Чтение онлайн

– Сотня… – пробормотал Лоренц. Не скрывая любопытства, он рассматривал юношу с бумагами: высокий, черноволосый и очень уставший. Кажется, для него военный лагерь ещё менее привычен.

– Вашу сотню солдат, как оклемаются от перехода, включим во Флоссфуртский приказ. Вы с ними пойдёте сразу, как только приставленный мечник решит, что вы умеете всё, что должно. Думаю, у вас было хорошее образование… – тихо добавил князь Орне в сторону, – ваш отец должен был постараться.

Что ж, хотя бы не отправят на передовую без подготовки. Это, увы, не только радовало Лоренца, но и оскорбляло немного – неужели даже батюшка не считает, что он годен к службе? У них же было столько лет на подготовку!

– Проводи господина Мариана к конюшим, и моей гвардии тоже передай о сборах, – велел князь, пряча письмо за ремни, – мы выедем сегодня же ночью, как только покончим со всеми делами.

– Не думал, что голове приказа впору быть посыльным, – седой отложил оселок и хмуро взглянул на Фернетта. – Почему не отправить постового?

– Потому что голова приказа ты только на поле боя, – отрезал тот, – а здесь, будь добр, исполни волю великого князя и своего прямого командира!

Чернявый попытался было поднять ларь, но сделал с ним несколько шагов и поставил его обратно на землю дрожащими пальцами. Седой покачал головой, подхватил сундучок одной рукой и кивком пригласил паренька проследовать за ним. Когда оба вышли, а постовой встал на своё место, Фернетт сложил руки на груди и окинул Лоренца изучающим взглядом.

– Введу вас пока в курс дела. Фратейские войска стоят по нашу сторону Левсан, последняя разведка доложила о рассредоточении четырёх тысяч людей вдоль всего берега от моста и почти до гор на востоке. Мы ожидаем от них не прямой битвы, а мелких стычек по всем направлениям от реки. В идеальных условиях мы это предупреждаем и идём с востока к мосту, разбивая их на пути. Со стороны переправы нам навстречу будет двигаться первый Ивкальгский приказ – людей в нём сейчас больше, чем в столичном. В неидеальных… разведка была шесть дней назад, мы ждали несколько знамён и не могли выйти. В ближайшие два дня отряд отправится снова для изучения ситуации. Вопросы? – князь наклонил голову к правому плечу, с любопытством глядя на юношу.

– Был один, – признал тот, – вы связываете убийства в городах с переправой?

Мужчина, нахмурившись, прикрыл глаза.

– В городах не видели чужаков. Если нападения прекратятся, когда мы вытесним Фратанию обратно на свои земли, тем лучше. Если нет – то это не тот вопрос, который мне предстоит решать.

– Да… спасибо, – пробормотал Лоренц. Из головы не выходили слова князя. Пойдём вдоль всей реки! Лишь бы названный учитель признал его мастерство. Отсиживаться в лагере, пока его люди уйдут в поход, было бы не то что невыносимо – это было бы позором.

Постовой снова отошёл и скрипнул калиткой, а мужчина с косой вновь вернулся на лужайку. Бережно вытерев меч от земли, он вернул его в ножны и принялся чистить оселок, на который налипла мокрая осенняя трава.

– Походите сегодня ночью по лагерю, поговорите с командирами, – велел Фернетт. – Вы ведь впервые здесь? Убедитесь, что знаете всех людей, которые привели сюда свои войска. Поверьте, знакомство избавит вас от проблем. К тому же, вам нужно выбрать себе учителя.

– Из кого я могу его выбрать? – недоверчиво спросил Лоренц, разглядывая чужой шатёр. С ним снарядили такие же, только размером меньше – для него, и совсем небольшие, на десять человек вповалку – для солдат. Князь махнул рукой.

– Из рядовых не советую, не все достаточно обучены. Если человек хоть до десятника дошёл, то от него будет толк.

– Понял, – отозвался тот. – Тогда вы, – он кивнул в сторону седого. Тот поднял в удивлении брови. Фельдмаршал окинул Лоренца не менее изумлённым взглядом.

