Чтение онлайн

Когда ритуал встречи был добросовестно выполнен, гостью пригласили к столу под навесом, на котором стояло большое глиняное блюдо с яблоками, грушами, абрикосами и хурмой. Мариам это показалось верхом роскоши! Потом Роза вынесла плов и лепешки, после пили вкусный крепкий чай из красивых фарфоровых чашек, ели пироги и еще какие-то восточные сладости.

И все это ради нее… И вдруг Мариам вспомнила, что у нее сегодня день рождения! Ей исполнилось семнадцать! Сколько событий… Еще никогда у нее не было такого замечательного дня рождения… Эмиль за столом не сидел, и она догадалась, что так требуют местные обычаи. Но когда Фатима Казбековна назвала сына Дадашем, она пришла в недоумение, и Фатима это заметила.

– Не удивляйся, Вика, у нас неспокойная обстановка, приходится прибегать к мерам предосторожности…

Однако Мариам удивилась еще больше: откуда Фатима знает ее бывшее имя?

Но Фатима Казбековна с улыбкой пояснила:

– Дадаш мне с самого начала рассказывал про вашу переписку. Так что я знаю, как тебя звали раньше. И хочу сказать, что ты выбрала очень хорошее имя!

«Мысли она читает, что ли? – недоумевала Мариам. – Раз отвечает на незаданные вопросы… Или видит меня насквозь?»

– Но ты устала с дороги! – спохватилась Фатима Казбековна. И это тоже соответствовало действительности. – Тебе надо отдохнуть. Дадаш тебя отведет!

Будущий жених переоделся в повседневную одежду – джинсы, клетчатую фланелевую рубашку с длинным рукавом и кожаную куртку. Они вышли за калитку.

Уже стемнело. Узкие пустынные улицы не освещались. С гор ощутимо тянуло холодом, совсем близко выл то ли волк, то ли какой-то другой зверь. Было жутковато. Эмиль-Дадаш провел ее на другой конец села в маленький саманный домик, который состоял из одной комнаты, площадью метров двенадцать, и кухни, которая была в два раза меньше. Посмотрев на хлипкую дверь с тонким крючком, Вика-Мариам подумала, что если одной придется здесь ночевать, то она умрет от страха.

Но Дадаш не собирался уходить. Он снял куртку, вынул из-за пояса и положил на стол большой черный пистолет, повалился на узкую кровать.

– Раз ты моя невеста, будем спать вместе! – сказал он почти приказным тоном.

Она была готова к такому обороту, хотя и боялась первого шага на этом пути. Но она сделала уже столько первых шагов… Так Эмиль-Дадаш стал первым мужчиной в ее жизни.

– Почему ты назвался Эмилем? – спросила она уже под утро.

– Так красивей, – объяснил он. – Да и маскироваться от кафиров [7] надо…

– От кого?!

– Когда ты ехала, у тебя документы проверяли?

– Да, несколько раз!

– Вот они и есть кафиры! Пришли на нашу землю, убивают наших соотечественников, а мы с братьями ведем против них священную войну…

Вдруг Дадаш резко сел на кровати, рывком за плечо развернул Мариам к себе, впился встревоженным взглядом:

– Кстати, ты стерла нашу переписку? Уничтожила мой адрес?

У Мариам сердце провалилось куда-то вниз. Забыла! Ссора с матерью все перебила, и она совсем для другой цели возилась с компьютером… Но ничего страшного: родители не знают даже, как включить комп…

– Конечно. Что ты так испугался?

Дадаш перевел дух и снова опустился на постель.

– На нас все время охотятся, надо соблюдать конспирацию.

– Поэтому у тебя пистолет?

– У нас так принято. К тому же мой старший брат – амир. За него объявлено вознаграждение…

– Кем? Этими… Кафирами?

– Ну, да. Они могут и меня схватить, а теперь и тебя. Потому что ты уже на нашей стороне. Так ведь?

