Чтение онлайн

– Как это случилось?

– Мы отрабатывали общефизическую тренировку, и я поскользнулся на мокрой траве. – Аури закатил глаза, мысленно пожелав отшлепать себя за эту напасть. – Как глупо.

– Да такое со всеми случается.

– Но не все из-за такой дряни теряют стипендию, – посетовал Аури, качая головой. – Медсестра в колледже сказала, что ничего необратимого нет, но, если удача от меня отвернется, на какое-то время придется отказаться от тренировок. А если я из-за перерыва буду хуже играть и меня выгонят из команды…

– Этого не случится, – перебила я, пока Аури не затянул себя еще глубже в водоворот вымышленных несчастий. – Ты же фантастически играешь! Подумаешь, пропустишь парочку тренировок и пробных игр – от этого не разучиваются играть в футбол.

Аури мгновение помолчал, а затем, сделав глубокий вдох, неохотно признал:

– Наверное, ты права.

– Я не «наверное» права, а абсолютно точно, – заявила я как можно более убедительно. Я потянулась к его руке, чтобы приободрить. Ладонь у него оказалась холодной и влажной.

– Прости, вспотеешь тут, от таких-то переживаний, – извинился Аури, криво улыбаясь. Перекошенную ухмылку я ему вернула.

– Все будет хорошо. Вот увидишь.

Нерешительно, но он все-таки согласился.

– А еще я надеюсь, они не собираются меня тыкать иголкой. Ненавижу уколы.

– Тогда тебе, видимо, стоит хорошенько подумать о сеансе в «Ломаных чернилах», – заметила я, бросив многозначительный взгляд на уже имеющуюся татуировку, кусочек которой выглядывал из-под рукава рубашки. Насколько мне известно, этот рисунок тянется от груди до спины.

– Игла у тату-машинки царапает только верхний слой кожи. Это не то же самое. А как представлю, что внутрь меня что-то толкают… аж бесит, – запнулся Аури и с ужасом отшатнулся. – Прозвучало как-то фигово…

– Да уж, – промычала я в знак согласия. Я попыталась сдержать хохот, да что толку? Через мгновение я разразилась заливистым смехом. Он громким эхом разнесся по всей приемной, где люди говорили максимум шепотом из уважения к больным и их родственникам. Все вдруг обернулись в нашу сторону, а бабулька, сидевшая напротив нас, возмущенно скривилась.

Плотно поджав губы, я попыталась успокоиться. Вообще-то не так уж и смешно, я же прекрасно поняла, что Аури имел в виду. И все-таки я не могла перестать смеяться над его неуклюжим подбором слов. Плечи тряслись, и я уже едва не задыхалась. Уткнулась носом в плечо Аури, чтобы подавить очередной приступ смеха.

Это сработало, и мне стало легче. Медленно откинувшись в кресле, я вытерла веселые слезы с лица. Я по-прежнему чувствовала на себе осуждающие взгляды окружающих, но мне было плевать на них. Важен для меня только Аури.

Он разглядывал меня, тепло улыбаясь. Мой смех отразился в его глазах веселым блеском.

– Что? Тушь размазалась?

– Нет, – покачал головой Аури. – Просто приятно слышать твой смех после того, что было вчера.

Ох…

И что я должна на это ответить? Он еще так смотрит… В его глазах было столько тепла, что на мгновение я забыла, в каком холодном, пустынном месте мы находились. Такое частенько со мной случалось, когда рядом оказывался Аури. Любое положение становилось более сносным, иногда даже его присутствия не требовалось. Я вспомнила о послании, которое он оставил для меня на зеркале в ванной утром, и порыв счастья пронесся надо мной, словно пытаясь раздуть пожар моих чувств к нему, который я так старательно задувала.

Нет, этого нельзя допустить! Вдруг он разгорится и сожжет тщательно оберегаемый фундамент нашей дружбы?

– Я очень хочу шоколада! – объявила я как можно громче, чтобы все услышали, и вскочила на ноги, разрушая волшебство момента.

Аури смущенно посмотрел на меня.

– А ты?

– Ну, конечно.

– Какой тебе?

– Не знаю… удиви меня!

Я побежала к торговому автомату, стоявшему у противоположной стены приемной. Я точно знала, что Аури не сводит с меня глаз, но не обернулась.

Роясь в сумочке в поисках мелочи, я сделала несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, чтобы успокоить предательское сердце, которое все еще бешено колотилось и, похоже, не желало понимать, что производимые им покалывания неуместны. Мы с Аури друзья, ни больше ни меньше, и мне этого вполне достаточно. По крайней мере, так я себя убеждала.

Аури повезло. Врач ничего не пихала внутрь него и даже не колола никаких препаратов. Всего-навсего сделала рентген стопы и сообщила, что серьезных повреждений нет: кости не сломаны, связки не порваны. Он попросту неудачно упал – больно, но не смертельно. Некоторое время Аури, весьма вероятно, еще будет чувствовать боль, но денек-другой – и все пройдет. Правда, врач посоветовала ему пропустить следующие тренировки, пока он окончательно не восстановится. В противном случае второе падение может повлечь за собой более серьезные травмы.

Аури оказался не в восторге от идеи сделать перерыв, но здравый смысл все-таки возобладал над честолюбием. Посоветовавшись с тренером, Аури решил не выходить на поле две недели как минимум. Что, однако, не мешало ему просыпаться ни свет ни заря и тащиться в кампус, чтобы посмотреть, как тренируются товарищи по команде.

Однажды утром, в половине пятого, я даже выползла из кровати по его будильнику. В этом не было особой необходимости или желания, просто внутренняя неугомонность подталкивала на приключения. Джулиан ясно дал понять, что Рикки желает поговорить со мной, так что я направилась в «Ломаные чернила» на собеседование.

Перед уходом на тренировку Аури пытался подбодрить и успокоить меня, но у него ничего не вышло. Как же я ненавижу разговаривать с незнакомыми людьми! Особенно когда приходится самой вести беседу и рассказывать о себе всякие вещи. С социализацией у меня просто беда. Вдруг я сболтну что-то лишнее и неуместное, это обернется против Джулиана, и осенью он уже не получит работу? Эта глупость, абсурдная донельзя, волновала меня больше, чем страх, что я вообще не получу работу. В худшем случае мне придется искать деньги на костюм в другом месте, но в остальном – мне терять нечего. Не смогу купить ткани покачественнее, только и всего.

После того как врач отпустила Аури из больницы, мы сразу отправились к Лорен за тканями для костюмов Ведьмака и Цири. Так что все необходимое для начальных этапов у меня уже имелось – как-никак, времени оставалось совсем немного, – но из-за предстоящего интервью я до того разнервничалась, что вместо работы над костюмами развалилась на диване, залипала в мобильнике и каждые две минуты сверяла часы. А ведь Рикки будет ждать меня в «Ломаных чернилах» только через три часа. На мгновение я подумала было о том, чтобы позвонить родителям. Но ведь они на работе – к чему тревожить? Разговор с ними неизбежно зашел бы о Гермионе. А я пока не готова ее вспоминать.