Чтение онлайн

Если бы я знал, что будет после, обязательно бы отговорил. Нет, я не против помощи детям, но поручил бы это помощникам. Но Маша решила, что справится сама. Как раз в то время ходил какой-то вирус.

Когда мы уже возвращались домой, ей резко стало плохо. Поднялась сильно температура, она вся просто горела. Дома уже собрали лучших врачей. Они поставили диагноз ОРВИ. Начали лечение, но за несколько дней улучшений не было. Ей становилось только хуже, она таяла на глазах. Это было самое страшное время для нас. Детей к ней не пускали.

Я заходил к ней ненадолго и то только в специальном костюме. В больницу ложиться мы отказались. Создали здесь у себя дома современную для того времени палату. Лучшие медсестры и врачи дежурили круглосуточно.

Брали всевозможные анализы, но лучше не становилось. Потом нам предложили какой-то экспериментальный препарат. Я был согласен на все, хоть и были и риски. Сидеть и ничего не делать, тоже не выход.

Действительно, лекарство подействовало. Маша пошла на поправку, начала есть, разговаривать, по - тихоньку вставать. Ей разрешили не долго видеться с детьми. Но она все равно была еще очень слаба. Казалось, жизнь налаживается.

Но тут на одном из наших заводов в Болгарии случилось ЧП. Мне лично нужно было лететь и присутствовать.

Как раз это все совпало с дебютным выступлением Кристины. Думал, это не займет много времени, и я успею вернуться. На сердце уже было не спокойно, как будто что-то должно случиться.

Леша и Кристина отговаривали лететь меня, как могли. Но у меня же есть долг перед людьми, ответственность. Знал, что так все получится, послал бы всех и все. Кто знал, что мою Машу живой я никогда больше не увижу.

Голос дедушки дрожал. Я и сама во всю уже плакала.

– Быстро порешать вопросы не удалось, так как пострадало несколько человек. Все обошлось без жертв, нашей вины ни в чем не было. Это сейчас я понимаю, что можно все было решить и без моего присутствия.

Имея такой штат сотрудников, кучу юристов, как сейчас модно говорить менеджеров, директоров. Они и нужны для решения разных вопросов, в том числе и таких.

В гостинице, как и офисе, меня почти не было и дозвониться ко мне никто не мог. Оказывается, когда я уехал, Маше стало резко хуже.

Дорогие мои читатели! Очень рада вас видеть в своей первой истории. Спасибо, что находите время для прочтения. Очень жду от вас комментариев, что вам нравится или не нравится. А также буду рада, если подпишитесь на меня, а если вас заинтересовала история, не забудьте поставить нравится!

– Но она была упрямой до конца. Врача сразу не вызвали, она не позволила. Хотела попасть к Кристине на выступление. В театре был самый настоящий аншлаг.

Леша тоже пытался отговорить мать, но все бесполезно. Как я понял, она списала плохое самочувствие на побочные от новых лекарств.

Кристина выступила очень успешно, ей аплодировали стоя. Публика никак не могла успокоиться, вся сцена была уложена цветами.

Прям в конце уже выступления Маша уже не могла держаться. Ее увезли прям оттуда в больницу. Дети были все время рядом...в отличие от меня. Она уже начала бредить, ничего не понимала,но все время звала меня.

Дедушка замолчал и закрыл глаза, в уголках которых появились первые слезинки. Не открывая глаз, он продолжил :

– Оказывается, у нее отказали почки, пошла интоксикация всего организма. Последние часы она держалась только за счет здорового сердца. Врачи ее не спасли...

Я прилетел всего через пару часов, после ее... Понимаешь, Ангелин? Пару часов мне не хватило, чтобы проститься со своей Машей, услышать ее последние слова.

Если с Лешей мы поддерживали друг друга, то Кристина держалась все время отстраненно. Все списывали это на стресс сначала. Она не выходила из комнаты, почти ничего не ела и ни с кем не общалась. А через пару недель после похорон, сказала, что считает меня полностью виновным в смерти матери.

Если бы я не возил везде ее с собой, она бы никогда не заболела так сильно. А будь я дома, может быть бы удалось ее спасти.

Но больше всего еще потрясло то, что балетом она решила больше никогда не заниматься. Так как выходя на сцену, всегда будет вспоминать лицо матери в последние минуты ее жизни.

Я был зол на нее за все это. Вместо того, чтобы поддерживать друг друга и быть как никогда сплоченными, она возненавидела меня. Все свои награждения, грамоты и медали она сложила в ящик и хотела сжечь. Чудом нам с Лешей удалось все спасти.

Время шло, но на контакт со мной она никак не шла. Леша пробовал с ней общаться, разговаривать, но своего мнения обо мне она так и не поменяла.

А в один день она и вовсе сказала, что уходит из дома. Я взбесился тогда, решил, что так она пытается сделать мне больно, хотя, куда сильнее? В тот день мы многого наговорили друг другу плохого.

В порыве злости я сказал, что, если хочет уйти, пусть уходит, я не буду держать. Но уходит без ничего. Если не хочет носить мою фамилию и жить в одном доме, значит пусть живет без моих денег, фамильных драгоценностей, и Леше запретил всячески помогать сестре.

На ней были только лишь серьги, которые передавались в нашей семье по женской линии и маленький рюкзак с вещами. Все! Наследница Мальтовых, как какая-нибудь нищенка пошла скитаться.

Она к тому же и школу до конца не закончила, только неполное среднее образование. Я бы мог запереть ее в доме, приставить охрану к ней. Но в тот момент думал, что ей нужна именно свобода. Ее глоток и реальная жизнь вне дома отрезвит Кристину, приведет в чувства. Это, как психотерапия.

Она ведь и жизни другой никогда не видела. Не знает, что существует бедность, преступность, безысходность. Она жила ведь, как принцесса, но капризной и высокомерной никогда не была.

Думал пару дней, от силы неделя может, и она прибежит обратно, станет просить прощения. Но нет. Ни через одну, ни через две недели, даже через месяц она так и не вернулась назад домой.

Я тайком приглядывал за ней, даже через Лешу пытался давать ей деньги. Но она очень гордая, моя девочка.

Кристина устроилась посудомойкой на работу. Представляешь, моя принцесса, которая всю жизнь спала на шелковых простынях и тяжелее ложки ничего не держала, стала горбатиться и обслуживать других!