Чтение онлайн

Слуга проводил нас в большой холл, где уже ожидала служанка. Она пригласила нашу троицу в гостиную и предложила чаю.

Вскоре за дверями послышались шаги, и я напряглась. Что это, стоны? Да. Кто-то, тихо постанывая, приближался к гостиной.

В комнату, поддерживаемая двумя слугами, вошла пожилая женщина. Она была одета в черное глухое платье с камеей на стоячем воротничке. Украшенный рюшами и лентами чепец прикрывал её пышную причёску. Похоже, это и есть Елена Андреевна Милютина. Постанывала именно она, с трудом передвигая ноги.

Мы встали с софы, проявляя уважение.

– Добрый день, ваше сиятельство. Прошу прощения за непрошеный визит… - начала было я, но матушка князя оборвала меня, обращаясь к слугам, которые усаживали ее в кресло.

– Да оставьте вы меня! Прочь! Прочь!

Те быстренько ретировались из гостиной, а мы растерянно молчали, не зная, как себя дальше вести.

– Это вас мой сын привез в Россию? – Елена Андреевна бросила на меня неприветливый взгляд.

– Да. И я очень благодарна ему за это, - ответила я. – Его сиятельство очень благородный человек.

– Зачем вы приехали ко мне? – женщина на секунду прикрыла глаза. Она испытывала боль, это было очевидно.

– Смею предположить, что у вас уже побывала полиция? Посыльного графа ограбили и убили, когда он направлялся к нам, - я говорила мягко, спокойно, чтобы лишний раз не нервировать ее. – Но письмо его сиятельства все же попало мне в руки. Мы приехали, чтобы узнать: действительно ли все в порядке с графом?

– С Владимиром все в порядке. Он отбыл по поручению императрицы, - процедила Елена Андреевна. У нее неожиданно вырвался слабый стон. Женщина сразу стала злой. – Я удовлетворила ваше любопытство? Тогда оставьте меня. Мне нужен отдых.

И тут вдруг Надя, молча стоявшая все это время справа от меня, направилась к матушке графа. Та изумленно наблюдала, как девушка присаживается рядом с ней и ощупывает колени. Через минуту шок прошел, и Елена Андреевна гневно воскликнула, дергая шелковый шнур:

– Что вы делаете?! Вы в своем уме?! Сидор! Сюда! Сидо-о-ор!

– Надя! – тихо воскликнула я, не понимая, что она затеяла. – Прекрати!

Но моя подруга никого не слышала, продолжая ощупывать колени вопящей женщины.

– Я могу помочь вам унять боль, - наконец произнесла девушка, поднимаясь. – Если вы доверитесь мне, уже сегодня будете спать как младенец.

В этот момент в гостиную ворвался слуга, а с ним несколько горничных.

– Звали, барыня?!

Елена Андреевна молчала, внимательно глядя на Надю.

– Прочь подите, - приказала она, не глядя на слуг, и когда те, недоуменно переглядываясь, вышли, матушка князя спросила:

– Милочка, вы обещаете избавить меня от боли, которая мучает мои ноги уже пятый год? Неужели вы думаете, что я поверю в это? Я забыла, когда нормально спала! Теплые компрессы облегчают мое состояние, но это ненадолго!

– Вам не нужно верить или не верить, просто позвольте помочь, - улыбнулась Надя. – Разве вы что-то потеряете?

– И что вы собираетесь делать? – Елена Андреевна не спешила соглашаться, но явно до этого было недалеко: боль вымотала бедную женщину.

– У вас есть лечебные травы?

– Да… имеются, - матушка князя зло усмехнулась. – Но только вряд ли вам удастся излечить мои ноги чаем из ромашки.

– Вы позволите взглянуть на них? – Надя словно не замечала ее язвительности.

– Да ради Бога… - проворчала Елена Андреевна и снова дернула за шнур колокольчика.

Нас пригласили остаться на обед, пока Надежда занималась приготовлением отвара. Само собой, одни травы в этом случае вряд ли могли бы помочь, но в купе с колдовской силой отвар превращался в зелье. Зелье, сваренное настоящей ведьмой.

На обеде хозяйка не присутствовала, а когда слуги начали собирать со стола, в столовую вбежала горничная и выдохнула:

– Барыня-то наша! Спят! Аж похрапывают! Я с нее чепец сняла, она даже глаза не открыла!

Слуги начали переглядываться, не веря в происходящее. А горничная вдруг бросилась перед Надей на колени и схватила ее за руки:

– Барышня, прошу вас, помогите нашей графинюшке! Сил уж нет ее нападки терпеть! Барыню боли мучают, а она нас! Господом Богом молю!

– Помогу, помогу… Встань, – Надежда помогла горничной подняться. – Все будет хорошо. Обещаю.

К вечеру настроение Елены Андреевны разительно изменилось. Она не могла поверить, что больше не чувствует боли.

– Да как же вам это удалось, дорогая? – вопрошала матушка графа у смущенной Нади. – Чудо! Ей Богу, чудо! В заграницах так травки-то выучили?

– Разбираюсь немного. Ваше сиятельство, я вам нужные травы смешаю, а горничная пусть отвар делает. Пить его нужно три раза в день. Как закончится, отправьте за мной, я еще приготовлю, - тихо заговорила Надя. – И ножки-то берегите. Их в тепле держать нужно, но ходить не забывайте. Я еще вам мазь передам.

– Молиться за вас буду, Наденька, - всхлипнула матушка графа, утирая слезы платочком. – Видать, не просто так Володенька вас в Россию привез. Божье провидение, не иначе…

Дом Милютиных мы покидали с легким сердцем, погостив в нем несколько дней. Все сложилось просто замечательно! Надя помогла Елене Андреевне, а мы приобрели еще одного друга. Теперь новости от Владимира, как я и хотела, можно будет получать из первых рук.

Зато дома ждала не очень приятная новость. Прибыл поверенный. Он дожидался меня, чтобы объявить о решении барона…

Приезд поверенного заставил меня нервничать. Я хоть и знала, что этот момент произойдет в самое ближайшее время, но надеялась, что не так быстро.

– Мы можем поговорить в конфиденциальной обстановке? – вежливо поинтересовался Петр Симонович, когда я привела себя в порядок после дороги и спустилась в гостиную. – Мне бы не хотелось, чтобы нас кто-то услышал.

– Да, конечно. Пройдемте в кабинет, - предложила я. – Там нам никто не помешает.

Я распорядилась, чтобы нам принесли чай, и мы устроились в небольшом, но уютном кабинете. Здесь было много книг, напротив камина стоял большой письменный стол, а между стеллажами — диван, обитый немного потертой коричневой кожей.

– Как я понимаю, барон не отказался жениться? – мои губы растянулись в понимающей улыбке. – Угадала?

– Ситуация немного другая… Мария Дмитриевна, барон Вревский действительно согласился на этот брак, но есть нюансы… - ответил поверенный, надевая очки. – Вот так лучше. В последнее время я стал еще хуже видеть.