Чтение онлайн

И самое главное - как-то оформить над ним опеку.

Присев на пластиковый стул возле стиральной машинки, Элис методично перетрясла все вещи пацана, опасаясь отправить в стирку кредитки, водительское удостоверение или карточку медстраховки. Но документов не оказалось нигде - ни в рюкзаке, ни в карманах куртки, ни в джинсах. Нигде и никаких.

Дождавшись, пока вещи отстираются и высушатся в быстром режиме, Элис сгребла резко пахнущее дешёвой отдушкой тряпьё в пакет и поспешила обратно в фургон.

Который за время её отсутствия вполне мог быть угнан Гэлом Чирешару.

Но Старикан оказался на месте, как и Гэл, уснувший мёртвым сном на её постели и в её халате. Он поджал под себя голые ноги и свернулся клубком - точь-в-точь как Берта, лежавшая на коврике у койки и вскинувшая лобастую голову при виде хозяйки. Элис немного постояла, глядя на эту парочку со странным умиротворением. Потом развесила вещи Гэла на спинках стульев. Подтёрла разлитую повсюду мыльную воду и раздвинула кухонный угловой диванчик, обычно собранный.

– Надо будет потом совершить рокировку, - пробормотала она и тихо засмеялась, усаживаясь на диван и распуская волосы.

День удался.

* * *

Но до рокировки было далеко, потому что парень всё-таки заболел. Вернее, в тепле и покое у него, очевидно, просто лопнула та пружина, что раньше держала его в постоянной боеготовности. Гэл впал в настоящую спячку: он, как сомнамбула, добредал только до туалета и обратно. И так же, почти не разлепляя сонных глаз, поглощал принесённую Элис еду. Всерьёз забеспокоившись, она уже намеревалась силком тащить его в больницу, но сперва наконец решила позвонить Киту, связываться с которым раньше просто боялась из-за грозящей взбучки.

– Я так и знал, - выслушав её короткий сухой отчёт, торжественно заявил Кит с подлинным удовольствием в голосе.
– Я же говорил, что ты сломаешься и подберёшь этого бродячего щеночка. Ну что ж, он с большой долей вероятности тебя обчистит и смоется, но зато какое-то время тебе будет для кого жить.

– Я живу для себя!
– сердито отпарировала Элис. Она тоже знала, что он оседлает своего любимого конька, гад такой, и начнёт распространяться о смысле, вернее, о бессмысленности её жизни!

– Я её не обчищу, и я не бродячий щеночек!
– раздался из-за её спины такой же возмущённый, ломкий и срывающийся голос.

Элис обернулась, а Кит, зараза, так и залился своим задыхающимся хохотом.

Гэл стоял у входа на кухню, завернувшись в одеяло, из-под которого торчали босые ноги. Волосы его были всклокоченными - но хотя бы чистыми, как довольно отметила Элис, - а угол одеяла волочился по полу.

– Ты его документы видела?
– отсмеявшись, деловито осведомился Кит, словно и не слышал их протестующих воплей.

– Нет у него документов, - отрезала Элис.
– По крайней мере, я не нашла. Сядь, не маячь тут босиком.

Последнее, естественно, уже относилось к Гэлу, который, обиженно засопев, исчез в спальне. Не успела Элис удивиться, как он вернулся с водительским удостоверением в руке и торжествующе шлёпнул его на кухонный стол перед раскрытым лэптопом:

– Вот!

– Где ты это прятал?
– изумилась Элис, но Гэл в ответ только загадочно ухмыльнулся.

– Мне покажи, - распорядился Кит не терпящим возражений тоном.
– Камеру включи. И на самого подкидыша хочу позырить. Кстати, привет, подкидыш.

– А ты вообще кто?
– вместо приветствия поинтересовался тот, послушно включая камеру. Странно, но Гэл сразу сообразил, как управиться со скайпом. Но если он надеялся на ответную любезность со стороны Кита, то напрасно: Элис могла бы сразу объяснить ему, что Кит предпочитает оставаться невидимкой. Точнее, вываливающейся на экран аватаркой - весело осклабившимся скелетом в чёрной пиратской треуголке набекрень.

– Никита Рязанов, её единственный мужик и по совместительству русский хакер на инвалидной пенсии, - лениво ответствовал тот.
– Короче, Кит. Поближе к камере поднеси ксиву-то. Ага, ученическая, ясно. Восемнадцати нет, но и не совсем уже сопляк. Отлично. Будет кому присматривать за нашей Леди-Не-Даёт, кроме меня.

Он снова сипло расхохотался, не обращая внимания на гневное шипение Элис, а потом продолжал как ни в чём не бывало:

– Поскольку она у нас сентиментальная и доверчивая коровушка, хоть и строит из себя крутую тёлку, я тебя самолично допрошу, подкидыш. Первый вопрос: где ксиву прятал? В заднице?

Гэл опять хмыкнул и ничего не ответил.

– Копперфилд секретов не открывает, ладно, - легко согласился Кит.
– Тогда вопрос второй, поважнее, рекомендую ответить без выпендрёжа: ты действительно гей, как заявил нашей красотке? Или всё-таки би?

Парень стрельнул в Элис взглядом и пробормотал:

– Гей. Домогаться её не стану, не бойся.

– Догадливый. Но я бы в этом случае испугался только за тебя, - фыркнул Кит.
– Что ж, у каждого свои тараканы. Один давно бродяжишь? И почему?

Элис отошла к мойке, решив не вмешиваться в эти мужские разборки, но вслушивалась очень внимательно. Она почему-то не сомневалась, что пацан ответит Киту правду.

– С полгода, - неохотно отозвался Гэл.
– От Техаса и вот досюда. Раньше с дядькой жил, с тёткой и с их детьми, когда мать умерла. Давно, в общем. Мы тоже всё время ездили. Я и не учился почти.

– Конечно, зачем тебе учиться, ты и так всё знаешь, - констатировал Кит.
– А потом что стряслось? Дядька тебя выгнал? Стоп, дай я угадаю, - он застукал тебя на каком-нибудь ковбойчике?

– Под, - уточнил Гэл, безмятежно ухмыльнувшись.

– Что ж, дерьмо случается, - Кит, судя по голосу, тоже усмехался.
– Короче, дядюшка дал тебе пинка под твою несчастную задницу, и с тех пор ты рассекаешь по Американщине один. С законом были тёрки? Давай колись, Эсмеральда.

– Если бы были, - лаконично произнёс Гэл, тряхнув кудрями, - я бы не тут сидел, а в исправилке для малолеток.

На "Эсмеральду" он не обиделся - скорее всего потому, что попросту не понял подначки.