– Но почему? Вы же ещё никого не видели в деле?

– Потому что это первый человек, который с моего выхода из дома не пытался передо мной юлить, – отрезал юноша. – Я не был оскорблён вашей дерзостью при знакомстве. Но буду благодарен, если вы преподадите мне несколько уроков военного дела. Кажется, голова приказа для этого достаточно опытен?

Мужчина, помедлив, склонил голову.

– Если вы того желаете, господин.

– Сиятельство, – нетерпеливо перебил его Лоренц.

– Если вы того желаете, Ваше Сиятельство, – повторил он и выпрямился. – Если вы будете не против, можно начать завтра после завтрака. Днём у меня намечено много дел.

– Что ж, дело улажено, – пробормотал Фернетт, – могу лишь надеяться, что этот союз приведёт к толковым результатам.

Седой бросил в шатёр точильный камень и вернулся на своё место. Теперь настал его черёд с любопытством разглядывать Лоренца: тот, как и ушедший уже чернявый юноша, был в обычной парадной одежде, и потому смотрелся ещё чуждым этому месту. «Могу лишь надеяться», сказал князь. В кого из нас он не верит?..

– И ещё кое-что перед тем, как я отбуду в Ивкальг, – фельдмаршал чуть улыбнулся. Встав со своего места, он взял с табурета плащ в гербовых цветах с белой меховой оторочкой по вороту и накинул его на плечи. Затем медленно достал свой меч и вонзил его в землю перед Лоренцем.

– Сядьте, – велел Фернетт. Юноша, подняв на него недоверчивый взгляд, медленно опустился на колени. Холодный металл перед лицом внушал ему восторг и трепет; закрыв глаза, Лоренц почувствовал, как клинок плашмя лёг на его голову.

– Лоренц из семьи Альмонтов, – голос князя был строг и торжественен, – клянётесь ли вы в покорности и верности святейшему князю-императору Альфонсу Лассалю, его семье, детям и потомкам до самой своей смерти?

– ...клянусь, – чуть дрожащим голосом прошептал парень, не смея открыть глаза.

– Клянётесь ли, – с нажимом продолжил тот, – верно служить на благо Флоосской Империи, беречь её свободу и свободу сыновей и дочерей её?

– Клянусь!..

– Клянётесь ли исполнять без колебаний приказы офицеров, не идти против службы ради корысти и сохранять честь свою, своих людей, командиров и святейшего князя-императора?

– Клянусь! – Лоренц открыл наконец глаза и почувствовал, как по щеке побежала слеза. Меч стал таким тяжёлым. Медленно подняв клинок и вонзив его в землю, фельдмаршал протянул ладонь. Новоиспечённый воин коснулся губами его перстня и поднял взгляд. Князь улыбался по-отечески заботливо, чуть прищурив тёмные глаза.

– Поднимитесь, – велел он. – Добро пожаловать на службу в императорский легион, – Фернетт похлопал его по плечу, – я всегда рад новой крови. А теперь ступайте проверить, как устроились ваши люди, и можете быть свободны до самого подъёма. И… прощайте. Мы не cвидимся с вами ещё очень долго.

Лоренц глубоко вздохнул, не в силах справиться с восторженной дрожью, глубоко поклонился фельдмаршалу, кивнул седому и направился прочь из их дворика. Не о том ли говорил когда-то батюшка, сказав, что дни после первого призыва навечно врезались в его сердце? Юноша во всех помыслах был верен родному государству, но только сейчас, после клятвы великому князю, он понял, что никогда в своей жизни не подумает больше ничего худого о Флоосе. Сохранять честь свою и командиров… надо будет напомнить тому вояке-бунтарю о клятве. Он снова прошёл мимо того самого шатра, откуда ранее доносилась драка; двое мужчин сидели перед костром, у одного разливался синяк на скуле, у второго на повязках ладони проступала кровь. Они сидели молча, с недовольным и угрюмым видом, и пили что-то прямо из бутылок. Неужели смогли разрешить ссору и помирились?