Чтение онлайн

Когда в конце марта в Северную Африку прибыла 5-я немецкая легкая дивизия, 9-я австралийская дивизия без одного полка, оставленного в Тобруке, и главные силы 2-й английской бронетанковой дивизии занимали позиции восточнее Эль-Агейлы, в непосредственной близости от города. В начале марта английский главнокомандующий генерал Уэйвелл, несмотря на отправку части сил в Грецию, еще не считал положение угрожающим. Ему было известно, что две итальянские дивизии и одно немецкое соединение, численность которого он считал равной примерно одному усиленному танковому полку, прибыли в Триполи. Этих сил, по его мнению, хватило бы самое большее на то, чтобы оттеснить англичан до Аджедабии. На продвижение противника до Бенгази он не рассчитывал. Далее, он считал, что потребуется по меньшей мере два месяца для переброски двух немецких дивизий в Триполи и что тогда возможности порта Триполи как базы снабжения будут полностью исчерпаны.

Наступление в жаркое время года казалось ему в высшей степени невероятным. Поэтому до конца лета, по мнению Уэйвелла, наступления итало-немецких войск не будет, а возможно, его удастся оттянуть еще дальше атаками на конвои противника в Средиземном море. В конце марта Уэйвелл на основании новых сведений, а также ввиду энергичных действий немецких войск оценивал положение как уже более серьезное, но надеялся на то, что численность немецких сил сильно преувеличивается и что он, хотя и с некоторым трудом, сможет продержаться в течение нескольких месяцев, а к тому времени положение в Греции улучшится или прибудут новые силы в Египет.

*

Нельзя считать, что Уэйвелл был совсем неправ в своей оценке обстановки – воевать летом в Африке невозможно по определению. Но немцы-то этого не знали! Поэтому и одержали первую победу над противником – убежденным, в свою очередь, в немыслимости боевых действий при температуре воздуха выше +50. Наступление с ограниченной целью, начатое Роммелем 31 марта против английских войск перед Аджедабией, только благодаря неожиданно удачной местной обстановке и дерзкой смелости быстрого продвижения, на которое английский главнокомандующий не мог рассчитывать, вылилось в крупное наступление, запланированное Роммелем лишь на конец мая.

Правда, нельзя сказать, что англичане уж совсем впали в легкомысленность – в конце марта Уэйвелл ввиду энергичных действий немецких войск оценивал положение уже серьезней. Но все же надеялся на то, что численность немецких сил итальянскими пленными сильно преувеличивается (некоторые особо впечатлительные неаполитанцы пугали англичан высадкой в Триполи немецкой танковой армии!) и что британский фронт в пустыне продержится до июля. А к тому времени либо положение в Греции улучшится, либо в Египет прибудут новые подкрепления. Да к тому же 29 марта английская Александрийская эскадра нанесла сокрушительное поражение итальянцам в бою у мыса Матапан – потопив тяжелые крейсера «Зара», «Пола» и «Фиуме» и изрядно повредив линкор «Витторио Венето». Так что возможности прикрывать конвои снабжения у итальянцев здорово упали – в такой обстановке английское командование не рассчитывало на какую-то активность врага на суше.

*

Увы, Уэйвелл здорово недооценил Роммеля.

Роммель во главе своего на скорую руку собранного оперативного объединения пошел на восток – и добился невероятных (учитывая крайнюю малочисленность своих войск) успехов!

Удар на Аджедабию оказался успешным, англичане отошли в направлении на Бенгази. Стремление англичан уклониться от решающего боя навело Роммеля на смелую мысль захватить также всю Киренаику. Итальянцы (их командующему Роммель был тогда подчинен) были категорически против подобной авантюры. Наплевав на прямой приказ Гарибальди (итальянского главкома в Ливии), Роммель велел своим танкистам не останавливаться.