– Конечно! – Мариам действительно искренне ненавидела этих кафиров, которые хотят разрушить ее счастливую жизнь. – А сколько у тебя братьев?

– Один – Исраил!

– Ты же сказал, что вы с братьями ведете войну… Значит, есть и другие братья?

Дадаш снисходительно улыбнулся:

– Воины-муджахеды все братья! И хотя не по крови, а по вере, это ничего не меняет. Так что у меня много братьев!

Первую неделю в Узергиле Вика-Мариам прожила, как в раю. Домик хоть и маленький, но свой. К тому же с милым, как говорится, рай и в шалаше… Правда, Дадаш строго-настрого запретил выходить ей из дому и ходить по улицам…

– У нас так не принято, – объяснил он. – Соседи вообще не должны тебя видеть до свадьбы. Когда стемнеет, можешь посидеть во дворе на воздухе. Да и после свадьбы у нас женщины не бродят без надзора, как овцы. И с посторонними мужчинами разговаривать нельзя… Ну, этому тебя Фатима научит…

Дни летели один за другим. Бурные жаркие ночи пролетали быстро, утром Дадаш уходил по одному ему известным делам, возвращался вечером, и снова обыденность растворялась в ярком и остром фейерверке неизвестных ранее ощущений… В принципе, Мариам устраивала ее новая жизнь. Здесь ее никто не обижал, не было обязательных неприятных дел, не было надоедливой и тягостной опеки родителей. Ей нравилось сидеть дома – можно спокойно изучать арабский язык, читать Коран, не нужно никуда спешить, не нужно даже думать… Стирать и готовить пищу ей тоже не приходилось – всё это делала Роза или Гулизар, которые приходили каждый день с Фатимой Казбековной. Они подолгу вели задушевные разговоры, пили крепкий и какой-то дурманящий чай, и Мариам поняла, в чем секрет молодости этой женщины: в высокой духовности. Да-да, все от того, что Фатима добрая и живет по Корану. Вот сейчас ей, новоиспеченной мусульманке, растолковывает суры Корана, отвечает на все вопросы. И Аллах, в награду за ее праведность, продлил ей молодость!

Фатима Казбековна была очень внимательна: узнав, что Мариам хотела побывать в Москве, но потерпела неудачу, она рассказала про этот огромный город, который, как муравейник, кишит приезжими со всего бывшего Союза, ворами, грабителями и убийцами, про метро – грохочущие подземные поезда, в которых разъезжают все эти неверные… Мама Дадаша заинтересованно расспрашивала – не скучает ли она по родителям и по своему городу, нравится ли ей в Узергиле, и готова ли она прожить здесь всю жизнь, рожать детей, вести хозяйство и во всем подчиняться мужчине…

Будущая свекровь действовала на Мариам успокаивающе, так же, как психолог Тамара, с ее виртуальными беседами. Мариам сказала ей об этом, Фатима улыбнулась:

– Я тоже психолог, у меня был даже свой кабинет, только уже давно не работаю…

Это тоже вызвало удивление у Мариам: когда же горская женщина, во всем подчиняющаяся мужчине и вырастившая двух сыновей, успела выучиться на психолога и даже практиковать некоторое время? Но удивление тут же исчезло, так всегда бывает, когда нет никакого желания сомневаться в человеке. И вообще, какие могут быть сомнения, когда попадаешь в сказку? После ухода Фатимы Казбековны она чувствовала себя расслабленной, умиротворенной и счастливой.

* * *

Дагестан. Горное село «Х»

В честь важного гостя Абу Хаджи приказал подать отварную баранью голову. Несмотря на кулинарную простоту, это особое блюдо, не просто еда, а знак уважения и приязни. Отварную голову подают только самым уважаемым людям: героям, аксакалам, почетным гостям, иностранцам… Так испокон веков водится за праздничным столом не только на Кавказе, но и у киргизов, узбеков, татар, казахов…