Чтение онлайн

– Да, этот заяц был моей любимой игрушкой долгое время, я даже засыпала вместе с ним и не хотела расставаться. Но вот сам день я никак не помню, вернее не сам день, а вас, вас я не помню.

– Знаю, твоя мама сказала, что на следующее утро, когда ты проснулась, ты сказала, что тебе приснился папа. Видимо детский мозг так отреагировал на меня. Если хочешь, можешь оставить фотографию себе.

– Вы разрешаете?

– Конечно, почему нет? Она твоя. Ладно не буду больше тебя отвлекать. Болтать хорошо, но дела никто не отменял. Рад был пообщаться, Лина. Надеюсь, впереди у нас с тобой еще много будет разговоров. Ты главное не закрывайся от нас. Знай, что в этом доме тебя любят и не желают зла.

Алексей почти вышел из беседки, но потом повернулся, слегка улыбнулся и сказал:

– Я не был хорошим отцом для своих девочек, но очень надеюсь им стать. Как говорят, лучше поздно, чем никогда.

И еще очень надеюсь, что когда-нибудь ты назовешь меня папой...дочка.

Я даже не успела ничего ответить. Алексей быстро зашагал в сторону дома, хотя и ответа от меня он явно не ожидал.

Вот так я только второй день здесь, а каждый час новые события. Надеюсь, скоро мне станет полегче, потому что назвать этого мужчину папой действительно уже хотелось.

Посидев еще немного, почувствовала, что уже проголодалась. Решила здесь же и пообедать, свежий воздух, спокойная обстановка - все способствовало хорошему аппетиту. Обед прошел гораздо лучше, чем завтрак, но вскоре меня позвали.

Оказывается приехала Стелла Эдуардовна. Она уже была в моей комнате вместе с двумя помощниками. На вид ей было за шестьдесят, но выглядела безупречно. На ней был строгий брючный костюм, на пальце кольцо с зеленым камнем в комплекте с такими же серьгами.

Одним словом, элегантная дама. Чем то мне напомнила даже Раису Ильиничну. Даже представила их рядом, может быть они и стали бы подругами? Есть в них что-то общее.

– Здраствуйте, - как всегда, я решила поздороваться первой.

– Здравствуй, ты, конечно, же и есть Ангелина! И это был не вопрос. Именно такой, я тебя и представляла. Надеюсь, ты не против, что мерки будем снитать у тебя в комнате?

– Нет, конечно, мне кажется, так даже удобно.

– И я так думаю. Примерки тоже будем проводить здесь. Мое ателье находится не близко, и ехать через весь город по пробкам не вариант. Поэтому и приезжать я буду сама к тебе, договорились?

– Конечно, - ответила я.

– Что ж, раз мы решили некоторые вопросы, давай перейдем к основному.

Стелла расположилась в кресле и достала из сумки альбом, одела изящные очки и стала что-то рисовать.

– Расскажи мне, какое платье ты бы хотела для себя, какие цвета тебе нравятся, все, что близко тебе по душе.

Я не знала,что мне нравится. Особой тяги к моде у меня не было, а подобные мероприятия мне и не снились. Но я примерно представляла, что могло бы мне понравится и стала рассказывать.

– А теперь расскажи мне вкратце о себе, - попросила Стелла, - только не всю твою жизнь, а именно самое главное, чтобы ты рассказала о себе.

Я начала рассказывать, что люблю весну, весенние дожди, майские закаты и рассветы. И даже не заметила, как пересказала чуть ли не главные события в жизни.

Когда закончила, Стелла позвала меня к себе.

– Ну вот, примерно и все,взгляни, дорогая!

Стелла протянула мне свой эскиз, на котором была я в длинном красивом платье. Нарисованное простым карандашом, оно уже был бесподобным, а в живую точно бы стало произведением искусства.

Несомненно у этой женщины талант и безупречный вкус. Не понимаю, как Дарьи не нравится одеваться у Стеллы. Ведь сразу видно, что она мастер своего дела с большой буквы. Стелла не просто рисует, она творит, чувствует человека, которому шьет, вкладывает всю душу в образ.

– Марьяна, подай мне, пожалуйста мой чемодан, - обратилась она к помощнице.

Девушка взяла увесистый такой чемодан и подойдя к нам открыла его. Внутри были образцы разных тканей, от цвета и изящества разбегались глаза. Качество отменное, и платья, пошитые из них будут бесподобны.

– Смотри, дорогая, бал в твою честь, о нем еще долго будут говорить, поверь мне. Все эти снобы будут целый вечер глазеть на тебя. Уверена, все мужчины от пятнадцати до семидесяти будут в восторге от тебя.

А вот эти дамы от зависти начнут грызть свой маникюр и плеваться желчью.

– Ой, ну скажите еще!
– я даже рассмеялась от слов Стеллы.

– Ангелина, я долго живу на свете и знаю это общество изнутри. Не верь всем, кто тебе улыбается и хвалит. Здесь соберется много семей со своими наследниками, и поверь многие из них захотят тебя себе.

Ангелика уже вроде как пристроена, хотя мне кажется ничего хорошего там не будет. Останется с Лебедевым и всю жизнь проживет, как мать.

– Да, согласна, - не дождавшись какого-либо ответа от меня, Стелла продолжает, - в этом обществе браки заключаются по договоренности, но элементарное уважение к своей паре, общие интересы должны быть. Во времена Глеба все было по другому. Ему очень повезло с Машей. Жаль, что она так рано ушла. Удивительная была женщина и с отличным вкусом.

Видно, что Стелла ушла в свои воспоминания, но быстро, прийдя в себя сказала :

– Не думай, что это обычный вечер. Говоря простым и понятным языком, это будут твои смотрины. Тебя представят, как наследницу Мальтовых, и с Ангеликой ты станешь на равных. Породниться с Мальтовыми хотят много семей, и сама ты очень красивая и видно, что еще и наивная.

Девушки твоего возраста из этих семей очень избалованны, не имеют вкуса и чувства такта. Такие, как я и остальные, кто ниже их рангом, для них не более, чем грязь из - под ногтей.

Они не знают, что значит любовь, уважение. Балы для них - это вечеринки, а наряды у каждой все откровеннее. Они пытаются выпасть из трусов, чтобы выгоднее себя продать!

Девушка Марьяна рядом прыснула со смеха.

– Самое удивительное, что и родители им потакают во всем. Хотя многих из этих родителей я помню еще детьми. Многим из них я даже лично шила свадебные наряды.

Теперь же у девушек мода заказывать наряды у дизайнеров, которые и иголку в руках не держали. Другие заказывают прям из Милана.

Ты не подумай, я ни капельки не завидую, даже скажу более, я давно не беру все заказы подряд. Я шью душой, как вижу, и никогда не сошью то, что мне навяжут насильно. Ни за один свой наряд мне ни разу не было стыдно.