В результате стремительного немецкого марш-маневра 4 апреля порт Бенгази был ими захвачен почти без боя. 2-я танковая дивизия англичан и 9-я австралийская дивизия начали отход на восток, постепенно превратившийся в паническое бегство от неизвестного (а потому и жуткого) противника. Слухи УТРАИВАЛИ мощь танковых сил Роммеля, а опасность оказаться отрезанными в бесплодной пустыне от источников пищи и, главное, воды – жутко нервировала австралийцев. Управление английскими войсками оказалось нарушенным, у британских танков, находившихся в районе Эль-Мекили, кончилось топливо, и поэтому большая часть танков была попросту брошена. Танкисты, пересев на грузовики (знакомая картина, не правда ли? Через год с небольшим нечто похожее произойдет в западных областях Белоруссии и Украины…), начали отступление на восток, к Тобруку; и мало-помалу это отступление превратилось в хаос. Австралийцы также начали отход, по пути постоянно ведя бои с немцами.

Вообще все приграничное сражение проходило в форме коротких стычек непрерывно маневрирующих войск – и у немцев это получалось гораздо лучше. В результате 2-я танковая дивизия англичан была разгромлена (вернее сказать – развалилась самостоятельно), английская армия (насчитывавшая, после всех изъятий, три дивизии и десяток отдельных полков, батальонов и дивизионов) была легко и непринужденно практически полностью вытеснена одной немецкой танковой (тогда она называлась «легкой») дивизией из пределов Ливии!

Теперь в распоряжении англичан имелись только отступившая к Тобруку 9-я австралийская дивизия и спешно перебрасываемая сюда же из Египта 7-я бронетанковая дивизия плюс какие-то части из тех, что стерегли границу до всего этого безобразия.

Тобрук был ключевой позицией – английские войска преграждали важное прибрежное шоссе, сковывали основные силы противника и, таким образом, препятствовали вторжению Роммеля в Египет. И к бывшей итальянской приграничной крепости спешно устремились: с запада – немецкие танки и мотопехота (имея в обозе итальянскую дивизию), с востока – 7-я бронетанковая (в будущем – самое знаменитое соединение войск Пустыни) дивизия англичан («крысы пустыни»).

Англичане оказались быстрее – 7 апреля 7-я английская бронетанковая дивизия прибыла в Тобрук, а уже 11 апреля эта крепость была окружена Роммелем. Тобрук был крайне важен для англичан – по планам Уэйвелла, он должен был быть не только удержан при всех обстоятельствах, но и стать базой для нового наступления на Триполи. Находящиеся там войска британское командование планировало пока усилить пехотой и танками, чтобы они могли постоянно беспокоить противника и вынудить его перейти к правильной осаде. В планы британцев входило вести на ливийско-египетской границе непрерывный встречный бой с врагом так, чтобы держать его постоянно в напряжении.

В этой стратегии был свой резон – итальянцам пока удавалось снабжать свои части в Африке, но постоянные бои на истощение заставят их серьезно увеличить тоннаж конвоев. А это им сделать будет крайне трудно ввиду нехватки судов и топлива для них. К февралю запасы нефти у итальянцев сократились до одного миллиона тонн, посему ее расход вместо минимально необходимых двухсот тысяч тонн в месяц был снижен до критических пятидесяти тысяч тонн. И перспективы снабжения «кровью войны» для итальянского флота были весьма мрачными.

Поэтому, изматывая врага в Пустыне непрерывными боями, англичане рано или поздно добьются победы «по очкам».

Это стремление англичан (и не меньшая активность Роммеля) привело к ряду последовательных боев за захват инициативы, продолжавшихся до конца мая.

*

Роммель прилагал все силы, чтобы как можно скорее овладеть Тобруком, который являлся для него весьма большой помехой. Первая попытка внезапно захватить крепость 13 и 14 апреля не удалась. 15 апреля английским эсминцам удалось перехватить итальянский конвой и потопить несколько транспортов и три итальянских эскадренных миноносца. 21 апреля английский флот появился перед Триполи (три линкора и один крейсер), чтобы обстрелять порт и потопить стоявшие там суда.