Чтение онлайн

Говорили, будто исчезновения и смерти, связано с буйством нечисти в местных лесах и особенно на болотах. Иронично, но отчасти по этой причине характер ран на теле Юкрая не оставил местных теряться в догадках. Новеньких дом молодожёнов как раз располагался на окраине города.

Лидис заколола новоявленного мужа вилкой для мяса. Однако ей хватило хладнокровия своевременно избавиться от орудия убийства и разыграть перед соседями чудом уцелевшую жертву нападения.

Местные поверили. Ведь они понятия не имели, как должны выглядеть раны, нанесённые разными видами монстров. Но перед ними предстала напуганная до полусмерти хрупкая девушка, которая по их разумению не могла совершить ничего подобного.

Кузена Юкрая арестовали. Его отправили Реттеро, где собирались допросить и предать суду. Что касается градоправителя, я очень сильно сомневался в том, что он останется им хотя бы на год. И хотя он сам не участвовал в преступлениях, его молчание стоило многих жизней.

— Теперь можешь спать спокойно, — закончив свой пересказ, Дэрен ободряюще улыбнулся и похлопал меня по плечу.

— Да уж надеюсь. Не хотелось бы мне быть проводником чьей-то воли до конца своих дней. Это слишком тяжело.

Вампир сочувственно посмотрел на меня.

— Что будет с Лидис? — спросила Тия, тоже внимательно его слушавшая.

Ответ был донельзя туманным:

— Думаю, она не вернётся в Виссу, хотя и в Реттеро не задержится. У девушки начинается новая жизнь, можете не волноваться.

Селестия бросила на Дэрена гневный взгляд, безмолвно требуя большего. Даже демонстративно пальцы размяла, текучим движением перемещая вес на правую ногу, будто готовилась к прыжку.

— Да не могу я сказать! — выпалил Дэрен, сверкнув глазами в ответ. Правда, у него это вышло совсем не зло, а скорее, провокационно. — Я обещал.

Девушка отступила, сложив руки на груди. На губах затаилась лёгкая улыбка, предвещавшая вампиру возмездие. Скорым оно, может быть, и не будет, но Тия обязательно припомнит недосказанность. Весь её решительный вид говорил об этом.

Я осуждающе покачал головой, проводив Селестию взглядом.

— Ну зачем ты так? — обратился я к Дэрену, когда дверь за спиной девушки прикрылась. — Хотя бы намекнул…

— А я и намекнул, — он развёл руками. — Большее уже не имеет значения, Глен. Это чужая тайна.

Я согласился, не став допытываться. Дэрен не лукавил. Правда, в тот момент у меня возникло предчувствие, что эта тайна нам ещё аукнется.

В ночь открытия Зимних Врат, приготовление глинтвейна и разжигание костров были такой же укоренившейся повсеместно традицией, как и массовые гуляния в Середину Зимы. Тогда мы ещё не знали, как долго пробудем в Виссе, но о дороге никто не заговаривал. На время наши жизни попали в спокойное русло и никого это, кажется, не тревожило. Каждый день был наполнен какими-то приятными мелочами, которые в будущем обязательно дополнят согревающие душу воспоминания.

— Надеюсь, вечер и ночь пройдёт без незваных гостей, — вздохнула Тия, наблюдая за тем, как я колдую над плитой.

— Если это не входит в местные традиции, — задумавшись всего на миг, ответил я.

Нам бы главного гостя дождаться. Дэрен в последнее время совсем запропал. Ведь с герцогом у него сложилось весьма плодотворное сотрудничество. Настолько, что Георн доверил ему присмотреть за городом, пока не сыскалось надёжного человека. Вот и носило побратима где-то между Виссой и Риттеро.

— У них принято встречать это время в кругу близких, — сообщила девушка, как всегда успевшая узнать о местных обычаях.

А ведь по сути, ближе Дэрена и Тии у меня никого не было.

Похоже, Селестия подумала о том же, прикусывая губу и делая вид, будто отвлеклась на покипывающий на плите сироп. По маленькой кухонке плыл аромат ягод и жжёного сахара, но последнее никого не смущало.

— Если Виссу затянет туманом, Дэрен придёт на запахи, — предположил я, желая разбавить неловкость.

— Верю, что город он найдёт. Но в поисках нашего дома ему придётся основательно поплутать, — хихикнула Тия. Затем, она взяла прихват и сноровисто поставила кастрюльку у окна. — Ещё по чаю?

— Нет уж, время чая вышло, — фыркнул я, поднимаясь с табуретки.

Тия наоборот присела, чтобы не мешать, поглядывая за моими действиями с неподдельным любопытством. Иным способом вмешиваться в процесс приготовления глинтвейна она не решалась, покуда я не позаимствовал немного сиропа и, всыпав в него приправы, поставил на плиту.

— Ты всегда импровизируешь? — наконец, спросила девушка осторожно.

— О нет, так может показаться со стороны… — я невольно усмехнулся, впервые увидев перед собой столь благодарного слушателя на тему рецептов. — На самом деле я чувствую, подойдёт тот или иной ингредиент или нет. Согревающий глинт от простуды всегда отличается от праздничного. В этот мне хотелось бы добавить немного шиповника и смородины, хотя и так получится неплохо.

Селестия прикрыла глаза, улавливая тончайшие ароматы и соглашаясь едва заметным кивком. На губах блуждала расслабленная улыбка.

— Можно ещё вопрос?

— Разумеется. Наши посиделки к ним располагают.

— Откуда такие увлечения? — беззастенчиво поинтересовалась Тия, поглядывая на меня из-под ресниц. — Полагаю, обычно охотники ограничиваются подогретым вином. У тебя это выглядит как священный ритуал.

Она была права. Я никогда не задумывался об этом всерьёз. Мне казалось вполне естественным использовать полученные навыки для своих нужд. И приготовление глинта я тоже воспринимал частью своей жизни.

— Это целая история, — нарочито строго предупредил я девушку.

Тия приподняла уголки губ в полуулыбке, а в глазах сверкнул знакомый озорной огонёк.

— Буду рада её услышать.

***

Это была самая неприятная, слякотная осень на моей памяти. Осень, когда я решился на побег…

Ветер хлестал мощными водяными струями в лицо, стекающими по разгорячённой шее прямо под рубашку. Дыхание вырывалось с надсадным хрипом, а ноги подгибались и дрожали, как у новорожденного оленёнка. Меня заставляло двигаться вперёд только сверхъестественное упрямство и страх возможной погони.