–за вынужденного простоя, отчего становился всё мрачнее и мрачнее, хотя Ирина и пыталась поддержать и успокоить мужа.

Они вышли из офиса, оставив его под опекой охранной сигнализации. Редкие уличные фонари маяками светили в густой темени ночи, давно опустившейся на город и укрывшей его плотным одеялом туч, спрятавших и звезды, и луну. Было тепло, но лёгкий ветерок уже нёс свежесть далекого ливня, угадываемого по слабым всполохам у горизонта. Задержавшись на минуту у подъезда, Ирина глубоко вздохнула и негромко сказала:

––Дождь будет…

––Да уж… – проворчал Марьин, закуривая сигарету и косясь в сторону приближающейся грозы. – Только этого не хватало. Опять машину мыть придётся.

––Максим, милый, да не переживай ты… Всё наладится, лиха беда начало. – Ирина ободряюще улыбнулась: – Это временные трудности. Клиенты обязательно будут.

––Может быть, может быть… – задумчиво ответил он. – Вот только когда? Денег нет и не предвидится, а мне ещё с ребятами из Управления нужно рассчитаться. Неудобно задерживать, они мне всё же здорово помогли и ещё помогут… Чёрт! Хоть бы какое–нибудь паршивенькое дельце!

––Я могу перезанять у девочек. Потом отдадим, – предложила Ирина.

––Это не выход, Ириша. Это – затыкание дыр. Нужно что–то предпринять, но что? Может, Дед что–нибудь подкинет? Надо бы заехать к нему.

––А что, может, и впрямь стоит? – подхватила Ирина мысль мужа. – Он к тебе хорошо относится, уважает. Будет возможность – обязательно поможет. Завтра же и съезди к нему, поговори.

––Да–да, обязательно… Ладно, Иришка, давай домой, у меня уже желудок бунтовать надумал.

––Потерпи, приедем – накормлю, – с улыбкой ответила она, почувствовав намечающуюся перемену в настроении мужа.