Чтение онлайн

–  Доброе утро, Рокат, - сказал герцог.

Его бархатный голос прозвучал чрезвычайно холодно.

–  Слава богам, ваша светлость! - сказал толстяк, выпрямляясь. - Это великолепно — вновь видеть вас среди ваших подданных.

Теперь, когда он был ближе, Сэндри разглядела, что у него была украшенная самоцветами заколка в аккуратных зелёных складках тюрбана, и что его одежды были сделаны из самого изысканного шёлка, какой только можно купить. Его пухлые руки сверкали перстнями — все они были золотыми, и многие были украшены камнями. Прожив четыре года вместе с кузнецом, Сэндри также смогла определить, что оружие телохранителей было превосходным и носило признаки частого использования.

–  Тебе не было необходимости покидать свою контору, чтобы сделать мне комплименты, - ответил герцог.

–  Но я должен был выразить свой восторг, - ответил мужчина — Рокат, как его назвал герцог — и вновь поклонился. - Лицезрение вас уверяет меня в том, что мир и порядок в ваших землях по-прежнему будут поддерживаться. Лицезря вас, ищущие укрытия в этой безопасной гавани знают, что не нужно бояться того, что им откажут в предоставляемой здесь защите.

–  А у меня есть какие-нибудь причины думать об отказе в защите? - осведомился герцог, оперевшись на луку седла.

–  Нет, ваша светлость, - сказал толстяк. - Никаких. Надеюсь вскорости увидеть вас снова. Поздравляю с возвращением здоровья!

Он вперевалку зашагал обратно в Дом Рокат. Один из его охранников бросился вперёд, чтобы открыть дверь; двое других быстро закрыли её за спиной мужчины, охраняя его с тыла. Только когда четвёрка исчезла внутри Дома Рокат, Сэндри почувствовала, как солдаты вокруг неё начали расслабляться.

–  Давайте продолжим, - объявил Герцог Ведрис.

Стражники, располагавшиеся у неё с дедушкой по бокам, вернулись на своё обычное место в строю, и они поехали дальше.

–  Кто это был? - захотела узнать Сэндри.

–  Рокат, - проворчал сзади сержант, сплюнув.

–  Джамар Рокат, - сказал Ведрис, кивая горничной, которая открывала ставни рядом с ними. - Глава Дома Рокат здесь, в Саммерси. Они держат монополию на торговлю миррой и импорт других товаров. В моих границах они ведут себя пристойно, но в других местах они едва ли лучше пиратов. Они знают, что я не потерплю убийств и воровства, к которым они регулярно прибегают, и они не осмеливаются потерять разрешение на вход в нашу гавань.

–  Этот Джамар столь же скверен, как и вся его семья? - поинтересовалась Сэндри.

Что-то было такое в карих глазах толстяка, какая-то нервозность, вызвавшая её любопытство.

Герцог потёр свою бритую голову:

–  Когда Джамару Рокату было лишь двадцать лет от роду, он жил в Джанале и ухаживал за юной девушкой, весьма красивой и богатой. Прошёл слух, что отец той девушки склонялся в пользу другого жениха, который предлагал больше золота за брачный контракт. Джамар вошёл в дом своего соперника и задушил шёлковым шнуром его самого, а также его отца и деда. Он хотел показать, что соперничать с любым из Рокатов — фатальная ошибка.

Сэндри содрогнулась.

Герцог наклонился и похлопал её по колену:

–  К счастью, дорогая моя, тебе нет нужды общаться ни с одним из рода Рокат. За что я весьма благодарен.

Паско подался вперёд, когда Оса заставил шлюпку обогнуть низкий причал рыбацкой деревни. Впереди простирался широкий пляж, на котором для очистки и починки лежало несколько перевёрнутых лодок. С рыбацких судов светили фонари, пока их владельцы готовились к выходу в море. Но ещё больше народу собралось на берегу. Под свисавшем с шеста фонарём скрестив ноги сидел мужчина, проверяя барабан у себя на коленях. Стоявшая за его спиной женщина играла гаммы на деревянной флейте.

–  Твой отец нанял музыкантов? - спросил Паско, по его спине и рукам побежали мурашки. - Для меня?

«Он же возложит вину на меня, если это не сработает», - в панике подумал Паско. «Он скажет, что я обещал натанцевать ему улов, и заставит меня заплатить этим людям!»

–  Это всего лишь мои дядя и кузина, - терпеливо сказал ему Оса. - Успокойся, ты мечешься хуже трески на палубе.

Паско состроил своему другу рожу. Чем ближе они подплывали к пляжу, тем больше он жалел, что не сказал «нет», когда Оса впервые заговорил об этой затее.

«Ты хотел, чтобы тебе платили за танцы», - горестно подумал Паско, чувствуя, как завтрак свинцовым комом оседает в желудке. «Платили как настоящему танцору, вроде тех, что танцуют на праздниках и для герцога, а не просто танцевать на вечеринках с кузинами и друзьями. И теперь всё обернётся худо, потому что тебе не хватило воли, чтобы отказать!»

Его мать говорила об этом неоднократно: «Ты никогда не думаешь о последствиях, Паско. Ты думаешь только о текущем моменте. Однажды последствия выйдут тебе боком где-нибудь в аллее, и ты будешь гадать, как же всё так обернулось». Дрожа, он прижал лицо к коленям.

Вскоре он почувствовал, как киль лодки заскрежетал о дно. Сильные руки ухватились за оба борта лодки и вытянули её на песок.

–  Идём, мальчик, - сказал чей-то голос.

Паско поднял взор и встретился с суровым взглядом бабки Осы. Она взяла его за плечо рукой с выпиравшими костяшками.

–  Сымай свои ботинки. Тебе придётся поскорее выучить этот танец для сети, коли хочешь закончить его до нашего отплытия.

Мужчины работали рядом с флейтисткой и барабанщиком, выкладывая что-то на песке, один угол за другим, и закрепляя с помощью колышков. Паско осознал, что это была настоящая сеть, с размером ячеек больше, чем у большинства рыболовных сетей. Он поспешно освободился от ботинок. Мужчины и женщины сошли с кораблей, встав вдоль краёв разложенной сети, колеблющийся свет фонаря освещал их лица. Они выглядели мрачно и зловеще, как статуи суровых древних богов.

–  Два месяца рыбы не хватало, чтоб покрыть всю палубу, - пробормотал один из них. - Лучше бы это сработало.

Запас смелости Паско, никогда не бывший особо большим, совсем уменьшился, пока он смотрел на их лица. «Я покойник», - вяло подумал он. «Я просто ещё не удосужился улечься».

–  Это простое па, - сказала ему бабка Осы. - Следи за моими стопами, мальчик. Не хочу потом ещё раз повторять. Видишь, танцевать надо каждую ячейку сети, вот так, - она с нехарактерной для своего возраста ловкостью легко топнула по песку, обозначив четыре стороны квадрата.

Затем сделала лёгкий шаг:

–  Следующая ячейка сети, прямо посередине, - объяснила она Паско, её стопа оставила вмятину на песке, обозначая центр. - Вверх на один ряд сети, вниз на другой.

Барабанщик и флейтистка репетировали живую мелодию, которая наводила Паско на мысль о скачущей рыбе. Сон как рукой сняло. Его ноги уже следовали узору па на песке, не дожидаясь, пока его голова решит это сделать.

–  Говорила же, это просто. - сказала старая женщина, наблюдая за движением его стоп. - Ты готов?