Чтение онлайн

– Ясно, знакомо. Никогда не понимал фаталистов. Одно хорошо - бухтеть и бздеть не будешь. Ещё варианты есть?
– Джек умудряется как-то режиссировать это бредовое шоу.

– Ты говоришь вирус или модуль. Может гармонично как-то с ними?
– кто-то задумчиво и грустно.

– Тут всё индивидуально. Вот, пацаны... кстати, тут все пацаны? Фу, повезло нам! Парни, все сегодня постоянно рулили?

– Мой Зак сам клюзы чистил, а я вздремнул.

– Кто-нибудь ещё реципиенту управление передавал?

– Ненадолго, надолго что-то боязно.

– А не боитесь, что у пацана крышу сорвёт, выскочит, начнёт орать? Главная задача - наладить с ними бесконфликтный диалог на доверии.

– Подзадача одной из главных задач. Как у Оруэлла?

– В приложении к нам - выжить, во-первых, умереть богатыми и счастливыми, во-вторых.

– Ещё изменить мир.

– Тебе ж говорят - выжить.

– А мы не нарочно.

– С этим разобрались. Далее...

Тут на границе круга света от лучины появился какой-то силуэт. К нему метнулась тень. Послышался звук удара. Силуэт скорчился на полу и что-то быстро забормотал по-английски.

– Зак, что они там?

– Прилизанный влез. Может, хотел подслушать. Только говорит что, если Дристуна ещё не проиграли, то не надо, за него, мол, капрал с бакенбардами пинту рому посулил. Завтра, - отвечает Зак в страхе и отвращении.

Меня как подбросило с пола. Луплю в силуэт со всей дури, как пенальти пробиваю. Английский футбол, блин. Снова скулёж, Джек что-то ответил. Силуэт на карачках судорожно скрылся в темноте трюма.

– Переводи, Захарушка.

– Здорово ты его! А этот, типа, проиграли, так проиграли, а Длинный ему, мол, сейчас на тебя сыграем!
– веселится Заки.

Джек говорит:

– Ты садись, болезный, не выходи из роли. Правильно всё, не оправдывайся. Как понял?

– У Зака спросил.

– Нефига себе! А мой считает, что это сон такой страшный.

– Ага! У него! Страшный!
– выдавливаю сквозь смех.

– Хорош психовать.

– Да не психую я, просто ржу.

– Тогда ладно, посмейся, уникум. Будем беречь. И вообще, когда меня тут прервали, я хотел сказать, что нам нужно друг друга беречь. Первое задание - наладить с пацаном диалог. Узнать его историю, предпочтения, выловить в башке всех тараканов и под микроскопом изучить. Понятно, что получится не завтра, но работайте усердно. Это условие нашего выживания. Теперь, раз передумали помирать, давайте пока живы познакомимся, что ли. Я - Длинный Джек, Руда, лидер "Варанги", студент медик.

– Пол Головня, Лют, "Варанга", капитан артиллерии в запасе, егерь, водил туристов по экстремальным маршрутам.

– Зак без клички, и неча ржать. Неждан, "Варанга", охранник, инструктор-рукопашник.

– Сбитый Грегори, Плюшевый, "Чёрные псы", промышленный альпинист.

– Сука!
– шипит в мозгу Захар.
– Он подельник Прилизанного.

– Помиритесь. Он уже не только приятель Прилизанного, - успокаиваю Зака и замечаю взгляд Плюша. Внимательный такой взгляд. Плюшевый - самый хитрый "пёс". Крови мы друг дружке попортили! Отвечаю на взгляд улыбкой. О, тоже улыбнулся!

– Эндрю Окошко, Пушок, "Чёрные псы", таксист, дистанционно учился на психолога. Как зачем? Это ж для таксиста самое интересное!

– Вот к тебе пацанов по одному и направим,- говорит Руда довольно.

– А ко мне можно скопом. Гарри Весельчак, Черныш, главарь "псов", студент филолог, пятый курс. Чего охренеть? Этнография, фольклор, короче, ты будешь пацанам сказки рассказывать?

– Я говорю, охренеть, что самый крутой из псов - филолог.

– Я на Кавказе со срочки на контракт остался... когда вернулся, захотелось отдохнуть от всего, отвлечься... а ты?

– Грязный Дик, Стужа, "Варанга", строитель, отделочник. В смысле отделать, потом построить - мент, участковый из пригорода. Тоже водил экстремальные экскурсии. По цыганским хуторам. Думал, что довожусь, ан гляди ты, пронесло.

– Угу, "тебя бы так пронесло". Да, Неждан? Сам пошёл. Пит Пройдоха, Сыч, стажёр,"Варанга", доцент МГУ, математическое моделирование и социология. Что нихрена? Должен же сюда попасть человек с законченным высшим образованием?

– Только немного не по профилю.
– Черныш задумчив.

– Фигня. У нас всё не по профилю, и ничего, справляемся.

– Есть хоть один нормальный ботан в нашей компании?
– озабоченно спрашивает Руда.

– Смотря кого считать ботаником. Меня из сельхозтехникума выгнали и призвали в ряды. Мне тоже смешно. Сейчас, а тогда... Эб Топор, Зуб, "Чёрные псы", садовод.

– Хм, тоже крест. Угрюмый Джордж, Клык, "Чёрные псы", лошадок разводим. Э... разводил...

– Не зарекайся так, - Руда строг.

– Ну, правильно, мы ж пока ещё не сдохли! Я - Энтони Хап, Хаски, стажёр, "Чёрные псы", студент политена, третий курс, машиностроение.

– Жадина Пью, Маламут, я как брат.

– Близнецы?! Ну, ё-ё-ё! А что рожи в синяках?
– Черныш рад своим малышам.

– Дали пацанам порулить. Пью считает, что они спалились из-за Тони, типа, он пожадничал, не надо было часы у жмура брать, - говорит Маламут.

– А Тони, вообще, Пью, крысу такую, удавит нах... за то, что он те часы всё выкинуть собирался, да так и не собрался, в кармане таскал!
– чуть не лает в ответ Хаски.

– Сами не начинайте. Вам допзадание - помирить пацанов, - командует стажёрами Черныш, и, обернувшись к самому задумчивому мальчишке, гаркнул, - а ты чего молчишь?

– Всё как-то странно... никак в себя не приду, прости. А по теме - Невиноватый Джон, Своята, "Варанга", мастер спорта по стрельбе из лука, тренер. А что мы, парни, как-то без своих имён знакомимся? Я, например...

– Своятушка, ну, если мне живому было похрен, как тебя зовут, - спрашивает Плюш задушевно, - вот сейчас что-то сильно изменилось?

– Умерли мы, и имена наши тоже, - прерывает его Пушок.
– Без имен проще, значит эффективнее. Нам с пацанами нужно работать, а не сопли друг другу вытирать, они сопли презирают.

– Верно. Между собой как в команде, срабатываться. Кто у нас главный?
– Стужа конкретен.

– Считаю, что "Варанга" выиграла в нашем последнем бою - знак судьбы. Предлагаю в лидеры Руду, - очень серьёзно говорит Черныш.
– Кто против?

– Да тут с тобой спорить, да ещё про Руду, психов нет, - выражает общее мнение Пушок.

– Принято единогласно. Давай, старшой, пугай нас дальше, - покончив с демократией, Черныш передаёт Руде ведущую роль.

– Хм, действительно, мрачноватые перспективы в новом для нас 17.. . году. Как доплыть до каторги и что там делать, мы обсуждать не будем. Потому что доплыть до каторги на этом судне не удастся по любому. Эта лохань - не каторжник. Это наш эшафот. Не верите? Неждан, что тебе Кэп сказал?